Как зомби из трущоб вернула свой кайф - Диана Роулэнд
— Будем там минут через двадцать, — сказала я ему. — Встретимся на месте?
— Договорились, — ответил он. — Люблю тебя.
— И я тебя. — Слова сорвались с языка легко, чисто на автомате. Я повесила трубку и повернулась к Филиппу. — Маркус встретит нас там. Надеюсь, ты не против?
Он улыбнулся из-под солнцезащитных очков:
— Вообще без проблем. — Я попыталась расслышать, не кроется ли что-то за его словами — ревность, обида, раздражение, — но он выглядел абсолютно спокойным, и я так и не смогла решить, радоваться мне этому или огорчаться.
«О господи, — мысленно застонала я. — Я иду на обед со своим горячим парнем и со своим не менее горячим зомби-сыночком. Добро пожаловать в Город Неловкости, столик на троих». Я удерживала на лице улыбку, но стоило мне сесть в машину и выехать на дорогу, я тут же воткнула гарнитуру в ухо и набрала «Наоми Комтесс». Наоми работала на Пьетро, но зомби она не была. Черт, да и «Наоми» она на самом деле тоже не была.
Впервые я встретила её, когда она за мной следила — вовсю фоткала и вообще вела себя довольно подозрительно. После того как я прижала её к стенке, она назвалась Хизер Миллер, однако позже выяснилось, что на самом деле её зовут Джулия Сэйбер, и она дочь Николь Сэйбер, генерального директора корпорации «Сабертон». Пойдя по стопам своего деда Ричарда Сэйбера, Джулия без малого десять лет занималась промышленным шпионажем в пользу «Сабертона» под именем Хизер Миллер. На самом деле, чуть больше четырех лет назад именно Хизер украла у Пьетро документы, благодаря которым в «Сабертоне» вообще узнали о существовании зомби. Она горько пожалела об этом, и очень сильно, когда наткнулась на изнаночную, куда более уродливую сторону сабертоновских исследований над зомби. И в результате целой череды запутанных событий во время съемок фильма про зомби она сбежала из «Сабертона», переметнулась к Племени и стала Наоми Комтесс.
Но что еще важнее, она стала моей лучшей подругой.
— Привет, подруга, — отозвалась она с веселой и звонкой интонацией. — Звонишь, чтобы послушать, как я буду хвастаться своей поездкой на Таити? Говорю тебе, это было абсолютное волшебство!
— Ну еще бы, — кисло ответила я. — Обязательно расскажешь мне всё про свои следы от купальника или их отсутствие. Но попозже. Прямо сейчас мне нужна твоя помощь.
— Что стряслось? — спросила она, мгновенно посерьезнев.
— Я сейчас буду обедать с Филиппом и Маркусом. Вместе, — выложила я. — Ты мне там позарез нужна. И, может, Кайла тоже стоит взять с собой. И вообще, не помешало бы подобрать по дороге парочку гастарбайтеров, которые тусуются у строительного магазина, чисто для массовки и живой силы.
— Ты… — Она расхохоталась. — Как, блядь, ты умудрилась вляпаться в такую ситуацию?
Нахмурившись, я быстро обрисовала ей суть дела.
— Ну давай, — заныла я. — Ты мне разве должком не обязана?
— При любых других обстоятельствах роль живого щита между двумя ходячими фабриками тестостерона списала бы вообще все мыслимые и немыслимые долги, но такое зрелище я ни за что в жизни не пропущу. — В её голосе вовсю сквозило веселье. — Я расшевелю Кайла, встретимся там.
— Ты просто золото, — горячо высказалась я.
— А ты просто жалкое зрелище, — отбрила она в ответ.
— Виновна!
Глава 6
Боги Парковки решили проявить милосердие и оставили для меня свободное место на улице менее чем в квартале от ресторана. Они даже подкатили его поближе к перекрестку, так что мне не пришлось позориться перед всем миром, демонстрируя, что мои навыки параллельной парковки сосут по полной. С их стороны это было чертовски мило, и я вознесла искреннюю молитву благодарности, плавно загоняя машину в карман.
К несчастью, Автомобильные Боги любили меня далеко не так сильно, что и подтвердилось, когда моя тачка дернулась и заглохла сама по себе еще до того, как я успела повернуть ключ в зажигании. И когда я попыталась завести её снова, она лишь щелкнула — и тишина. «Разберусь с этим после еды», — сказала я себе, мысленно молясь, чтобы, в чем бы ни заключалась поломка, ремонт не обошелся дороже, чем стоило всё это корыто.
Я прихватила сумочку и оставила свою дурацкую сдохшую машину позади. Маркус уже был там: он ждал снаружи, прислонившись к стене прямо под логотипом «Безумной коровы». Вывеску ресторана в какой-то момент за последний год перекрасили, но у меня закралось подозрение, что маляр был либо под кайфом, либо в стельку пьян. Корова больше смахивала на пятнистого суриката, вставшего на задние лапы, а цилиндр, нацепленный на её… это что, типа рога должны быть?… больше напоминал припавшего к земле моржа.
Сам ресторанчик был той еще дырой: столы и стулья стояли так тесно друг к другу, что официантки едва могли протиснуться между ними. Судя по всему, из-за такой тесноты у персонала напрочь отсутствовала способность выдавать хоть какой-то намек на вежливость, и в округе все прекрасно знали, что в «Безумную корову» приходят ради отменной еды, а не ради радушного приема и сияющих улыбок. Если официантка крыла тебя хуями, то, скорее всего, ты это заслужил, а даже если и не заслужил — хавчик всё равно оставался вкусным, так что завали хлебало и смирись.
— Моя тачка сдохла, — доложила я Маркусу, когда подошла к нему. — Мне, возможно, понадобится попутка до дома. Или огнемет.
Он усмехнулся и поцеловал меня.
— Попутка — без проблем. Огнемет — вряд ли, — сказал он. — Я записал нас в список ожидания. Должны посадить через пару минут, поскольку мы пришли раньше вечернего часа пик.
— Спасибо, но вообще-то нас теперь будет пятеро, — произнесла я с виноватой гримасой. — Наоми и Кайл тоже подгребут.
По его лицу прокатилась волна явного облегчения, и я поняла, что он прекрасно отдавал себе отчет в том, насколько неловко могло быть в составе нашей первоначальной троицы. Одно очко в мою пользу за то, что догадалась позвать остальных!
— Не проблема, — сказал он. — Пойду предупрежу хостес. — Он проскользнул мимо толпившихся на входе людей внутрь,