Серебряные нити Шардена. Пепел и тис - Мари Ларина
— Какая прелесть, — протянул он, обводя взглядом бордовые занавески и золотые кисточки на скатерти. — Я-то думал, здесь скучное, серое гнездо ведьмы-магистратки, а попал в роскошный будуар.
— Бордель для фей, — подал голос Ирис. Слишком напряжённо он следил за тем, как Солейл наклонился к Эльсе.
— Если бордель, то я готов быть завсегдатаем в кабинете хозяйки, — нагло отозвался Солейл.
— Остынь, малыш. Завсегдатайка не выросла ещё. — садясь обратно, она резко щёлкнула пальцами прямо перед носом Дархана, от чего тот чуть дёрнулся. Ирис нахмурился и сжал кулак так, что костяшки побелели. Хаэль кашлянул, привлекая всеобщее внимание.
— О, и мой тюремщик тут! — голос Солейла прозвучал так легко, будто бы они действительно были старыми знакомыми. Он, осмотревшись, сел рядом с Эльсой, развернув стул спинкой к себе. — Магистр, ты хотя бы честно предупреди, если решишь снова меня связать. А то в прошлый раз это было… неожиданно. Ты мне даже тенегласс после этого не отправил. Я-то думал, у нас всё серьёзно.
Ирис прыснул.
— Ладно, ты мне чуть-чуть меньше начинаешь не нравиться. — пробормотал он, отпивая глинтвейн.
— О, я рад, что хоть кто-то меня понимает, — Солейл повернулся к Ирису, приложив ладонь к сердцу в признательном жесте. — А ты, Талькар, завидуешь моему пальто или тому, что я сижу ближе к даме твоего сердца?
С чего он взял, что они в отношениях? У Ириса нервно дёрнулся кадык, но он снова рассмеялся — на этот раз слишком громко. Эльса презрительно фыркнула и показательно передвинула свой стул ближе ко мне. Я вопросительно взглянула на нее, подняв брови, но та лишь помотала головой.
— Твоему пальто, разумеется! Оно выглядит так, будто стоит половину моего гардероба.
— О, ты недооценил, — сладко улыбнулся Солейл, пробежавшись по Ирису взглядом с головы до пят. — Оно явно… стоило сильно больше.
— Легко же рассуждать о покупках, совершенных на папочкины деньги. — ничуть не смутившись, ухмыльнулся Талькар. Туше.
Дархан, проигнорировав очевидно хорошую подколку, вдруг резко перевёл глаза на меня, и я ощутила, как щеки предательски нагрелись.
— А вот и наша ведьмочка, — протянул он, облокачиваясь на стол. — Ты не представляешь, как трудно мне было заснуть после нашего милого разговора вчера.
«Разговора», конечно… если так можно назвать то, что произошло.
— Довольно, — спасая меня от ответа, холодный и спокойный голос Эврена разрезал воздух. Он сидел прямо, сцепив руки на столе в замок, и даже не смотрел на Солейла. — Мы здесь не для перепалок. Времени мало.
— Ах, как скучно, — протянул Солейл, закатив глаза, но улыбка на его губах только стала шире. — Ну разумеется, Магистр Теней вернёт всех нас в серую рутину.
— Господа, — Эльса резко хлопнула ладонями по столу, отчего искры в воздухе на секунду дрогнули. — Я, конечно, люблю слушать ваши пикировки, но глинтвейн стынет, а время идёт.
В ходе короткой беседы выяснилось, что Солейл был уже в курсе государственных нововведений в его повседневном графике. Разумеется, он был не в восторге от того, что придётся покинуть Академию и проводить время с Магистром, но выбора у него не было. Хоть он и был упрямым нахалом, глупым точно не являлся — и осознавал, что, раз он до сих пор жив, значит, точно для чего-то нужен.
— Ах да, — протянул он, отпивая глинтвейн. С милой красной чашечкой в руках парень выглядел очень комично. — Великая госпожа элериарх соизволила облагодетельствовать меня стажировкой при Совете. Жаль, конечно, что придётся быть на побегушках у Магистра.
Он нарочито выделил каждое слово, а затем покосился на Эврена с такой усмешкой, будто только что плюнул ему в бокал.
— Если бы меня интересовало твоё мнение, — спокойно сказал Эврен, не поднимая взгляда, — я бы воспринял это как недовольство. Но, к счастью для тебя, меня не интересует твоё мнение.
— Не интересует моё мнение? — Солейл вскинул брови. — Ах, какое прекрасное словосочетание. Ты его перед зеркалом репетировал?
Эврен поднял на него взгляд:
— Я репетировал только одно: терпение. Оно мне, пожалуй, пригодится.
— Терпение — такая скучная, неблагодарная добродетель, — вздохнул Солейл, облокачиваясь на стул и скользя взглядом от меня к Эльсе. — Куда интереснее импровизация.
Подруга смерила его таким взглядом, словно парень был грязью на её идеальном красном маникюре. Ирис презрительно стрельнул в Дархана глазами.
— Простите, но мы вообще можем ему доверять? Я сошёл с ума, или мы действительно собираемся разложить перед ним все карты, полагаясь лишь на защиту нереальной-страшно-жуткой смертельной печати Магистра?
— А может, юнец еще и решит, что вам выложить? — моментально отозвался Солейл и подмигнул мне. — Вдруг у юнца есть свои тайны, куда интереснее ваших?
Я чуть подалась вперёд.
— Послушай, — начала я, — Мы можем безоговорочно ему доверять? — я повторила вопрос Ириса, обращаясь к Эврену. Его чёрный свитер в этом красном безумии смотрелся просто роскошно, и я спешно отвела взгляд. Ещё не хватало пялиться на него.
— Верно. — кивнул он. — Печать безмолвия никогда ещё не давала сбои. Моментальная смерть при попытке рассказать, написать хоть о чём-то, на что наложена печать.
— Отлично. — я приободрилась, возвращая взгляд на парня. — Итак, мы ищем украденный артефакт, с которым ты знаком не понаслышке — Сфера Отклика. И, разумеется, ищем того, кто за всем этим стоит. Кто-то из Совета в буквальном смысле приложил к этому руку. Пропали люди, мирид, погибла Лиана. Мне бы хотелось, чтобы у нас тут был всего лишь бордель для фей, но — увы.
Он расплылся в улыбке, убрав светлые волосы с серых глаз.
— Хм… кто-то из Совета? Интересно… но, знаешь, что, кроме этого, я слышу здесь из нового для себя? — он щёлкнул пальцами в воздухе. — Лишь то, что теперь у меня будет повод проводить с тобой больше времени.
— О, нет, ты не понял. Это у меня будет повод проводить с тобой больше времени, а не у тебя со мной. — я прищурилась. — И я не была бы этому так сильно рада на твоём месте.
Эльса ухмыльнулась.
— Вчера, кажется, ты была рада проводить со мной время. И, если бы нам не помешал Магистр… — Солейл вскинул брови, посмотрев мне прямо в глаза.
— Всё ради дела. Ничего личного. — сжав зубы, безэмоционально отрапортовала я, в первую очередь