Alma - Эпизод 2. Антиканон

— Полет нормальный. Никаких отклонений в основных узлах не обнаружено, — доложил Карпино.

— Режим?

— Продолжали движение по тому же курсу со скоростью шестьсот единиц.

— Отлично. Вахту принял. Можете идти, Карпино.

Едва старший помощник скрылся из виду, Скайуокер подошел к дежурному офицеру.

— Поднять мощность реактора до тридцати процентов.

— Есть поднять мощность реактора до тридцати процентов.

— Увеличить скорость до 800 единиц.

— Есть увеличить скорость до 800 единиц.

… пятьсот сорок, пятьсот шестьдесят, пятьсот восемьдесят…

А на первых прогонах корабль так и не разгоняли до максимума, подумал Скайуокер Интересно, почему?

… шестьсот двадцать…

Но семисот единиц они достигли. Надо было спросить у Рутьеса, он-то точно должен знать. Вдруг здесь какая-то пакость.

… семьсот двадцать, семьсот сорок…

Нет, Рутьес в курсе — это было в графике испытаний, мы это обсуждали, и он бы обязательно сказал, если…

… семьсот восемьдесят…

… если что?

— Скорость 800 единиц, сэр.

— Отсек двигателей, перегрев есть?

— Никак нет, сэр.

— Продолжать движение на максимальной скорости.

— Есть продолжать движение.

Скайуокер снова зацепился взглядом за монитор с видом на Лоду-2. Синим лоскутком неслось не то море, не то океан.

Через два дня будем гонять дредноут в атмосфере, подумал Анакин. Может, тогда и посмотрю на эту планету поближе.

— Реакторный отсек, доложите обстановку.

— Вырабатываемая мощность тридцать процентов от максимума. Охлаждение в норме, сорок пять процентов. Системы резервирования в порядке.

— Поднять мощность реактора на сорок процентов.

— Есть поднять мощность реактора.

— Включить первый дефлекторный генератор, тысяча шестьсот единиц.

— Есть включить первый дефлектор на тысяча шестьсот единиц.

— Включить второй дефлекторный генератор, тысяча шестьсот единиц.

— Есть включить включить второй дефлектор на тысяча шестьсот единиц.

— Продолжать движение по орбите.

— Есть продолжать движение по орбите.

— Дежурный по реактору, доложите обстановку.

— Вырабатываемая мощность сорок процентов от максимума.

— Отклонения?

— Никаких, сэр.

На мониторе слева от Скайуокера радары обозначили верфи.

— Расстояние до спутника?

— Двести семьдесят километров.

— Курс на спутник.

— Есть курс на спутник.

Один офицер из команды навигаторов отвлекся от своего монитора и бросил косой взгляд на командира. Пройдя вперед по мостику, Анакин встал у смотрового экрана и сложил руки за спиной.

Нос «Виктории» хищно нацелился на верфи.

Много? Мало?

В самый раз.

Скайуокер опять померил мостик шагами. Вернулся в рубку. И снова тот офицер беспокойно глазел на него. Анакин не подал виду и спокойным тоном спросил:

— Расстояние до спутника?

— Сто девяносто километров.

— На ста шестидесяти начать маневрирование. Оставить спутник по правому борту.

— Есть начать маневрирование и оставить спутник по правому борту.

Офицер, кажется, успокоился и уткнулся в свой монитор. Анакин, скрывая восторг, наблюдал, как «Виктория» выписывает около верфей каллиграфический полукруг.

— Маневрирование выполнено успешно.

— Продолжать движение по орбите.

— Есть продолжать движение по орбите.

— Проверить питание двигателей на отклонения.

— Отклонений не обнаружено, сэр.

— Начать разворот на сто восемьдесят градусов по левому борту.

— Есть начать разворот на сто восемьдесят градусов по левому борту.

— Курс на верфи.

На этот раз Скайуокер приказал подойти к верфям на расстояние в два раза меньшее и только тогда начать обходной маневр.

Едва только маневр был выполнен, дежурный связист на мостике подал голос.

— Сэр, верфи только что передали сообщение.

— И что там, Эрцесс?

— Сэр, они выражают возмущение и беспокойство за свою безопасность, — связист замялся.

— Что-то еще?

— Они желают узнать… — связист изо всех сил старался сохранить невозмутимость. — Не будете ли вы так любезны предупредить их в случае, если решите таранить спутник.

Анакин улыбнулся краешком губ.

— Передайте на верфи, что дредноут республиканского флота «Виктория» выполняет обычные маневры. Еще добавьте, что в случае необходимости уничтожения такого объекта, как верфи, мы будем использовать имеющуюся у нас в наличии артиллерию, а таран оставим на случай крайней необходимости.

Карпино остался на вахте, и Скайуокер пожалел, что старший помощник не сможет принять в торжественном ужине, который он более чем заслужил. Конечно, еще одна традиция, на первый взгляд бессмысленная, потому что лишней торжественности никто не любит. А лишней и не нужно, нужно просто на часик отвлечься от бесполезных мыслей за стаканом отличного локримийского вина.

Снова прозвучал тост за успех ходовых испытаний, и снова звяканье бокалов утонуло в разговорах. О системах резервирования реактора и смешных обслуживающих дроидах в столовой, о наступлении республиканских войск и, естественно, о сепаратистах. Последним доставались весьма противоречивые характеристики: сепаратисты непонятным образом оказывались сразу и безнадежно тупыми, и невероятно хитрыми, нередко в их адрес звучали слова «отсталые нелюди», за которыми сразу же следовало восхищение передовыми технологиями.

Баумгарден поднял вопрос о штрафной роте.

— … мог додуматься до того, чтобы прислать на лучший корабль флота бывших наемников!

Хотел бы и я это знать, подумал Скайуокер. Очень бы хотел.

— Среди них есть наемники? — спросил он.

— Четырнадцать человек. Вчера почитал их личные дела. Бывшие граждане Республики, естественно. Служили в нашей армии. Потом вступили в так называемые нерегулярные войска других систем и принимали участие в локальных конфликтах.

— Звучит витиевато.

— Законом это запрещено. Но напрямую они с сепаратистами связаны не были.

— А «накривую»?

— Ситх их знает, честно говоря… В общем, трибунал приговорил их к пяти годам заключения. — Баумгарден пожал плечами. — Что тут же заменили полугодом службы в штрафной роте.

— Интересно.

— Вы видели пояснительный документ? Прилагался к тому же приказу.

— Нет, еще не видел. Что там?

— Государство, видите ли, не имеет права разбрасываться специалистами с военной подготовкой.

— Если подумать, в этом есть некоторый смысл.