Клеймо зверя. Покорись мне, истинная! - Алекс Найт

И мне стало по-настоящему страшно оставаться с ним наедине в одной комнате, даже несмотря на присутствие в квартире охраны.

— Только быстро. Поздно уже, — я покинула прихожую и двинулась в сторону ванной.

Снова каждой клеточкой тела ощущала присутствие Рауна, даже будто чувствовала его взгляд на спине. Дыхание вырывалось рвано. Мысли метались. И когда я вошла в комнату, лишь замерла возле чаши ванны, не сразу вспомнив, зачем вообще сюда пришла.

— Вы не смогли включить нагреватель? — предположила и задохнулась, когда ощутила мимолётное прикосновение к плечу.

— Зачем ты мучишь себя и меня? Не понимаю, почему отказываешь себе в стремлении ко мне? Совсем тебя не понимаю, Мина, — урчание оборотня жаркой волной скользнуло по позвоночнику.

Я прикрыла глаза. В голове ощущался туман. Стоило бежать, пока не поздно, пока я в состоянии хоть немного соображать.

— Минария, — напомнила ему, но голос прозвучал жалким лепетом.

— Минария.

Жаркое дыхание защекотало ушко. Я прикусила губу. Впилась в кожу зубами, пытаясь болью разогнать наваждение.

— Хватит! — я распахнула глаза, заставила себя сделать шаг вперёд. — Вы просили помочь вам с артефактом.

Но меня вдруг на миг подняло над полом. Голова кружилась так, что стремительный рывок воспринимался замедленным парением. Секундный полёт, растянувшийся в вечность растерянности, и резкая встреча с реальностью. Я судорожно выдохнула, когда мои ладони натолкнулись на твёрдую грудь, и беспомощно дёрнулась в крепкой хватке в попытке вырваться, но ничего не добилась. Раун сорвал с моей шеи платок и прижался губами к метке. Жар прошил тело и огненной стрелой ударил вниз живота. Мысли смешались. Стон сорвался с губ. И этот звук заставил выплыть из навеянной неги.

— Отпустите… — потребовала, упираясь руками сильнее.

— Расслабься, Минария, я пока ничего не делаю. И не сделаю, — скользнув губами по моей шее вверх, он чуть отстранился, чтобы заглянуть в мои глаза. — Позволь утолить твою жажду. Без последствий. Без вреда для твоей невинности. Позволь себе узнать, как может быть прекрасно со мной.

— Я… — попыталась возразить, но замолкла, когда его лицо приблизилось к моему.

— Позволь, — горячо попросил он в мои губы и поцеловал.

Жар окатил тело будоражащей волной. Сопротивление иссякло. Я обмякла в крепких объятиях Рауна. А его губы и язык творили нечто нереальное. Горячие проникновения сменялись мягкими поглаживаниями и лёгкими укусами, нежность чередовалась грубостью, осторожность — уверенностью, порывистость — неспешностью. И каждый переход был подобен взрыву в мыслях. Я сжималась и таяла, дрожала и вновь замирала.

— Позволь… — вновь повторил Раун, и мне при всём желании не удалось понять, что он имеет в виду.

И будто мне было мало ощущений, его рука скользнула по ягодице и сжала бедро. Жар сосредоточился между ног, и я простонала, выгнулась в спине и даже сместила колено, побуждая его продолжить.

Это было невозможным безумием, томным затмением, которое я не спешила развеять. Раун же стремился его продлить.

Юркие пальцы быстро собрали подол платья к самой талии, пронеслись по кромке трусиков и с силой прошлись по внутренней стороне бедра. Я задрожала, внутренности сжало. Горячее покалывание распространилось на весь низ живота, готовое взорваться настоящим откровением.

— Скажи, драгоценная моя, ты испытывала когда-нибудь нечто подобное? — влажные губы прижались к моему ушку, защекотали урчащим шёпотом.

А наглые пальцы проникли под бельё и нежно коснулись самого сокровенного. Я задохнулась и задрожала, выгибаясь в спине.

— Минария? — позвал Раун.

Но я не понимала, что он от меня хочет. В голове было пусто, мной владели ощущения. Я чувствовала сильную хватку на талии, чувствовала прерывистое дыхание на лице, даже взгляд воспринимался откровенным прикосновением, но ярче всего улавливались касания умелых пальцев. Поглаживания, почти невинные, но такие будоражащие, временами замирали, прекращались, но возобновлялись вновь, чтобы сбить дыхание, прервать бешеный стук сердца и разогнать его вновь до нереальных скоростей.

— Мина? — вновь позвал Раун.

— Хватит, — взмолилась я, зажмурившись.

И вскрикнула, когда его пальцы проникли в меня. Лишь лёгкий толчок, но он стал тем моментом, бросившим меня за край. Глаза вновь распахнулись. Мир вокруг затрещал, задрожал, разрушаясь в темени расфокусированного взгляда. Стон вырвался из глотки и обратился мычанием, когда губы Рауна накрыли мои. Взрыв сотряс тело, разнося волны блаженства и нереальной эйфории. И так раз за разом, пока пальцы Рауна входили в меня, а его губы владели моими губами, пока силы совершенно не покинули нагруженный разум, пока мысли не обратились абсолютным ничто. Я окончательно обмякла в лапах оборотня, не в состоянии пошевелиться. Казалось, сложно даже дышать.

— Я говорил тебе, драгоценная моя, со мной тебе будет так хорошо, как ни с кем на свете.

И на этот раз его слова заставили меня опомниться. Я сумела ощутить опору пола под ногами и выпрямиться. Осознание наваливалось на голову настоящим огненным валом, опаляло мысли стыдом и ужасом происходящего.

— Отпустите меня, — просипела я и чертыхнулась, поняв, где до сих пор находятся его пальцы.

— Расслабься, Мина, ничего ужасного не произошло. Я лишь доставил тебе удовольствие. Тебе понравилось, — убеждённо заявил он, заглядывая в мои глаза.

— Отпустите! — я с силой ударила по его груди, взвилась с несвойственным мне остервенением.

И только тогда Раун послушался. Бесстыдные пальцы выскользнули из моего белья, хватка на талии исчезла, и я отпрянула к дальней стене, больно ушибив плечо. Ахнула от неожиданности, оборотень даже было рванул ко мне.

— Не подходите! — крикнула, вытянув перед собой руку.

— Мина… Успокойся. Тебе было хорошо.

— Это не я! Я не похотливое животное, как вы!

— Минария, всё хорошо? — в ванную заглянул один из охранников.

Его лицо сразу помрачнело, рука легка на рукоять пистолета, покоящегося в поясной кобуре. А я только тогда поняла, что подол платья зацепился за край белья, обнажая меня перед ещё одним незнакомцем.

— Отойдите от неё, Раун.

— Я ухожу. Мойтесь в холодной воде. Мне всё равно, — выпрямившись, я поправила одежду и на дрожащих ногах прошла мимо оборотня.

— Минария, ты устраиваешь сцену из ничего, — естественно, он последовал за мной.

Охранник поравнялся с нами в шаге, присоединились ещё двое.