Триа. Дар небес - Нина Юрьевна Князькова

Деревенька Халта оказалась крохотной: всего двенадцать дворов. Но везде было чисто, упитанные коровки паслись за оградой у ручья, несколько лошадей были привязаны у дворов, а под ногами болтались многочисленные куры и гуси, которых гоняли дети.

– Крайний дом принадлежит сестре моего отца, – указал нам направление господин Кадьем. – За домом просторная поляна, где мы и расположимся.

– Опять ночевать на земле? – Поморщился принц Мадел.

Не мужик, а капризный ребенок какой-то.

– Домик крохотный. На постой туда сможет пойти только госпожа Триа, – пожал плечами будущий местный барон.

– Я могу и на земле поспать, – влезла я с предложением. – Пусть Его Высочество ночует в доме.

Принца вконец перекосило.

– Ты думаешь, что я хуже какой-то девки переношу поездку? – Зарычал он.

– Хуже! – Это не я сказала, а лорд Ланок. – Что-то я ни одной жалобы от госпожи Трии не услышал… в отличие от тебя.

На это королевскому отпрыску ответить было нечем, поэтому он демонстративно отвернулся от нас. Ох, и не повезет же его жене. Из этого сноба ей ведь придется как-то нормального человека делать.

Домик действительно оказался крохотным: он был еще меньше, чем наш в Усаши. Рядом с ним стояла сухонькая женщина в косынке и с испугом смотрела на нас, когда отряд остановился у ее дома.

– Господа, – женщина поклонилась с уважением, но голос ее ощутимо дрожал. – Прошу прощения, но мой дом очень мал и беден… – видимо она решила, что мы выгоним ее и ограбим ее домишко.

– Тетя Мрелла, – господин Кадьем спрыгнул с коня. – Не узнала меня? – Шагнул он к женщине.

Та рассматривала его долго, потом ахнула, узнав, и расплакалась.

– Кади, ты ли это? Столько лет прошло… – рыдала она, уткнувшись в его плечо.

Мы терпеливо ждали.

– Тетя, – наконец, отвлек ее племянник. – Мы здесь проездом. Нам с отрядом надо бы остановиться где-то. Сама видишь, что дело к вечеру.

– Да что ж это? Где ж я…? – Запричитала она, вытерев слезы.

– Мы у тебя за домом лагерь разобьем, а завтра снова тронемся в путь, – пояснил господин Кадьем родственнице.

– Но с вами же госпожа. Негоже ей в лагере с мужчинами ночевать. У меня найдется местечко для нее…

На том и порешили. Меня проводили в дом, где сразу же показали, где умыться и усадили за стол. Я с благодарностью кивала, когда передо мной появились тарелки с нехитрой деревенской едой, куда более привычной мне, нежели господские изыски.

– Госпожа, не в обиду будет сказано, – тетя господина Кадьема крутилась рядом, пытаясь наскрести что-то приличное для моей трапезы. – Но вас же к жениху везут? Иначе ж негоже так в мужицком отряде путешествовать.

– К жениху, – кивнула я, осознавая, что по-другому тут не поймут. – Мы с ним в Домоле встретимся.

– В Домоле? – Нахмурилась женщина. – А где ж там встречаться? Там таверны одни для рудокопов, что в городе отдыхать изволят.

– В Храме Небес, – с укоризной посмотрела я на хозяйку дома.

Та потупила взгляд.

– Простите, госпожа, – поклонилась она мне. – Не желала я обидеть…

– Ничего, – смягчилась я. – Тут что угодно можно подумать.

– Нет-нет, – помотала головой женщина. – На вас же украшения. И в ушках тоже. Этак только благородные дамы носят, не чета нам. Вы не подумайте, я так мелю всякое. Вы же с опекуном едете?

– С ним, – кивнула я, понимая, что лорду Ланоку придется сегодня побыть в непривычной для него роли.

– Я так и подумала. Сначала решила, что благородный господин вам жених, али муж. Смотрел он на вас с тревогой и нежностью. Но вон оно чего. Вы сиротка, да? – Спросила она, но сама тут же смутилась. – Простите, госпожа. Оно ведь всякое в жизни бывает. Не серчайте на дуру старую…

– Все нормально, – улыбнулась я, а сама все силилась понять, где эта женщина от лорда Ланока по отношению ко мне нежность увидела?

Ночь пошла спокойно (хотя я ждала какого-то подвоха, но зря), утром я встала выспавшаяся, едва хозяйка дома тихонечко стукнула дверью. Видимо из уборной возвращалась.

– Доброе утро, – потянулась я и принялась надевать костюм для верховой езды, чтобы потом не переодеваться.

– Ой, рано вы, госпожа, – тетя господина Кадьема покачала головой. – Ваш опекун еще не вернулся. Только-только рассвет зачался.

Я напряглась.

– А куда мой… дядюшка уехал? – Внутри начал разливаться страх.

– Так он еще до последней звезды взял отряд из пяти человек и отправился в горы. Сказал, что от разбойников нас избавит. Они тут в последнее время что-то резвиться начали, – вздохнула женщина. – Вам парного творожку навести? Вот, настоялся как раз…

Я же подскочила, застегнула костюм, обула сапоги и выскочила из дома. Обошла его и уперлась взглядом в господина Кадьема, который возился с лошадьми.

– Где лорд Ланок? – Прошипела я так, чтобы никто больше этого не услышал.

– Уехал разбойников изводить, – начальник отряда был спокоен.

– Зачем вы его отпустили? – Рассердилась я.

Брови закостенелого вояки взметнулись вверх.

– А как ему запретишь? – В свою очередь спросил он меня. – Не переживайте вы так, вернется скоро ваш лорд. Что ему будет-то? В нем магии больше, чем во всем остальном королевстве… Госпожа! – Вдруг отпрянул он от меня. Конь тоже шарахнулся в сторону.

Ой, это у меня в ладонях само собой вспыхнуло пламя. Усилием воли я его погасила и вздернула подбородок.

– Прошу прощения, – извинилась, так как магию свою была обязана никому не показывать. – Можете мне сообщить, как только лорд вернется?

– Конечно, госпожа, – легкий поклон в мою сторону был исполнен уважения. Чего это он? Не предупредили, что я – магичка? Так я ж буквально вчера двух разбойников магией приложила… Или увидеть воочию – это совсем другое?

Я, расстроенная, вернулась в домик, где родственница господина Кадьема накрывала на стол.

– Что ж вы так за мужчин-то переживаете? – Покачала она головой, когда я уселась за стол. – Они ж сильные. Справятся. Тем более, что в разбойники всякая шелупонь идет ни на что не годная.

Я слабо улыбнулась. Ну да, конечно. А то, что эти самые разбойники убивать привычны, так это не в счет.

Лорд Ланок приехал аккурат к концу моего завтрака. Я тут же подскочила и ринулась из домика. К отряду подходила в расстройстве и гневе, а потом заметила на плече лорда кровь и весь гнев, как рукой смыло.

– Вы ранены, – поджала губы, когда он соизволил слезть с Блеска.

– Немного зацепило. Пустяки, – лорд руку, однако, берег.

– Идемте, надо залечить, – распорядилась я,