Эротический хоррор для похотливых домохозяек - C. В. Хант
Возможно, это шаблонное замечание было уместным, потому что, когда она встала, ей показалось, что она услышала...
Не может быть...
Это был звук, похожий на быстрый стук, крошечный, но преднамеренный и безошибочно узнаваемый звук, как, скажем, крупного грызуна. Не здесь, в спальне с ковром, а в коридоре без ковра.
Проклятие! Я ЗНАЮ, что слышала это!
Она кинулась обнаженной к дверям спальни, посмотрела налево, в сторону гостиной, ничего не увидела, затем посмотрела вправо, дальше по коридору, и...
Ее рот открылся.
Ей бросилось в глаза какое-то движение на полу как раз у входа в мастерскую дяди Петра, а затем то, что это было, исчезло в комнате.
Какого хрена?
Но что это было? Образ, возникший в ее глазах, совсем не был похож на грызуна, но опять же... это, казалось, не напоминало ей ничего знакомого. Просто темное пятно, возможно, в фут длиной.
- Что это было? - спросила она в тревоге.
Хотя она и почувствовала укол страха, но почему она должна бояться чего-то такого маленького? Или...
Видела ли она это вообще?
Я это себе представила? - она пыталась внушить себе, но ответ резко возник: - Нет! Я действительно СЛЫШАЛА этот стук, и я действительно ВИДЕЛА это маленькое... что бы это ни было!
Она сделала шаг вперед, потом другой и остановилась. Легкий сквозняк заставил ее обнаженную кожу задрожать, и...
Она фыркнула носом.
И снова был этот запах, этот землистый, похожий на грязь органический аромат, который разжигал ее сексуальную чувствительность; на самом деле, каким бы слабым ни был запах, она чувствовала плотный эротический пульс между своими ногами потоком горячей влаги.
Это безумие! Я снова возбуждена! Слишком много дерьма произошло здесь, черт возьми, слишком быстро!
Ей пришлось буквально заставить себя не прижимать палец к клитору. Решив докопаться до сути всего этого, она сделала еще один шаг вперед к двери мастерской...
БАМ-БАМ-БАМ-БАМ-БАМ!
Сьюзен поднесла руку к сердцу и вскрикнула.
Кто, БЛЯДЬ, так стучит в мою дверь!
Удивление дезориентировало ее. Она нелепо замерла в холле, голая, переводя взгляд с двери мастерской на фойе.
БАМ-БАМ-БАМ-БАМ-БАМ!
Кто бы это мог быть? А какое время было? Она бросилась обратно в спальню и неуклюже натянула одежду. Часы сказали ей, что сейчас только девять часов вечера.
Должно быть, Спенс стоит у двери; может быть, он узнал больше информации...
Она сразу предположила, что это снова был Спенс, и он хотел ей что-то сказать.
Она поспешила к входной двери и открыла ее.
Ее поразил легкий шок, потому что стучал не Спенс.
Что за хер...
Теперь перед ней стоял пожилой мужчина, лысеющий, с седыми волосами и очень тощий. Ему должно было быть за семьдесят. И была еще одна очень заметная деталь: у него отсутствовало правое ухо.
Парень на фото, на лодке с дядей Петром...
Но намного-намного старше сейчас. Его ярко-голубые глаза сверкнули одобрением. И с резким чешским акцентом он произнес:
- Ах да, ты - Зузанка. Однажды я встречал тебя, когда ты была маленьким ребенком. Я - Анджей. Петр был моим лучшим другом. Мы приехали сюда вместе давным-давно молодыми людьми из Праги.
Она понимала, что "Зузанка" было одним из способов сказать "Сьюзен" по-чешски; дядя Петр называл ее так же. И он явно был на самом деле, очевидно, тот самый мужчина с фотографии.
- Пожалуйста, входите, - сказала она.
Когда она впустила его, старик остановился, оглядевшись, наполовину грустный и наполовину довольный.
- Да, это место навевает приятные воспоминания, - сказал он. - Петр и я, мы выпили здесь много пива и вспоминали о прекрасных временах в Праге. На самом деле... - он поднял палец, - я сейчас вернусь, - и пошел на кухню, открыл холодильник.
Через мгновение он вернулся с большой банкой пива.
Помоги себе сам, почему бы и нет? - подумала Сьюзен.
Но сейчас этот человек - Анджей - просматривал фотографии на каминной полке, как раньше Спенс.
- Тогда мир был другим, - размышлял Анджей. - Другим не только в хорошем смысле, но также и в плохом. Ты видишь мое ухо? - спросил он, указывая на дыру в правой части головы. - Это ухо, э-э-э, я имею в виду, где раньше было ухо?
- Хм-м-м... Да.
- Это было в шестьдесят восьмом, когда это случилось, во время революции... Ах! Петр и я, мы были так молоды. Восемнадцать-девятнадцать лет. И это были мои люди, они пытались восстать против Советов и выгнать их. Был один русский солдат, настоящий дьявол, который мне ухо отрезал, и я не буду говорить, что еще он со мной сделал, но твой храбрый дядя - Бог сейчас с ним - он взял этот русский штык и воткнул его этому солдату, ну, я не скажу тебе, в какое место. Петр спас мне жизнь в тот день. Но... Ах... Все пошло плохо. Советы убили многих из нас и посадили в тюрьмы сотни.
- Вау, это целая история, - сказала Сьюзен, - и, поверьте мне, я очень ценю то, что вы дружили с моим дядей, но... что я могу для вас сделать?
Старик выглядел растерянным.
- Что?
- Хм-м-м... Почему вы здесь?
Старик посмотрел, помолчал, потом расхохотался.
- Ах! Конечно! Ты хочешь знать, для чего я приехал сюда - да? Ну, я скажу тебе. Чтобы просто проверить кое-что, что Петр хотел бы, чтобы я проверил, но я уверен, что это ничего серьезного. Я видел в новостях, что несколько человек были убиты в этом здании... - он сделал акцент на слове "убиты".
- Да, да, людей по соседству убили! - воскликнула Сьюзен. - Я не знала, что это уже попало в новости. Что еще они сказали?
От одного глотка пива старик опустошил банку наполовину.
- Говорят, они думают, что это животное или что-то в этом роде, но...
- Но что? - выпалила она.
- Есть что-то... возможно, ничего, но я должен кое-что проверить, потому что Петр хотел бы этого.
А потом он быстро повернулся и пошел по коридору. Сьюзен встревоженная последовала за ним.
Черт, этот старик ведет себя так, как будто это место принадлежит ему!
Анджей ворвался прямо в мастерскую Петра и уже стоял на коленях к тому времени, когда вошла Сьюзен.
Какого черта!
Он точно знал, что искал: он вытащил из-под стола тот ящик, с которым Сьюзен