Яга и хрустальная гора - Ника Верон

- А до наших земель слухи иные дошли, - возразил Иван, лишь на какие мгновения задумываясь. – Жива, здорова девица. А то, что вестей о ней нет, так может подать те не в силах. Если во власти нечисти находится…

- И про нечисть знаешь, - задумчиво на этот раз протянул Войлат, нежданного гостя перебивая. – Ну, коли так, проходи, гостем дорогим будешь. Только предупредить должен. Необычно у меня тут для человека обычного.

О чем сказать ему князь пытался, догадывался Иван. Да и предупрежден людом простым был, пока до земель Войлата добирался. Всё – правда. Почти в запустении замок. Всего и жильцов-то – князь да несколько слуг. Видимо – самых верных. На него странно посматривающих. Словно диковину какую увидели.

Деревья, кустарники как живые, ветки в след ему, словно головы, склоняли. Это пока ещё живность никакую не встретил.

- Лешие бродят, грибы улыбаются? – уточнил Иван. – Так в курсе, видел, пока к замку добирался. Зла людям не причиняют. Путников в леса глухие, болота непроходимые не загоняют. Ежели в замке какая нечисть обитает, приму как должное.

Выслушав гостя нежданного, Войлат, поразмыслив над чем-то, кивнул. Видимо, решал для себя, верить или не верить княжичу. Настороженность чувствовалась. Не каждый человек по нынешним-то временам открыто решится сказать, что мир необычный принимает. А ну как, заслан…

Впрочем, не больно и шпионы в земли эти заглядывают. Страх перед неведомым останавливает.

- Откуда о дочери моей узнал княжич? – прозвучал вопрос Войлата, пока к замку шли, по ступеням поднимались. - Земля о ней слухами давно не полнится. Не знаю, не ведаю жива или нет. Кто весть принес?

Действительно не знал? Задержавшись перед дверями замка, Иван внимательно посмотрел на князя. Странно немного тот себя вел. Казалось, что, действительно, сам чего-то опасался. Появлялось уже подобное ощущение. Пока на дворе замковом разговор вели.

- Ящерка лесная, - выдал вслух.

А у самого мысль мелькнула: слышал бы отец сейчас. Уже бы войско свое верное в поход на братию, лесную говорящую собирал. Вот кто категоричен против какой-либо говорящей животинки. А уж чтобы деревья кусты признаки жизни подать решились…

- Ящерка, говоришь? – резко остановился Войлат, уже порог замка переступив. – Это ж в каком лесу говорящую видел? – спросил осторожно. - Никак на пограничье? Опасно, на глаза Возгаря попасть вполне могла. Не прожила бы долго.

- Верно мыслишь, князь, - не стал правды скрывать Иван. – Не на твоих землях. В землях князя Возгаря, отца моего, - паузу выдержал намеренно, затем уверенно-спокойно продолжая, - Не знает о том Фёдор Игнатович. И о том, что в путь в эти края отправился, тоже не ведает. Ночью дом отчий оставил. Иначе не выпустил бы. Либо погоню отправить мог.

И того и другого опасался Иван. Не собирался отступать от задуманного. Засел в голове разговор с ящеркой. Почему поверил той, понять не мог. Или всё дело в Евграфии Пантелеевне было? Не лежала душа к той. Какое там, стерпится слюбится, как матушка говорить изволила. Ненавистью бы не воспылать.

А вот неизвестная совершенно княжна земель данных…

- Вот значит, как, сын против воли отца пошел, - снова задумчиво протянул Войлат. – Негоже. К добру такое не приводит.

Не принято поступать так, сам знал. Люди осудят. Отец обратно не примет. Только дело уже сделано. Хотя… Нюанс был один. Сын – единственный. Нет более наследников законных.

- По старым порядкам отец жить намерен, нового принимать не желая, - вслух произнес княжич. – Не бунтарство это. Желание перемен. Жену сам выбрал. Сам в дом приведу. Не пожелает признать, в другие края уйдем.

Внимательно выслушал Войлат гостя. Вздохнул тяжело. Возможно, вспомнилось что-то. Может и из собственного. Тоже ведь молодым да горячим был. И с родительской волей не всегда соглашался. Только времена чуть иные были.

- В другие края – не проблема. Да только где край такой найти, чтобы старых порядков вовсе не существовало, - сдерживая усмешку, обронил. – Погорячился ты Иван. А коли не сыщется княжна? К отцу с матерью на поклон идти придется. Гордость усмирить получится ли?

О чем говорил... Задумался Иван. Вот о том как-то мысль в голову не приходила. С другой стороны, ну и пришла бы и дальше