Сергей Демченко - Люди из ниоткуда. Книга 1. Возлюбить себя
Они простые крестьяне. Но если они собираются выжить, им придётся ко многому привыкать. И привыкать быстро. Куда быстрее, чем они это делали в своей неспешной и тихой пока жизни.
Казалось забавным, что «горцы» были озабочены состоянием транспорта не меньше нашего, а пожалуй, и даже более нас самих. Они первым делом побежали убедиться, что пара попавших в машины пуль не раскурочила их до негодного состояния. Все их собственные авто перестали существовать как транспортное средство сразу же после столкновения с астероидом. Единственная ведущая в долину по ту сторону перевала дорога ныне упиралась прямо в новорождённое море. Отбывшие накануне катастрофы в райцентр односельчане назад так и не вернулись. Поэтому машины всё ещё стояли в гаражах или на улице, приходя постепенно в непригодное состояние. Последний выжатый из них бензин хранился в виде неприкосновенного запаса у Эльдара дома, под замком.
В процессе разговора с Эльдаром же я узнал, что во время нашей охоты на каланов стреляли по нам, скорее всего, именно люди из их деревни. То есть те, кого совет изгнал за прежние или вновь творимые грешки.
Уходя, они прихватили каким-то образом часть, причём лучшую, оружия, которого народ достал из загашников после того, как осознал истинные масштабы событий. Преследовать их никто не решился, дабы не заполучить пулю в брюхо.
Потому как ушли ребятки со снайперской винтовкой 60-х годов, но находящейся в хорошем состоянии. И с парой румынских автоматов периода Великой Отечественной, найденных пацанами давным-давно в горах на месте боёв, и припрятанных ими же когда-то от родителей. Пацаны выросли, а оружие так и лежало до поры, до времени. И никто так и не прознал, где оно находилось. К ним очень даже подходили некоторое современные наши патроны. Какие — Эльдар не сказал. Но, думаю, калибра 7,62.
Хотелось надеяться, что подонки стали закуской для собачьей своры. Поскольку ни до, ни после этого нам не попадалось никакого трофейного оружия, даже мало-мальски похожего на описываемое. То, что лежало сейчас перед нами, было привычно и не ново. Пара АК и три гладкоствольных карабина. Один ПМ с полной обоймой. Ну, что же, — по закону родства — добыча пополам.
Уж не знаю, как они понесут теперь домой уже СВОЁ оружие, но лучше патроны из него на время достать. «А то храни бог войны»… Перестреляют сами себя. Впрочем, пара осмысленных лиц среди них всё-таки было. Вот они и присмотрят за остальными олухами. А пока — вперёд, База ждёт!
Преодолевая осыпавшиеся под ногами склоны, мы, не забывая «посматривать» стволами по сторонам, потащились вниз, где среди сосен притаились наши «транспорты».
…Закончив все вызванные нашим прибытием хлопоты и возглавив набег на очередную цепь магазинов и складов, мы подготовили наших новых соратников в обратную дорогу. В отличие от предыдущей нашей удачи, урожай был куда ниже среднего.
Однако новых впечатлений то погибшего города и побережья, приключений и увозимого с собой новым «родственникам» хватало с избытком. Большинство магазинов и складов, на которые мы забирались за эти две недели, были долгое время скрыты под водой и полны ила. И практически всё, что в них когда-то было, оказалось полностью негодным. Мы обшарили почти все доступные нам районы, которые пострадали менее всего. Соваться дальше, — в центр или в сторону Мыса, — смысла не имело. Во-первых, именно оттуда вода прибывала активнее всего в самом начале. Всё, что могла, вода тащила именно к нашим «берегам».
Именно там менее всего сохранилось ценного, чего бы у нас уже не было из некоторых предметов, а искать там продукты смысла не было вовсе. Близость бухты и моря обусловливали наиболее агрессивные условия для материальных ценностей. Частые штормы, приливы, огромное количество подводных обитателей и неисчислимые массы таскаемых туда-сюда водой, превращающихся в тряпьё трупов, сводили возможность поживиться там на «нет».
И к тому же, где-то в районе Мыса ещё оставались жители. Которым тоже приходилось искать что-то поесть. В связи с этим риск нарваться на нешуточную перестрелку вырастал многократно. Когда ведёшь боевые действия под собственными стенами да на суше, — это одно. А находиться на виду, когда любой придурок откроет по тебе с берега или с крыши высотки огонь — совсем другой коленкор.
Да и не хотелось уж совсем, если честно, лишать умирающих последнего. Город и так был чересчур уж наводнён мёртвыми, чтобы прибавлять работы рыбам.
Потому, тщательно и по-всякому перерыв до самого дна все пришедшие мне пока на ум «кладовые», мы решили на этом остановиться. Пока, к несчастью, мы не могли позволить себе сверхдальних походов. Как с точки зрения человеческих ресурсов, так и с точки зрения ресурсов материальных.
Мы до сих пор не можем добраться до запасов бензина и дизельного топлива, лежащего на глубине под слоем грязи. И подобраться к ним под водою пока не удаётся. А потому не можем и «барствовать», раскатывая всюду на авто и катере. Как мы будем доставать в дальнейшем всё это, стоя по темечко в грязи, я пока себе не представляю. Авось, что и придумаем. Я же гений…
Но, к вящему удовольствию гостей, мы всё-таки нарыли именно им полторы сотни банок различных консервов, кое-что из гигиенических причиндалов, — зубные паста и щётки, опять же мыло, порошки и немного шампуни.
В практически последний момент, благодаря неуёмному любопытству и настойчивым просьбам одного из селян, мы причалили, ругаясь в зубы, к торчащей из воды приземистой хибарке. И каково же было наше удивление, когда мы обнаружили в ней пристройку к садоводческо — хозяйственному магазину!
Ранее, неоднократно проезжая на машине мимо этой трёхэтажки, я и думать даже не мог, что эта присунутая сбоку покосившаяся «хатёнка» играет роль не подсобки с мётлами, вёдрами и тряпками, а является ходом из магазина в подвал здания.
Когда мы уже в третий раз проплывали мимо этого магазина, чьё чрево было услужливо наполнено негодными более к употреблению вещами, наш настырный «пассажир» заставил нас пристать. Когда мы были здесь в последний раз, пристройка была скрыта под водой, и я забыл о её существовании, как о некоей не существенной детали. В тот раз мы с грехом пополам достали из магазина несколько лопат без черенков, некоторое количество пластмассовых изделий, тазиков и бачков разного водоизмещения, а в довесок с полкуба перекрученных «вертолётом» и перемокших напрочь реек и «вагонки».
Всё прочее не годилось даже в качестве вторсырья. Настолько всё было испорчено. Теперь же, всеобщими усилиями сдвинув ломами и голыми пальцами отставшую от стен бетонную рыхлую плиту, покрытую почти отвалившимся слоем рубероида и служащую крышей этому тамбуру, мы были просто поражены.