Дорогая Шарлотта - Катерина Слезовская

вообще понимаете, что перед Вами опасный боевой конь?! — Я понимаю, что передо мной очень умный, добрый и ласковый конь. — прошипела я — А вот его хозяин действительно дикий и неуправляемый! — Добрый и ласковый? Арес-то? — зло усмехнулся герцог — Да он никого к себе не подпускает! А Вы взяли и совершенно безмозгло влезли к нему в стойло! Тут не выдержал сам Арес, хорошенько двинув хозяина мордой. А нечего обижать гордое животное! Он, между прочим, тот ещё мягкий пирожочек, любящий вкусняшки. — Видите?! — ничуть не стушевался Крастесс. — Вижу. — согласилась я — Что Вы, оказывается, горазды оскорблять не только меня, но и даже своего верного коня. Я не дура, герцог, чтобы лезть к буйной лошади. Но Ваш Арес вполне себе воспитанный и хороший мальчик. Как видите, он меня совершенно ничем не обидел. В отличие от Вас. Наконец-то, этот зарвавшийся гад заткнулся. Видимо, решил обстоятельнее подумать над следующим оскорблением. Я же снова принялась осматривать рану. — Плохо. — констатировала скорее для себя — Обработать бы мазью из ромашки, глеции и чистотела. Она точно поможет. Я могла бы сделать, только нужно травы собрать... — Откуда Вы это знаете? — недоверчиво склонился ко мне Эдвард. — В пансионе благородных девиц у нас была конюшня. — выдала рассеянно, вспоминая смогу ли найти травы в саду — Лошадки там все довольно старенькие, как и сёдла. Похожие неурядицы часто случались. А я лечила. — Так уж и лечили? — с сарказмом усомнился герцог — Сами, своими руками лечили лошадей? — Я люблю лошадей. — устало вздохнула я — В прочем, думайте, что хотите. Но я Вам настоятельно рекомендую в ближайшее время не седлать Ареса. Можете воспользоваться нашим экипажем, чтобы вернуться домой. Очень Вас прошу поступить так, потому что Аресу очень больно. После чего отправилась к мешку с яблоками, достала ещё парочку и вернулась к Аресу. — Кушай-кушай, мой хороший! — ласково погладила его, скармливая угощение — Жаль сахарка с собой нет, для такого-то красавца. Кушай, мой мальчик, поправляйся. Но, стоило обернуться, наткнулась на пристальный, холодный взгляд. Как же сложно с этим человеком. Самое ужасное, что мне будто не всё равно, всё ещё сдавливает эта ужасная обида на его поведение. — Что? — желчно выдавила я — Мне надкусить яблоко, чтобы Вы убедились, что оно не отравлено? — Не понимаю, зачем Вы это делаете? — задумчиво нахмурился Эдвард. Узнать, что именно делаю, я не успела, так как в конюшню шумно ворвалось семейство ле Брин провожать дорогого гостя. — Шарлотта? А ты что здесь делаешь? — изумлённо воскликнул граф, пройдясь по мне цепким взглядом. — Леди изъявила желание прогуляться. Похоже, болезнь отступила. А я решил показать ей своего коня. — неожиданно вступился за меня герцог. — Это чудесно! Просто чудесно! Ну как, Шарлотта, понравился тебе конь Его Светлости? Смотри, какой! — и тут папенька решил похлопать Ареса по морде. Зря, конечно, очень зря. Это со мной или Эдвардом он покладистый, а вот Френсиса он весьма вежливо, но значительно куснул, заставив взвыть раненной свиньёй. Хороший мальчик! — Да, Арес просто замечательный конь! — с воодушевлением согласилась я — Очень умный. — Извините, Арес просто нервничает из-за травмы. — отстранённо пояснил Крастесс, при этом кинув на меня взгляд, в котором мне почудились смешинки — Кстати об этом, ехать на нём я теперь не смогу, поэтому попросил бы Вас заложить экипаж. — О, всенепременно, Ваша Светлость. — пропела Николетт, изображая радушную хозяйку — Но, позвольте поинтересоваться, что случилось с Вашим животным? Неужели... Не могла же наша Шарлотта как-то ему навредить? Вот ведь дрянь! — Нет, конечно нет. — успокоил герцог, снова глянув на меня — Напротив, Ваша дочь заметила то, чего не заметил я, и это спасло Ареса. Если позволите, я бы хотел оставить его на её попечение. — Что? — Что? Удивление у нас с "матушкой" выскочило одновременно. Он серьёзно хочет доверить мне своего любимого коня? Что он задумал? — Леди клятвенно божилась, что знает, как излечить его рану, поэтому я решил ей довериться. — пояснил Эдвард. Клятвенно божилась? Серьёзно?! То есть, как я понимаю, этот гад решил оставить на меня Ареса, чтобы потом обвинить, что не вылечила?! И даже не жалко своего верного друга?! Ну нет, мерзавец! Я жизнями не торгую! Выхожу так, что ещё быстрее и сильнее станет! — Ваша Светлость, и Вы в это поверили? — усмехнулась мадам — Наверное, девочка хочет привлечь Ваше внимание. Даже не знаю, зачем она соврала. Видите ли, Шарлотта никогда никого не выхаживала, тем более, что ненавидит животных. Я пыталась привить ей доброту, но... к сожалению... — Интересно. — Крастесс перевёл задумчивый взгляд на меня. — Поступайте, как знаете, сэр. Мне всё равно. — пожала плечами. А что мне ещё тут сказать? За меня уже всё придумали и сказали, а герцог мне изначально не верил и никогда не поверит. — Ой, ну не жеманничай, Шарлотта! — наигранно воскликнула мачеха, обняв меня за плечи. Специально надавила на синяки, гадина — Всем и так всё ясно. Вот Агнесс смогла бы, она добрая девочка, и сердце у неё большое. А ты — нет. Как же... Как же это мерзко! Как же меня достало! Стою в окружении лицемерных врагов, прикидывающихся дружелюбными, но готовых разорвать. И ни одного, кто бы посочувствовал. Я болезненно зажмурилась, не желая больше видеть их и слышать. Сколько бы не барахталась, мне не выплыть. И тут мне в плечо упёрлось что-то тёплое, а затем прямо в ухо влетел дикий вой Николетт. — Ах ты! — завизжала она отскакивая от меня. Я сначала даже не поняла, что произошло. А потом чуть не расхохоталась. Арес. Арес меня защитил, хорошенько укусил злую тварь. Мой красавец! — Хм. Наверное, мне и правда не стоит оставлять здесь коня. — хмыкнул Эдвард, окидывая холодным взглядом происходящее, в основном меня, будто во всём этом была именно моя вина. Обидно. Жалко — с Аресом мне было бы не так ужасно находиться в этом доме, но что поделать. По крайней мере, попытка обвинить меня во вредительстве коню провалилась. После этого все вокруг как-то засуетились, начали готовить экипаж. Отец что-то увлечённо рассказывал герцогу, а с другой стороны пристроилась Агнесс, жадно пытаясь заглянуть в глаза, периодически щебеча что-то о своей любви к животным. А я так и осталась стоять, рассеянно глядя себе под ноги. Нутро выворачивало от очередной обиды и несправедливости. Думала, что уже вся выгорела, но, оказывается, ещё осталось, чему гореть. Вырвало меня в реальность громкое ржание, а за ним оглушительный треск. Арес. Упёрся и ни в какую не хотел идти за хозяином,