Шарон Ли - Завтрашняя запись

Вооруженные винтовками зашевелились, а один из них рассмеялся. Свидетель услышал выстрел, увидел вспышку, с которой Трезубец пожрал пулю.

— Сдавайтесь! — снова воскликнул Анджелалти. — Ваш корабль мертв, а вы — в руках Биндальчи, у которых нет причин вас любить.

Тут они начали тихо переговариваться. Свидетель услышал, слова вроде того, что много их тут и на склоне, и ниже — во, смотрите, какую пыль подняли…

— Идиоты! — рявкнул кто-то из центра отряда.

Эта женщина вышла вперед, рванула завязки шлема, отбросила шлем в сторону, открыв роскошные волосы.

Держа винтовку у бедра, она зашагала по камням и спекшейся земле туда, где лежала Воин Смерти.

Осклабившись, показывая острые белые зубы и такую же острую злость, она передернула затвор и приставила дуло к голове Корбиньи.

— Сдаваться? — вызывающе сказала она. — Подумай получше!

Анджелалти здоровой рукой поднял Трезубец.

Женщина с винтовкой захохотала. Свидетелю показалось, что палец ее напрягся на спусковом крючке…

Первая молния отбросила ее назад, и винтовка взметнулась вверх, послав выстрел в небо.

Женщина сумела удержаться на ногах, опустила винтовку и выпрямилась, целясь прямо в Анджелалти…

Вторая молния поглотила ее целиком, с винтовкой, волосами и боевым скафандром, превратила в ослепительную вспышку, и не осталось ничего, кроме оплавленной земли там, где она стояла.

— Сдавайтесь! — крикнул Анджелалти в третий раз, и в его голосе зазвучала такая кровожадность, что сердце Свидетеля похолодело. — Сдавайтесь, или я сожру вас всех!

— Трезубцедержец! — донесся сзади очень знакомый голос. — Телио Биндальчи здесь и готовы служить тебе. Разорвать ли этих людей на части? Трезубцедержцу достаточно только слово сказать.

Люди с винтовками шевельнулись, и Свидетель Телио поднялся на ноги, осмелившись наполовину отвернуться от Анджелалти и Карателя. Он увидел, что зеленые одеяния Телио встали наверху стекой, а ниже рассыпалась цепью сотня племени Тремиллан, щетинясь ярко сверкающим оружием.

Один из стрелков решительно поставил винтовку на предохранитель, снял ее с плеча и отбросил далеко в сторону.

Спустя мгновение остальные последовали его примеру. Искатель Анджелалти кивнул, опустил Трезубец и оперся на него — измотанный, раненый, смертельно усталый, — и повернул голову к носителям зеленых мантий.

— Это — мои пленники, — сказал он срывающимся голосом. — Охраняйте их.

А потом он выпустил Трезубец и упал.

Пульт заискрил, что-то щелкнуло и взорвалось. Финчет выругался, глядя на погасшие экраны, попытался подключить запасной пульт, которого не было, и закашлялся, вдохнув едкий дым.

— Экран номер шесть разрушен, — докладывал Велн ровным голосом ветерана. — Банк памяти номер два выведен из строя. Передние стабилизаторы шатаются. — Пауза. — Обрушилась передняя половина дома, дядя. Мы в ловушке.

— Слава Богам, что не задняя, — отозвался Финчет, позволив себе бросить взгляд за спину, на стену обломков и то место, где находилась кровать, — Иначе мы черта с два могли бы сесть.

Велн бросил на него перепуганный взгляд:

— Сесть? Мы же ослепли, дядя. Мы ведь не можем снизиться…

— Снизиться-то мы снизимся, — мрачно ответил Финчет. Он посмотрел на мальчишку и оказал ему честь, не пытаясь кривить душой. — Тут выбора нет.

Велн стиснул зубы. Лицо у него было серое, как металл корпуса. Финчет кивнул:

— Насколько шатается передний стабилизатор? Мальчик посмотрел на показатели, нахмурился и задал повторную калибровку.

— Флуктуирует, — ответил он чуть позже. — От двадцати до сорока процентов.

— Держит. — Финчет снова кивнул, снял руки с пульта и закрыл глаза, ощущая Сад вокруг себя, чувствуя, как он качается и кренится, но в целом — в целом, по милости богов космоса — сохраняет ориентацию. Может быть… Он открыл глаза: — Переключи все со своего пульта на главный, — сказал он Велну. — Кресло подай назад, заведи страховочную сеть. Упражнениям Хемвиля обучен?

— Да, дядя.

— Вот и припомни их. Чтобы был гибким, как ивовый прутик, ясно?

— Да, дядя, — ответил Велн, выполняя приказание.

— Молодец, — сказал Финчет, а потом забыл обо всем, кроме пультов.

На медкапсуле пискнул таймер. Риа открыла глаза, встала с каталки и пошла открывать колпак.

Милт устремил на нее мутные от лекарства глаза, моргнул и просипел:

— Риа?

— А ты кого ждал? — поинтересовалась она. — Ты мне тут не собрался помирать, мальчик?

В нем зашевелились воспоминания. Он скривился, вздрогнул, однако улыбка, которую он ей адресовал, была искренней.

— Не-а. Ты от меня так легко не отделаешься, старуха.

— Ну-ну.

У него еще сильнее прояснился взгляд:

— Мы еще на переселенческом корабле? Она кивнула:

— Дез не спешит.

— Возможно, занят, — отозвался он и тут полностью пришел в себя. — Они захватят Главный корабль!

— Попытаются, — поправила Риа и положила руку ему на плечо, хотя он не пытался встать. — С этим мы ничего поделать не можем, приходится сидеть и ждать. Воздуха тут хватает, наверняка есть буфет. Скоро пойдем и поищем. Освещение тоже ничего, когда глаза привыкнут.

— Да. — Посеревшее в тусклом свете лицо стало спокойным. — Может, подремлю.

— Хорошая мысль, — откликнулась она. — А я осмотрюсь. Если меня не будет, когда ты проснешься, не дергайся. Скоро вернусь.

— Эти большие пауки…

— Наверняка их капитан переселенцев забрала с собой, — рассудительно сказала Риа. — Там ей от них больше пользы. Ложись.

Милт закрыл глаза, но тут же открыл их снова.

— Риа!

— Ну что еще?

— У тебя на подбородке кровь.

Она посмотрела на него, выгнув бровь.

— И это вместо „спасибо“! — сказала она и утерлась рукавом. — Так лучше?

— Лучше, — ответил он. — Спасибо.

— Спи давай, — посоветовала она и стояла рядом с койкой, пока он не заснул.

Не стоило надеяться, что капитан корабля Синдиката окажется трусом и отдаст секретные коды без боя. Мейл Фазтерот прекрасно понимала его положение.

И потому без малейшего гнева отдала первой волне приказ атаковать.

Три спасательные шлюпки Экипажа, управляемые тремя лучшими пилотами Экипажа, вышли из строя и понеслись на корабль Синдиката.

Сработало преимущество внезапности — когда синдикатовцы поняли, что их атакуют, менять прицел было уже поздно. Каждый из трех кораблей сделал выстрел согласно инструкции, каждый поразил одну из целей, не имеющих жизненного значения.