Друг парня – мой гинеколог. Вот попала! - Полина Нуар

— Смотри на меня, — командует шепотом. — Хочу видеть твои глаза, когда ты кончишь на мои пальцы.

Сука!

Меня кроет жестко!

Смотрю на Милану в гинекологическом кресле.

Мокрую. Дрожащую.

И чувствую, как член упирается во врачебные.

Пиздец, ширинка бы не лопнула!

Но рядом с Миланой моя выдержка трещит по швам. Несмотря на то, что она девушка моего лучшего друга.

Пальцами внутри нее двигаю плавно. Глубоко.

Ощущаю каждый миллиметр ее горячих, бархатных стенок.

Миланка сжимает меня так плотно, будто не хочет. Никогда.

Господи, какая же она мокрая!

Смазка течет по моей ладони. По запястью.

Капает с пальцев, которыми я раздвигаю внутри её лона.

Простынка под ее задницей уже насквозь промокла.

— Чувствуешь? — шепчу, глядя в ее расширенные зрачки. — Как жадно твоя киска обхватывает мои пальцы и засасывает? Каждым миллиметром. Каждой складочкой.

Милана мотает головой, но это ложь.

Мы оба знаем, что это ложь.

Ее тело говорит громче любых слов.

Увеличиваю темп. Чуть быстрее и жестче.

И наслаждаюсь, как изменяется выражение ее личика.

Губы приоткрываются. Глаза закатываются. На лбу выступает испарина.

Милана кусает свою нижнюю губу до крови, пытаясь сдерживать стоны, но у нее хреново получается.

Из горла рвутся эти тоненькие, жалобные всхлипы, от которых у меня яйца сводит.

— Нравится, Милан? — мурлычу, наклоняясь еще ближе. — Нравится, когда друг Димы трахает тебя пальцами под видом осмотра?

Знаю, что веду себя как конченый мудак!

Потому что она девушка моего друга.

Я, сука, не имею права…

Милана дергается и хочет возмутиться.

Но я давлю на ту самую точку на верхней стенке влагалища. И девчонка вскрикивает, выгибаясь дугой.

— Ой, прости, — усмехаюсь, не прекращая давить туда. — Это стандартная пальпация. Сугубо медицинский интерес. А ты что подумала?

Двигаю пальцами внутри её огненной киски еще ритмично.

Чувствую, как нарастает дрожь.

Стенки начинают пульсировать быстрее, мельче.

Ритм ее наслаждения сбивается, становясь хаотичным.

Она на грани!

И я, сука, тоже!

Вижу это по миллиметру, как она открывает глаза и расширяются зрачки.

Как краснеет грудь и мелко трясутся колени в этих чертовых стременах.

— Давай, — шепчу ускоряясь. — Кончай для меня. Покажи, как ты умеешь кончать…

Блядь!

Еще секунда.

Еще мгновение.

Ее мышцы сжимаются в предвкушении.

Милана приподнимает таз навстречу моей руке, рот открывается в беззвучном крике…

И я останавливаюсь.

Полностью. И резко. Вытаскиваю пальцы.

Соболева застывает.

Глаза распахиваются, в них ужас пополам с неверием.

Из горла вырывается вой вперемешку с рыданием разочарования.

Самый сладкий звук, который я слышал за последние пять лет.

— Нет… — выдыхает она хрипло. — Руслан…

— Что? — спрашиваю, глядя на нее с холодным любопытством.

Мои пальцы блестят от ее смазки.

И я медленно облизываю указательный, глядя ей прямо в глаза.

— Продолжить осмотр? Не волнуйся. Мы только начали.

Внутри меня все горит огнем.

Я хочу Милану так сильно, что готов разорвать на части прямо на этом кресле.

Хочу войти в нее так глубоко, чтобы она забыла свое имя.

Хочу трахать, пока не охрипнет от криков.

Да, я поганый мудак, влюбленный в девушку друга!

Сожгите меня заживо на костре, но сделайте эту девушку моей.

Потому что Дима никогда не относился к Милане так…

Блядь!

О лучше друге либо хорошо, либо никак. Как о покойнике.

Но я, сука, хочу видеть Миланку в своей постели.

Чтобы она закусывала губу каждый раз, когда я буду ее обнимать.

Отзывчивое и тонко реагирующее тело этой девушки подходит только моим рукам.

А сейчас Милана здесь. Раздвинутая. Мокрая.

Готовая кончить от одного движения моих пальцев.

И я сдерживаюсь.

Потому что я хочу большего.

Хочу, чтобы она умоляла.

Нуждалась во мне.

Хочу любить и трахать ночами напролёт!

Отворачиваюсь к тумбочке, давая себе секунду перевести дух.

Член стоит колом. Чувствую каждый удар пульса в паху.

Руки немного трясутся от адреналина и дикого, звериного возбуждения.

Беру аппарат УЗИ и меняю насадку.

Медицина, блять, превыше всего!

— Руслан… — зовёт охрипшим, обиженным, полный разочарования голосования.

— Лежи, — оборачиваюсь, и мой голос звучит ровно, хотя внутри все кипит. — Следующий этап осмотра. Трансвагинальное УЗИ. Нужно оценить состояние яичников и эндометрия. Расслабься, будет немного холодно.

Подхожу ближе, сажусь на стул и раздвигаю ее половые губы.

Ввожу датчик медленно и плавно.

Милана вздрагивает: от холода или от того, что опять что-то входит внутрь?

— Так, — гляжу на экран, но боковым зрением слежу за ее лицом. — Матка обычных размеров. Эндометрий соответствует фазе цикла. Яичник правый… — давлю датчиком чуть сильнее, чтобы рассмотреть получше, и она всхлипывает, — визуализируется нормально.

Датчик внутри нее двигается медленно, методично.

Вожу им из стороны в сторону, нажимаю то глубже, то мельче.

Каждое движение отзывается на ее лице.

Милана кусает губы. Зажмуривается и дышит часто-часто.

— А левый яичник… — поворачиваю датчик, ища нужный ракурс, — чуть ниже, сейчас посмотрим…

Она стонет тихо и сдавленно.

От моих манипуляций. От того, что ритм опять поймал какую-то чувствительную зону.

— Больно? — спрашиваю, глядя на нее.

— Н-нет… — выдыхает она.

— А что? — чуть наклоняю датчик, задевая клитор рукояткой при движении.

Девчонка снова вздрагивает всем телом.

— Приятно?

Молчит, только дышит рвано.

— Милана, — мой голос звучит терпеливо, как у садиста, который не торопится. — Я задал вопрос. Мне важно понимать твои ощущения для полноты осмотра. Приятно тебе или нет?

— Приятно, — выплевывает сквозь зубы.

— Умница, — улыбаюсь, продолжая водить датчиком. — А сейчас?

Проникаю чуть глубже.

Чуть сильнее, задевая ту самую точку.

И Соболева вскрикивает выгибаясь.

— О, — говорю с неподдельным интересом. — А вот и доминантный фолликул. Хороший такой, зрелый. Скоро овуляция, Милана. Будешь очень хотеть секса в ближайшие дни. Если уже не хочешь, — больно закусываю нижнюю губу и многозначительно смотрю на нее. — Очень хочешь.

Смотрю на экран, но ни хера не вижу.

Все мое внимание на Милане.

На том, как она извивается на этом чертовом кресле, вцепившись побелевшими пальцами в подлокотники.

И как кусает губу до крови, пытаясь сдерживать стоны.

Датчик внутри нее двигается медленно, плавно.

Контролирую каждое движение и нажатие. То глубже, то мельче, то круговые движения, от которых у нее глаза еще шире распахиваются.

Фолликул я уже давно рассмотрел. Матку измерил. Яичники нашел.

Осмотр закончен минут пять назад!

Но я не останавливаюсь.

— Руслан… — выдыхает хриплым и срывающимся голосом. — Сколько можно?

— Что именно? — интересуюсь, глядя на экран с притворной озабоченностью. — УЗИ-диагностика требует тщательности, Милана. Я должен убедиться, что с тобой все в порядке.

Чуть наклоняю датчик, снова задевая рукояткой набухший клитор.

Милана