Александр Розов - Одиссея креативной королевы

Она так увлеклась этим прислушиванием, что следующие несколько минут выпали из осознанного наблюдения. А в реальность ее вернула фраза Микар:

- Мы приехали.

- Куда? – удивилась Джил.

- Туда, - ответила туземка, и показала рукой на неприметный холмик высотой 20 футов примерно, между дорогой и пляжем, поросший пушистым кустарником, и снабженный светящимся знаком: ярко-желтый круг с зелеными силуэтами: утка верхом на кенгуру.

Собственно, светящийся знак и был дверью (точнее очень большим круглым люком).

- Э-э…Микар, а где мы оставим лошадок?

- Мы их отправим на мою ферму своим ходом. До фермы всего три километра.

…Оказалось, что пони отлично знают команду «домой», и видимо знают дорогу. Они уверенной рысцой побежали по какой-то боковой тропинке, ведущей сквозь молодые лесопосадки на запад. Тут Микар толкнула люк, он с грохотом провалился внутрь, и…

…

*21. Куда приводит день космонавтики.

Палау, Бабелдаоб, 11 апреля. Поздний вечер. Y-клуб «Утка и Кенгуру».

…И изнутри холма отозвалось гулкое эхо. Затем раздался глухой мужской рев:

- Кого еще принесли черти?

- Кронтег! – крикнула в ответ Микар, – А где «ой привет девчонки, как классно что вы пришли, вы такие красивые и сексуальные»? Ну, где?

- Микар, ты там не одна что ли? – спросил тот же голос, но уже менее ревущий.

- Конечно, я не одна. Я сопровождаю английскую виконтессу.

- Я не виконтесса, я просто джентри, - шепнула Джил Додридж.

- Это сейчас без разницы, - шепнула в ответ Микар, а затем крикнула, - Эй! Мы дождемся, приглашения, или там внутри вообще нет никого с понятием про этикет?

- Этикет… - задумчиво прорычал голос, - …Айо, ты тут хозяйка, ты точно знаешь.

- Знаю, - подтвердил женский тенор, - возьми со стены эту трубу, и дуй изо всей силы.

- Хэх… - раздалось междометье, а затем что-то загудело на пугающей басовой ноте.      

- Хватит, - распорядился тенор, - теперь кричи что-нибудь из рыцарских романов.

- Но, Айо, я их не читал, блин!

- Кронтег! Я тебя не спрашиваю, читал ты или нет. Давай, кричи уже!

- Ладно… Это… Как оно?... Благородная виконтесса не-знаю-блин-как-звать, со своей спутницей приглашаются в «Утку и Кенгуру» для… Ну, не важно. Заходите, короче.

- Ну, вперед! - прошептала Микар, и юная британка, не без некоторой опаски, шагнула в круглый лаз (метра полтора в диаметре, так что пришлось пригнуться).

Лаз оказался коротким, и через мгновение Джил попала в просторный круглый зал (или внутренность сплюснутого пузыря), как будто созданный по мотивам психоделических картин Сальвадора Дали. Тут не наблюдалось ни одного привычно бытового предмета. Стулья напоминали разноцветных пауков ростом с бульдога, а столики выглядели как половинки яблок, срезом кверху. Кухонный уголок был стилизован под рабочее место кочегара на древнем паровозе. Рядом с дверцей топки даже лежала лопата для угля. На дальнем краю зала был еще один круглый люк с надписью: «Санузел. Не бойтесь, там традиционная аппаратура». В центре зала уходила вверх винтовая лестница. В потолке имелся (опять-таки) круглый люк. Потолок - полупрозрачный, сквозь него различались неясные тени неопознанных субъектов, перемещающихся по второму этажу.

Теперь о публике. Хозяйка (та самая Айо – девушка северно-европейской расы, однако загорелая до негритянского цвета кожи). Кстати, было, с кем сравнивать. За столиком, ближайшим к «кухне-паровозу» одиноко сидела стройная негритянка банту, задумчиво созерцая содержимое своего стакана: пузырящуюся белую жидкость.

Недалеко от входа расположился тот самый Кронтег – высокий скандинав, и за тем же столиком - парень значительно меньших габаритов, этнический филиппинец, плюс две девушки, вероятно – китаянки, но судя по загару и манерам, уже ставшие местными. 

За парой сдвинутых столиков под лестницей сидели три японки, видимо не местные, а туристки, студенческого возраста, и (судя по хихиканью) уже слегка «укуренные».

Ближе к середине зала устроились два парня, вероятно, латиноамериканцы. 

Первый: толстенький, невысокий, круглолицый и улыбчивый.

Второй: похожий на дикаря-людоеда или на неандертальца в полном расцвете сил…

Под действием напитка kava-kava, в сознании Джил как-то разделились два сюжетных потока. Она размышляла над увиденными образами присутствующих, при этом с ними разговаривая, но не осознавая процесса разговора. Слова рождались и произносились в автоматическом режиме. Юная британка подумала: «О! Забавно наблюдать за собой!».

…Микар слегка толкнула плечом Джил, и направила ее к столику, за которым сидела задумчивая банту со стаканом белой субстанции. Едва усевшись, Микар объявила.

- Рондо, это Джил из Британии, Джил, это фельдшер Рондо из нашей службы 911.

- Я рада знакомству, - сказала Джил, уже поборов предыдущей фортель сознания.

- Взаимно, - откликнулась банту, - а ты правда виконтесса?

- Нет, я джентри.

- Джентри? А что это значит?

- Это, в общих чертах, землевладелец из нетитулованного дворянства. 

- Ну, тоже неплохо.

- Рондо, у тебя что-то стряслось? – спросила Микар.

- Так, негатив по работе, - девушка-банту махнула рукой, - На атолле Нгулу авиетка с пилотом и четырьмя пассажирами задела кроны деревьев перед ВПП, и упала так, что топливо вспыхнуло. Был бы спиртовой движок - по ходу, легче обошлось бы. Но там турбина на пропане. Вот, мы с доком Треллой, и с ребятами из тамошнего медпункта, бахались с этим. Пилота мы, все-таки, потеряли. А пассажиров мы вытянули, но они в критически-хреновом виде. Ожоги больше половины поверхности кожи, и весь спектр механических травм. Мы потом отвезли их на атолл Улиси, в Хиросима-Лаб.

- Что? – удивилась Микар, - В Хиросима-Лаб? Но они же не от А-бомбы пострадали!

- Да. Но ситуации с ударными травмами при более, чем 50-процетном ожоге, это четко тематика Хиросима-Лаб. При А-взрыве это типичный результат.

- Ну, вам с доком Треллой виднее. И вот что: переживая тут, ты никому не поможешь.

- Я знаю. Подожди, вот я допью молочный коктейль, и более-менее урегулируюсь.

Микар похлопала негритянку-фельдшера по плечу.

- Что за фигня, а? Какой, на фиг, молочный коктейль? Тебе надо стакан красного вина, большой кусок мяса легкой прожарки, чтоб с кровью, и ураганного мужика.

- Блин! – негритянка хлопнула себя ладонными по коленям, - Ты думай, что лепишь! Я сейчас даже смотреть на мясо не могу! У меня, блин, в носу запах горелого мяса…

- Да, нах, про мясо я фигню спорола! - самокритично признала Микар, - Но про вино и мужика я тебе абсолютно точно говорю, с научной психологической позиции.