Академия зодиаков. Статус выше любви - Анастасия Нуштаева

Но долго это не продлилось, хотя затылок продолжал пульсировать глухой болью. Просто я прикусила язык, чтобы больше не шуметь. Однако, потеряла миг — и почувствовала руку Лео сначала на плече, потом на шее.

— Ты же обещала не участвовать в соревнованиях, — прошептал он.

Я слышала в его голосе гнев и обиду, и от этого сердце приятно сжалось.

— Ты все еще думаешь, что мне можно верить?

— И правда, — сказал Лео. — Это я сглупил.

Потом он ощупью добрался с моей шеи до щеки. Провел пальцем по губе, и я не сдержалась — лизнула его, отчего Лео отшатнулся, словно ошпарился. Хотя кто кого мог обжечь — так это он меня.

Правда, долго я на свободе не была. Не успела даже подумать про бегство, как он вжал мои плечи в стену.

Как же было жарко. Сзади грела стена, спереди — его буквально горячее тело. Еще и пальцы на моей кожи… Хотя они вызывали не жар, а дрожь.

— Открой глаза, — шепнул Лео, и я поняла, что его лицо ужасно близко к моему. — Посмотри на меня.

Я отвернулась, прижавшись ухом к стене. Не то, что я думала, словно так буду хуже его слышать. Просто хотелось отдалиться от Лео. Глупо, учитывая, что здесь я во власти огня. Но попытка не пытка.

Это сработало. В обратную сторону, и тем не менее. Я больше не чувствовала его губ у своего уха. Теперь я ощущала его дыхание на своей шее. Судорожно втянула воздух: боялась я не его действий, а того, что они мне понравятся.

Тем временем Лео коснулся губами моей шеи, но не целуя, а прочерчивая линию до самой мочки. Там он остановился, да так надолго, что я едва не попросила его продолжить. Но тут заговорил он сам:

— Что же, не хочешь со мной побороться?

— А смысл? — сказала я, к неудовольствию отметив, что мой голос слишком тонкий. — Мне не с тобой бороться надо, а выбираться отсюда. Ты же не будешь держать меня вечно? Потерплю тебя, а потом доберусь наконец-то до выхода.

Его неудовольствие этими словами я заметила не по звуку, который больно напоминал рык. А по тому, как его руки, отпустив мои плечи, резко схватили лицо, поворачивая его так, чтобы я смотрела прямо на Лео, если бы открыла глаза.

Я попыталась его оттолкнуть, хоть и не хотела этого. Уперлась руками в его грудь, но, конечно, он и не шелохнулся.

— Терпишь? А по-моему, ты не терпишь. По-моему, тебе очень даже нравится.

«Не обольщайся», — хотела сказать я. Но единственный звук, который из меня вырвался, это едва слышный стон, когда Лео накрыл мои губы своими.

Они были горячими. Все здесь было горячим — но они особенно.

Показалось, что пламя снова выбралось из каменных чаш, и объяло меня, с каждой секундой разгораясь все сильнее. Только сосредотачивалось оно не на коже, а где-то внутри меня.

Когда Лео отстранился, сама того не сознавая, я потянулась за ним. Но так как глаза были закрыты, я лишь врезалась лбом в его лицо. Подалась назад — но, к счастью, не ударилась затылком. Чувствую, не пережила бы очередной схватки головы и стены.

— Что такое? — спросил он, и его голос мне ужасно не понравился. — Хочешь еще немного потерпеть?

Я зажмурилась — нуждалась в дополнительном усилии, чтобы глаза не распахнулись сами по себе. Что-то больно Лео довольный. Хотела бы я как-то его загасить. Может, плюнуть?

— Как ты не поймешь, — продолжал Лео. — В твоем положении улыбаться просто глупо. Чем дольше ты здесь стоишь, тем меньше у тебя шансов пройти этот этап.

От этого я улыбнулась еще шире.

— Тогда, получается, у тебя тоже шансов меньше.

Я знала, что он ухмыльнулся, хоть и не видела его лицо. От этого кожу пробрал… ну, не холодок, но какое-то неприятное чувство.

— Отнюдь. Огненные на этом этапе почти неуязвимы… Не понимаешь? Ну смотри. Помещение потихоньку нагревается, в независимости от того, бежишь ты или стоишь. Просто, если бежать, пламя тебя настигнет сразу. Огненные к нему неуязвимы. А вот ты… Ты проиграешь, едва огонь коснется твоей кожи.

А вот тут улыбка угасла. Так он просто тянул время? Что же, у него неплохого получалось. Я и правда не хотела уходить. Да и самому Лео, верно, нравилось, что здесь, в этом ужасно жарком коридоре, нас никто не может вместе увидеть. Жаль только, что