Другие миры кроме этого - Стивен Кинг

На Джека нахлынули смешанные чувства. С одной стороны, он испытывал дикое, злорадное удовлетворение от того, что одного из «гуннов» Мэри все-таки прищучили. С другой — перед ним лежал обычный деревенский паренек, которого подмяла под себя сила, куда более могущественная, чем его способность сопротивляться.

Джек стянул с него ким-каммалу и обнаружил во внутреннем кармане пачку дезийских ассигнаций и две золотые монеты. Также нашлись портупея и футуристический пистолет, вроде того, что Джек потерял, провалившись из Прорвы в Тейлор-Сити. Деньги он трогать не стал, но пушку забрал и протянул Мэри.

— Осторожнее с ней. Похоже, она палит какими-то мощными звуковыми волнами.

— Это был один из них, верно? Из плохих парней?

Плохих парней…

— Да. Из плохих мальчиков и плохих девочек.

— Мы можем ехать?

— Да. Вперед, Миссис Тэлбот.

Миссис Т. дважды повторять не требовалось.

11

Дорога — точнее, то, что от нее осталось, — по мере приближения к Дези становилась шире. Вскоре они уперлись в груду обломков розового камня; некоторые кирпичи были сильно обгоревшими. Они полностью перегораживали путь, так что придется искать объезд. Джек уже собирался свернуть, но Мэри велела притормозить.

— Ты знаешь, что это такое? — спросила она. — Ну, то есть, чем это было?

Конечно, он знал.

— Арка на въезде. До города осталось меньше часа пути. Я уже слышу шум прибоя, а ты?

— Да. Подожди, если тебе не трудно.

Она отсадила в сторону Ричарда (ушастик-путаник окончательно решил, что ее колени — это его законный второй дом) и выбралась наружу. Джек последовал за ней. С усилием они перевернули один из розовых валунов. На нем были выбиты слова. Джек сумел разобрать только два из них: «ДЕЗИ» и «КАММАЛА». Впрочем, он и так прекрасно понимал, что там написано, как понимала и Мэри.

Вскоре после этого они преодолели длинную гряду, известную как Редут — земляной вал, который тянулся до самого Меджиса и уходил далеко за его пределы, к Сломанным горам. С его высоты их взору открылись остатки Дези. Живописные розовые террасы, спускавшиеся к самой воде, были почти полностью уничтожены оружием, которое не выпускали на волю в Срединном Мире уже делах лет.

Гибель этого некогда прекрасного города, непохожего ни на один другой в Долинах, отозвалась в душе Джека глубокой скорбью. Посмотрев на Мэри, он увидел, что по ее щекам текут слезы. Единственным утешением было то, что после всех скитаний и приключений они наконец-то вернулись к Чистому морю. Глядя на искрящуюся под солнцем синеву, Джек поймал себя на мысли, что уже и не чаял увидеть ее снова.

— Города больше нет, Джек! Дези погиб!

Джек промолчал.

Дези

1

Там, позади Джека и Мэри, прямо посреди Парада, что-то двигалось. Не автомобиль и не повозка, а разновидность рикши, известная здесь как тете-букка. Богачи порой нанимали такие штуки вместо такси. Сугубо городской транспорт, который таскали ослики или карликовые мулы; чаще всего на них ездили за покупками в Нижний город. Но эту повозку вместо мулов перли на себе люди, а под навесом от солнца восседал человек. Огромная туша, которая при каждом толчке и подскоке колыхалась и заваливалась из стороны в сторону. Джек остановил «Бинни» и выбрался наружу. Мэри и Ричард вылезли со своей стороны и подошли к нему, встав прямо перед коротким, покатым носом Миссис Т. Мэри прикрыла глаза ладонью от солнца. Ушастик-путаник в точности повторил ее жест, приставив лапу к лбу.

— Эту дуру тащат Джордж и Волчок, — сказал Джек.

— Мне отсюда плохо видно. Ты уверен?

— На все сто. А в самой букке сидит наш многоуважаемый губернатор. — Он запнулся. — Ну, или то, что от него осталось.

2

Прежде чем встретить тете-букку, Джек и Мэри наткнулись на место недавнего побоища. Повсюду валялись брошенные машины, как уцелевшие, так и перевернутые вверх тормашками. Некоторые были оснащены орудиями, а вдоль дороги и по обоим кюветам валялось больше шестидесяти трупов. Кое-кто из них был из красноголовых, другие — из защитников: городские, рабочие с ранчо и рудокопы, все еще одетые в свои синие шахтерские комбинезоны. Трава вокруг выгорела до угольной черноты. Джек невольно подумал о Вьетнаме и напалме.

— Я ведь знаю некоторых, — тихо произнесла Мэри. — Ногги Данн, разносил заказы в таверне «Яркая Звезда»… Джемми Скеггс, он всегда подкидывал нам с Пэйем рыбку-другую, если у него оставались излишки улова… вон тот старик, что обычно выкрикивал городские новости…

— Хеш Мартен, — подсказал Джек. У старого хрыча не хватало одной руки. Он умер, оскалив в небо свои немногочисленные уцелевшие зубы.

Еще он узнал Минни Уошема, главного механика Янгблада и мастера на все руки, но признал его исключительно по длинным светлым волосам, которые тот всегда собирал в конский хвост и перевязывал розовой лентой-даши в память о матери. Нижняя часть его лица прекратилась в мелкое крошево. Джек не думал, что Минни прикончили красноголовые. Возле его вытянутой руки валялся развороченный скорострел — судя по всему, пушка попросту рванула у него в руках, убив механика осколками ствола.

Мэри монотонно перечисляла:

— Вижу рыбаков и городских… вот плотник по фамилии Хорган… это Рафф Йорн, водопроводчик… а вон там паренек знакомый, имя вылетело из головы. Он развозил товары по Верхнему городу на велосипеде с огромным передним колесом…

— Джори Галгал. Вроде бы он. — Джори пробило шею бах-болтом насквозь.

— Славный был мальчуган, — проговорила Мэри почти будничным, разговорным тоном. Но весь пережитый шок застыл мертвенной бледностью на ее лице. — Во имя Гана, что же здесь стряслось?

Что здесь стряслось, было очевидно, но Джек лишь указал на приближающуюся к ним тете-букку:

— Сейчас у них и спросим.

3

Когда «Бинни Динг» подкатил ближе, Джек и Мэри увидели, что Волчок вроде бы не ранен, но изможден до предела. У Джорджа Элгина, счетовода и казначея Эдварда Янгблада, одна голень обмотана окровавленным бинтом. Его роговые очки криво сидят на переносице, причем одно стекло треснуло. При обычных обстоятельствах мысль о том, что такие доходяги тащат на себе тушу Янгблада, показалась бы нелепой.

Губернатор, хоть и оставался крупным, на грани ожирения мужчиной, явно уже засиделся на этом свете и готовился уйти в иной. Бо́льшая часть одежды на нем сгорела. Из двух глаз уцелел лишь один, и Джека вновь посетило жуткое воспоминание о Пэе Орвилле после смертельной стычки на станции. Волосы на голове Большого Кахуны выгорели