Ожерелье из клыков - Mya Fox
Том заговорил — сбивчиво, захлебываясь словами. Рассказал про лагерь, про наемников, про то, как Мирра пыталась отравить вино, как ее схватили, как Кайрен пытался защитить ее. Как Мирра велела ему бежать.
— Их много, — выдохнул он. — Человек пятнадцать, а может, и больше. Клык их главарь. Он… он страшный.
Лиана побледнела еще сильнее.
— Они убьют их, — Том сжал кулаки. — Или продадут. Или… — он не договорил. Не смог.
Кэйлем поднялся. В его глазах горел холодный, опасный огонь.
— Собери всех, — сказал он Лиане. — Эльфов, Грома — Всех, кто может держать оружие. Мы идем за ними.
— Я с вами, — Том вскочил, хотя ноги подкашивались.
— Нет. Ты останешься.
— Это я нашел их! Это я знаю, где лагерь! Я покажу дорогу!
Кэйлем посмотрел на него долгим взглядом. Потом кивнул.
— Хорошо. Покажешь. Но в бой не лезь. Твое дело — провести нас и укрыться. Понял?
Том кивнул, сжимая лук.
6 глава
Лагерь наемников прятался в горах, как зверь в норе.
Мирру провели туда с завязанными глазами. Она спотыкалась, падала, ее поднимали, толкали вперед, и она слышала, как камни осыпаются под ногами, как где-то вверху кричат ночные птицы, как стонет ветер.
Когда повязку сняли, Мирра искала глазами Кайрена. И нашла.
Он стоял на коленях посреди лагеря. Цепь, толстая, ржавая, тянулась от его шеи к вкопанному в землю столбу. Руки связаны за спиной, лицо в крови, одежда разорвана. Но он держался прямо. Смотрел перед собой пустым, неподвижным взглядом.
Клык сидел рядом на перевернутой бочке, жевал мясо, чавкая, и довольно щурился.
— Смотрите, мужики, — сказал он, когда Мирру толкнули в центр. — А это кто к нам пожаловал? Наша травница. Сама пришла, не заставила ждать.
Наемники засмеялись. Кто-то присвистнул, кто-то бросил грязную шутку.
Мирра упала на колени — кто-то ударил сзади по ногам. Ладони ободрались о камни, боль обожгла, но она не вскрикнула. Подняла голову и посмотрела прямо в глаза Клыку.
Он замер. На мгновение его лицо потеряло выражение сытой самоуверенности. В ее глазах — зеленых, спокойных, почти прозрачных в свете костра — не было страха. Только холодная, ровная ненависть.
— Ого, — протянул он, откладывая мясо. — А девка с характером. Это хорошо. — Он поднялся, подошел ближе, наклонился, заглянул ей в лицо. — Я таких люблю. Ломать.
Мирра не отвела взгляд.
— И сломаю, — добавил он тихо, так, чтобы слышала только она. — Обязательно. Только сначала посмотрю, как твой воин на это смотреть будет.
Он выпрямился, махнул рукой.
— В клетку ее. Отдельно. И чтоб глаз с нее не спускали.
Мирру подхватили, поволокли к будке — старой перевалочной, сколоченной из толстых досок, с земляным полом и ржавой решеткой вместо двери. Толкнули внутрь, она упала на солому, пропитанную чужим потом и страхом.
— Посидишь тут, красавица, — сказал один из наемников, запирая решетку. — Клык тебя позовет. Праздновать будем.
Они ушли. Мирра осталась одна.
День тянулся бесконечно.
Мирра сидела в углу, сжавшись в комок,