Попаданка в послушницу - Ольга Геннадьевна Росса
В зале витали аппетитные ароматы, и я поняла, что очень проголодалась. Не жалею, что согласилась провести ещё пару часов в компании Ромадановского. Пианист выбрал незамысловатый репертуар, не мешая разговорам гостей.
Как я и предполагала, князь зарезервировал столик не в отдельном кабинете, а в зале, почти на самом видном месте, демонстрируя сливкам общества воссоединение с супругой. Он знаком поприветствовал пару солидных мужчин, ужинающих с дамами, но не стал к ним подходить и не вдавался в подробности, кто есть кто. Выходит, знать их имена мне было необязательно.
Честно говоря, сначала я чувствовала себя неловко, ожидая, что кто-нибудь из гостей подойдёт к нам и поздравит с годовщиной свадьбы. Но когда поняла, что к нашей паре особого интереса никто не проявляет, я наконец-то смогла расслабиться, насладиться изысканными блюдами и атмосферой. Готовили в заведении действительно отменно. И мне не нужно переживать за свою репутацию. Князь официально мой супруг, а значит, с ним я могу появляться в любом уголке города.
Мы сначала обсудили дела на фабрике — князь вдруг заинтересовался моим планом модернизации, затем вернулись к недавней опере. Собеседник высказался о декорациях в третьем действии — они его не впечатлили — и сцене исчезновения Панночки.
— Постановщик мог бы привлечь самого захудалого мага-иллюзиониста, чтобы эффектнее показать уход несчастной девушки, — выражал своё мнение князь. — Да и восход солнца получился слишком мрачным.
— Настоящего мага? — изогнула я бровь, положив приборы на пустую тарелку. Беседа весьма заинтересовала меня.
— Простые иллюзии не требуют много сил. Видимо, решили обойтись без дополнительных трат, а зря. Опера бы только выиграла.
— А какая у вас магия, Илларион Константинович? — приглушила я голос.
Князь замер, пристально смотря на меня. Взгляд его потемнел, черты лица будто стали острее. Я невольно сглотнула образовавшийся в горле ком.
— Самая опасная и редкая, — понизив голос, произнёс он. — Я обладаю тёмной магией: проклятия, управление тенями и заблудшими душами.
Голос его звучал тихо, зловеще, отчего холодные мурашки защекотали мне не только кожу, но и нервы.
— Не бойтесь, Елена Викторовна, — собеседник расслабленно ухмыльнулся, вернув взгляду прежнюю ясность. — Я не использую дар в корыстных целях. К тому же кодексом Ковена запрещено это делать.
— Понятно, — облегчённо выдохнула я. Хотелось верить князю, правда, чувство настороженности не покидало меня. Мужчина сегодня немало удивил, но это ещё не повод доверять ему безоговорочно. Пора, кстати, завершать наше свидание. — Спасибо за вечер, Илларион Константинович.
— Благодарю вас, Елена Викторовна, за приятную компанию, — впервые за весь вечер он искренне улыбнулся.
Князь расплатился за ужин, и мы покинули уютное заведение. В карете повисла тишина. Я устала, и хотелось просто помолчать в дороге.
— Елена Викторовна, скажите правду. Тогда на вечере у Забелиных вы ведь не к зачарованной двери прикасались, — Ромадановский застал меня врасплох. — Слишком сильно отреагировало ваше защитное заклинание на вмешательство.
Значит, тогда он не поверил. Его глаза пытливо блестели в полутьме. Пришло время поведать о его конкуренте.
— Хотела заключить магический уговор с князем Пронским, — честно призналась я.
— Сергей Аркадьевич не обладает даром, — подозрение звучало в голосе собеседника.
— Я говорю не про него. Алексей Михайлович предложил мне сделку, — сказала и закусила губу, почувствовав, как напряжение повисло в салоне. Князь молчал, и я продолжила. — Он познакомил меня со своим дядей-генералом, чтобы я договорилась с ним о поставке сукна для лейб-гвардии.
— Ясно, — процедил князь. — Что вы должны сделать в ответ?
— Отдать за него голос на Совете Десяти. У вас есть ещё один конкурент, Илларион Константинович, который наверняка уже получил почётный титул светлейшего князя, — продолжила я откровенничать, но решила умолчать о второй услуге, обещанной чёрным офицером.
— Значит, Пронский, — послышался зубовный скрежет. — Благодарю, сударыня, что не стали утаивать. Как же вовремя я поставил на вас защиту. Вы ведь даже не знаете, чем грозит магический уговор людям без дара.
— Просветите, пожалуйста, — в горле стало сухо, я кашлянула.
— Маг при нарушении договора может лишиться дара, но только лишь на время. Позже потоки обязательно восстановятся, — отчеканил Ромадановский. — Простой человек, если не выполнит своей части сделки, может лишиться жизни — метка долга высосет из него все силы вместо магии.
В груди похолодело, кровь отхлынула от лица. Пронский так хотел получить от меня железные гарантии, что решился предложить опасный уговор, — или это был злой умысел?
— Никогда не заключайте подобные сделки, Елена Викторовна, — тихо произнёс князь, — ни под каким предлогом.
— Это я поняла. Спасибо, что защитили меня, — с трудом произнесла я, пребывая в шоке.
— Впредь прошу вас быть более осторожной.
— Пронский мог убить вашу супругу ради поста главы Ковена? — решила поговорить откровенно.
— Вполне, а потом узнал, что вы отказались подписывать доверенность на моё имя, и решил, что лишний голос не помешает, — задумался Ромадановский. — Ради вашей безопасности сохраняйте все договорённости с князем, Елена Викторовна. И прошу вас докладывать мне обо всём, что с ним связано. Он теперь главный подозреваемый.
— Хорошо, — кивнула я. Было стыдно признаваться князю в том, что Пронский обещал мне помочь расторгнуть брак, особенно после сегодняшнего вечера и данного супругу обещания.
Карета остановилась возле знакомых ворот. Наконец-то я дома. Знаю, где-то рядом дежурит охрана, но они так умело маскировались, что ночью их совсем не видно. Ромадановский проводил меня до самой двери, сухо пожелал добрых снов и дождался, когда я скроюсь в вестибюле.
Тишина встретила меня. Ночь давно царствовала в особняке. Надеюсь, все спят. Я заперла дверь, сняла туфли, чтобы не шуметь, и тихо поднялась на второй этаж, попутно задувая свечи на лестнице.
Пока снимала платье, всё думала о прошедшем вечере и о князе. Поймала себя на мысли, что хочется