Лишняя невеста Волка - Марьяна Снежинская

— Выберемся, — похлопал Макс меня по плечу. — Рассказывай.

Я замер посреди тротуара, прислушиваясь к шуму колес авто, что объезжали ямы на асфальте.

Луна выплыла из-за туч, обнажив свой бок. Она будто бы тоже хотела быть свидетельницей моего признания, но я язык прикусил себе нарочно, чтобы не ляпнуть лишнего.

Нет, все-таки на весах совсем не равнозначные вещи, да и не вещи в целом. Не мог я. По крайней мере, сейчас не мог.

Надеялся лишь, что мое молчание не приведет к тому, что я растеряю друзей.

И пока внутренне я все взвешивал, этот вечер разорвал крик. Женский. И я без лишних слов мог угадать, кому он принадлежал.

— Лоранс, — вырвался рык, а Макс отшатнулся в сторону, будто увидел перед собой вместо меня приведение. — Лоранс, — сжал я кулаки, а потом помчался в обратную сторону.

Я сходила с ума! В те минуты мне так отчаянно казалось, что это не реальность, а что-то выдуманное, зловещее и холодное. Страх пробирал до костей, и как бы я не удалялась от дома, а крик ворона так и стоял в ушах.

Обнимала себя за плечи, втягивая голову, с опаской смотрела по сторонам и брела-брела, словно мне надо было именно туда. Туда, куда звали, но я отказалась сразу, посчитав глупой затеей. Однако, что-то незримое вело теперь, против воли отчасти, против логики. Здравый смысл покинул меня словно, и на его место пришла пустота! Пугающая, ледяная, колючая.

Я ощущала себя в западне, хотя, наверное, если дать себе передышку, разложить все по полочкам, то, пожалуй, стало бы понятно, что все не так страшно. Что на первый план сейчас вышли эмоции, заставляющие двигаться, идти, бежать. Неважно куда, лишь бы не стоять на месте. И я бежала.

Бежала от своих кошмаров, от непонимания и такой резкой смены декораций. Ведь еще недавно мы были семьей, где царил покой, уют и мир, а сейчас я физически чувствовала, как теряла все это. Как тепличный цветок выкинули на улицу с тысячами опасностями и, скорее всего, ему там не выжить.

Набережную освещали тусклые фонари, в небе уже кое-где появились редкие звезды. Я брела по полупустой полоске тротуара, разглядывая черные волны, создаваемые ветром. Он трепал волосы, заползал под ворот, бил по щекам. И я куталась, прислушиваясь к шуму воды.

Как ни странно, но здесь стало легче дышать. Звук успокаивал, убаюкивал будто бы, пульс становился ровнее, дыхание свободнее.

И я дышала полной грудью, жадно так, будто у меня количество вдохов было ограничено.

Справа горели окна кафе, сквозь стекла я видела людей, и с каждой секундой осознание, что мир, по сути, не перевернулся, сильнее врастало в меня.

— Выдыхай, Лоранс, все хорошо, — прошептала я, надеясь, что мозг поверит.

Произошедшее дома на миг стало таким далеким, словно не со мной это было пару часов назад.

И где-то под коркой я еще ждала звонка от мамы, почему-то не решаясь сама набрать ей.

Эта мысль крутилась в голове, я фокусировалась на ней и, наверное, это и стало причиной, почему я сразу не заметила чужое присутствие рядом.

Он возник точно из-под земли. Огромный, черный и пугающий. Надвигался тучей, хотя поначалу показалось, что я поймала его взгляд, который внимательно изучал меня. Я или нет! Ошибся или пришел по адресу?!

Не такой встречи я ожидала, да и понятно уже было, мне снова не повезло!

— Попалась, детка! — услышала я. — Сколько десятилетий я искал тебя, ты и не представляешь!

— Десятилетий? — икнула я от страха, принявшись пятиться назад.

Хотелось выкрикнуть, что он сумасшедший, псих, который нес бред. Но язык не поворачивался, он будто бы прилип, а тело покрылось мурашками от страха.

— Это ты! Ты — та самая! Та, способная спасти клан от… — оскал.

Боже, это оскал! Нет, не улыбка. Не бывало таких улыбок. Я никогда их не видела!

От ледяного ужаса я прикрыла на миг глаза, а потом закричала, ровно в момент, когда он двинулся на меня, хищно прищуриваясь и сверля взглядом.

Клыки. Я отчетливо видела в свете тусклого фонаря клыки. Белые, острые… Они блестели, завораживая и одновременно пугая.

— Это не будет больно! — какой же он высокий… И голос, голос… он звучал словно в отдалении, будто из-под земли. И первой мыслью было не удирать, а сдернуть проклятый капюшон, чтобы рассмотреть незнакомца, как бы парадоксально не звучало.

Его глаза светились красным… остальное я не видела. Глаза и клыки. Да!

— Лор-р-ранс, — прорычал он, а потом в глаза бросилась его когтистая лапа. Куртка на нем затрещала словно, когда он выбросил руку вперед.

И тут я закричала. Во все горло, словно меня убивали здесь и сейчас!

Я зажмурилась от ужаса, ожидая, как острый клык вонзится в мою кожу, раздирать станет ее на клочки.

И уши закладывало от собственного крика, он разрывал тишину, но не пугал абсолютно, кажется, это существо.

Лишь спустя мгновение послышался скрежет. Мерзкий, отвратительный, словно когтем кто-то проводил по стеклу.

— Не открывай глаза! — теплое дыхание опалило щеку. Что-то знакомое было в этом! — Я не причиню вреда. Обещаю! — не чувствовала почвы под ногами в прямом смысле, только ветер свистел над ухом и сильнее толкал в спину.

Кто-то крепко прижимал к себе. Слишком жарко, слишком быстро. Такое знакомое ощущение, когда с горок в парке летишь вниз и кажется, что сейчас душа покинуть готово тело.

— Еще немного. Ты будешь в безопасности!

— Кто ты? — я не открывала, доверилась миру, только сердце не верило никому, сделав внутри кульбит точно.

— Я не враг. Скорее друг, Лоранс, — тихий голос, он словно маскировался.

— Друг? — как же близко это искушение распахнуть ресницы, взглянуть в лицо. А если все подстроено? Розыгрыш!

Действительно. Лоранс, ну ты и дура. Он разыграл все, разыграл, чтобы ты поверила и доверилась. Не все честные, давно было пора признать это.

Я вмиг перестала жаться к «спасителю», расцепила руки, попытавшись выбраться из его захвата.

— Негодяй! Гад! — ударила кулачком его в грудь, отмечая, что мы не так далеко удалились от набережной. И находились в каком-то переулке. Глухом и сером.

— Лоранс, я все объясню! — как его там… Ник, кажется. Мерзкий тип, а я не лучше. Идиотка. Настоящая!

— Объяснишь? Тупые шуточки! Как ты вообще додумался до такого? Не удивлюсь, если и утром все было спланировано. Да уж… чужое коварство не знает границ! — я отшатнулась, бросая фразами в него, словно дротиками.

— Ты не так все поняла,