Путь наложницы: перезагрузка - Татьяна Новикова

«Мин Е защитил вас и обработал вашу рану (+33 очка симпатии)

Ваши очки симпатии: 436».

О, а это уже что-то значимое. В целом, в кое-то веки я не могла поспорить с игровой системой. Примерно так я и относилась к стражу принца. Он был мне приятен, но не как возможный любовник. Не на тысячу очков. А как… ну… хороший друг, что ли. Такой, которому можно довериться. На которого не страшно положиться в самой тяжелой ситуации.

Но снять с него одежду да поскорее не хочется — наоборот, эта мысль вызывает отторжение. Он же мне как брат!

Благо, и сам Мин Е не проявлял заинтересованности в героине. Иначе бы получилось неловко. Потому что расстроить Мин Е отказом я не хотела. Он — не такой, как те два охламона (я про Жэнь Хэ и Линь Яня). Ему я желаю исключительно счастья.

Интересно, а сколько же симпатии у него ко мне? Отвечая на мои мысли перед глазами высветилось:

«Мин Е было приятно позаботиться о вас (+3 очка симпатии). Текущая симпатия: 372».

Значит, пока моя интерфейс был заблокирован, его отношение ко мне успело измениться в лучшую сторону. Мелькнула забавная мысль: увидь такие цифры фанатки стража из игры в моём мире, они бы локти сгрызли от зависти.

Хотя все равно такими темпами мое отношение к нему дойдет до заветной тысячи гораздо быстрее, чем его ко мне.

Внезапно снизу донеслись приглушенные голоса и торопливые шаги.

— …искать везде! Третий принц приказал найти госпожу Су Лань и господина Мин Е немедленно! — донесся взволнованный голос служки.

Мы замерли, переглянувшись. Мин Е приложил палец к губам, прислушиваясь. Шаги замерли неподалеку, послышался растерянный спор:

— Но куда они могли деться? Господин Мин Е вроде бы вышел из павильона, и больше их никто не видел!

— А сам принц чего?..

— Так ничего, хмурый такой. Приказ отдал, а потом говорит: «Ну, или не ищите, сами придут». Вот непонятно, то ли искать, то ли нет.

— Так, может, и не пойдем искать?

— Так велено же…

— Кто этих господ разберет.

Было ясно одно: Жэнь Хэ отдал распоряжение найти нас, но не стал объяснять причин и не дал прямого приказа о задержании. Он не хотел нас обидеть, но и не мог оставить всё как есть. Слуги были в замешательстве — как искать тех, кого, по сути, не приказано найти, и кто, судя по всему, ушел по своей воле?

Мин Е дождался, пока шаги отдалятся, и снова повернулся ко мне. Его взгляд смягчился.

— Думаю, у нас есть немного времени, пока не переполошится весь дворец.

Он закончил перевязывать мою руку аккуратным узлом. Мы сидели в тишине, прислушиваясь к звукам внизу.

— У тебя не будет неприятностей из-за того, что ты так увёл меня? — наконец спросила я.

Мин Е пожал плечами, не отрывая взгляда от аллеи, уходящей вглубь сада.

— Вы поругались с принцем?

— Как можно, — ответил он слишком ровно. — Его Высочество мой господин, я не смею с ним ругаться. — его голос все же дрогнул на последнем слове.

Кто-то прошёл за кустами, приглушённо переговариваясь. Я задержала дыхание. Мин Е же даже не повернул головы.

Думаю, ему нужно выговориться. Если я смогу заставить его рассказать в чем причина их ссоры, пойму не только стража, но и Жэнь Хэ. Ведь не просто же принц ранит себя снова и снова. Может, получится их примирить. Тогда и по поводу лотосов договориться будет проще. Да и сам Жэнь Хэ явно нуждается в помощи. Если не моей, то уж помощи Мин Е точно.

— Мне кажется, здесь нас быстро найдут, — сказала я шёпотом. — Может быть, ты знаешь ещё какие-то места?

Мин Е молча кивнул и протянул ладонь, помогая подняться, а затем неожиданно обхватил за талию.

Я даже не успела вдохнуть, как он одним прыжком взмыл вверх, прямо на вершину дерева. Ветви заскрипели, качнулись, но Мин Е стоял на них уверенно.

Я не смогла опомниться, как он оттолкнулся снова. Деревья пронеслись под ногами, ветер обдал лицо. Я едва не закричала и зажмурилась, вцепившись в его плечо.

И вдруг все закончилось. Я осторожно открыла глаза. Мы были на крыше дворцового здания. Под ногами лежала тёмная гладкая черепица. Внизу раскинулся сад, залитый мягким светом фонарей, а вокруг поднимались крыши других павильонов, плавно уходящие вдаль.

Но насладиться пейзажем Мин Е не дал, потянул меня за собой, вперед по крыше, потом снова был прыжок. Мы перелетели несколько стен, а потом приземлились в совершенно другом месте.

Это был двор, непохожий на остальные. Всего несколько перекосившихся деревьев, оголённая земля, на которой лишь кое-где пробивалась жёсткая трава. Старая, грубо отесанная мебель: лавки с облупленной краской, стол с трещинами. Здание в центре двора выглядело так, будто его давно никто не чинил: покосившаяся крыша, выщербленные балки, ржавые петли ворот.

Всё это больше напоминало домик бедняка где-нибудь в переулках, чем часть императорских владений. Я даже подумала о Ми Ване, его дом был куда опрятнее.

— Где это мы? — спросила я, растерянно оглядываясь. — Неужели в сердце дворца может быть такое место?

— Это холодный дворец. Последнее место, где слуги станут искать. Да и Его Высочество, — он едва заметно сжал губы, — вряд ли пожелает ступить сюда.

Я обвела двор взглядом. Здесь всё дышало забвением и тоской. Неудивительно, что Жэнь Хэ не захочет сюда приходить.

— Здесь прошло ваше детство? — спросила я вслух.

Мин Е молчал так долго, что я уже подумала, что он не станет отвечать. Но потом он все же едва заметно кивнул.

Я нерешительно двинулась вперёд. Подойдя к покосившейся лачуге, толкнула дверь. Она поддалась, издав жалобный скрип. Внутри было пусто и гулко. Грубые стены, когда-то белёные, были покрыты разводами от сырости. Узкое окно затянуто паутиной, на полу — неровные доски, кое-где с трещинами. «Дворцом» назвать это место язык не поворачивался.

Я обернулась к Мин Е. Он стоял на пороге.

— Расскажешь мне, как вы познакомились? — спросила я тихо, стараясь звучать как можно мягче.

Мин Е какое-то время молчал, словно решался заговорить. Наконец он медленно произнёс, глядя в сторону, будто видел не меня, а картины прошлого:

— Мою семью приказали вырезать по слову нынешнего императора. Больше сотни человек в один день. Всех, кто жил в нашем поместье: слуг, детей, женщин, даже животных. Никого не пожалели.

Он сжал кулаки так, что костяшки побелели.

— Я один чудом выжил. Когда началась бойня,