Владимир Васильев - Затерянный дозор. Лучшая фантастика 2017
«То ли я хлебнул лишку, то ли она. — В недоумении сержант вышел из лавки и услышал, как за ним запирают дверь на ключ. — Что старая несла?.. Похоже, бабке пора в богадельню, из ума выжила… Надо присматривать за ней. Вдруг подпалит лавку вместе с собой, так и весь дом полыхнёт».
Впрочем, памятуя о славе рода О’Хара, банки он на всякий случай положил в шкафчик на кухоньке. Все участки, построенные в давнюю пору создания ирландской полиции, имели нужный минимум удобств — такие строения предназначались и для службы, и для житья.
* * *Мрачно бушевала погода, ветры и дожди рябили гладь бесчисленных озёрец Коннемары.
Ушёл по почте и бесследно канул рапорт о неизвестной женщине с болот.
Временами Шон вспоминал её иссохшее лицо, белое с желтоватым оттенком. Из обители покаяния сестра-секретарша по телефону ответила, что все их подопечные на месте.
Однажды утром, когда небо прояснилось, Шон поехал к торфяным баракам. Как договаривались, его ждали бойцы-республиканцы.
— Патронов немного, — молвил Шон, передавая им тяжёлые коробки, — зато раздобыл два армейских бинокля.
— Хорошие гостинцы, сержант, — крепко пожал ему руку командир. — Скоро отправимся на север. Слушай, здесь становится опасно. Дозорные видели фигуру на холме, у трёх камней. Мы скрытно поднялись туда, но этот тип искусно маскируется и исчезает раньше, чем мы подберёмся. Не замечал чужих в Бале-Коныле?
— Приезжих не было. Может, братья Класки шалят? У обоих шалопутов башка с присвистом, с них станется.
— Этих мы знаем, они носят нам то-сё по мелочи. И ходят парой, а там маячил одиночка. Разберись, Шон, будь добр. Мы не хотим ни слежки, ни шумихи.
— А женщину, бродягу, вы не замечали? Босая вроде шельта, в серой рубахе.
— Где?
— Подтяни дозорных, командир. Просто совет по дружбе. В Коннемаре складки местности, — Шон показал рукой волнистые холмы, — сделаны как нарочно, чтоб подкрадываться.
На обратном пути он свернул к Трём Столпам, как их высокопарно назвала старая Ройзин.
«Может, пещера? Холм — курган, внутрь ведёт лаз… Прикрыть дёрном — и входа как не было».
Подъехав к знакомой низине, намётанным взглядом Шон тотчас заметил нечто странное и остановил машину.
По жёстким побуревшим травам, озираясь, брела девчонка лет десяти, с непокрытой головой, в серой рубахе ниже колен и босая.
Сержанту тотчас представился новый длинный рапорт и нудные переговоры с отделом опеки при совете графства. Потому что в округе не числилось беглых или пропавших детей; это Шон точно знал по оперативным сводкам. Даже грязная детвора шельта жалась ближе к табору или сидела по кибиткам.
«Тут что, мёдом намазано? Почему сюда собираются все босоногие?»
Пока вылезал из машины, девчонка вопросительно смотрела на него. Шону вспомнились россказни о долине Гленн Болькан, куда-де как зачарованные тянутся со всей Ирландии изгои и умалишённые. Вернее, тянулись. Электрошок, психушки и химические препараты положили этому конец.
«А теперь их в Коннемару повело?.. Боже упаси. Одну уже нашли, вторая хоть живая».
— Девочка! — позвал он, стараясь говорить приветливо. — Что ты тут делаешь?
«Припустит наутёк как мышь — лови её в одиночку».
Отчего-то ирландцы не любят гардаев. Должно быть, это пошло с тех времён, когда Гарда носила шлемы английского образца. Поэтому свыше строжайше предписано вести себя вежливо, предельно корректно, пока не настанет момент выворачивать руки.
— Я ищу маму, — тонко и жалобно ответила девчонка. — Ты видел, куда ушла моя мама?
Спрашивал Шон по-гэльски. Ответила она с древним выговором, который лишь в диких горах услышишь. Жизнь нет-нет, да напомнит, что тут гэлтахт — затерянный мир языка королей и героев.
— Я сержант Гарды, Шон Мэлони. Наверняка ты замёрзла, тебе надо согреться. Поедем со мной в посёлок. Там попробуем разузнать о твоей маме…
Вблизи девчонка оказалась тонкокостной, с волосами цвета хлеба. Глазища большие, иззелена-серые. Она не выглядела вконец исхудавшей, только смотрелась бледно и вела себя растерянно. Волосы её спутались, рубаха кое-где была запачкана землёй.
— Ты королевский воин? — спросила она с надеждой.
В её речи было нечто жутко старомодное, даже сама манера выговаривать слова. Уж на что Коннемара — замшелая глушь и чёртов угол Зелёного острова, но и тут есть места, куда, похоже, мотоцикл не заезжал и радио не дотянулось.
«А вдруг, — подумалось Шону, — кто-нибудь как спрятался при Кромвеле в болота, так с тех пор и таится, четыреста лет не высовываясь?..»
— Гарда Шикона, Стража мира, — чётко назвал он свою службу. — Я охраняю здесь порядок. Со мной ты будешь в безопасности, я никому не дам тебя в обиду.
— Моё имя — Куу, Небесная Луна.
— Отлично, Куу. Садись в машину, я включу печку. Хочешь есть?
— Очень. — Глаза девчонки заблестели, будто к носу её поднесли блюдо с горячей, дымящейся картошкой, политой мясным соусом.
После секундного колебания она забралась в салон авто, на место рядом с водителем, поджала ноги и натянула подол рубахи пониже. Со знакомым знобящим чувством Шон заметил, что ступни её белые с синевой. Она мелко дрожала.
— Сейчас будет тепло.
В «бардачке», вместе с заветной фляжкой, он возил коробку с сэндвичами из придорожного кафе. По всему видно было, что Куу жутко голодна, но вела она себя как маленькая леди. Не набросилась на еду будто волчонок — аккуратно развернула вощёную бумагу, откусила краешек булки, прожевала, потом ломтик помидора, потом веточку укропа, кусочек говядины…
Шон понял, что с ним нет воды. Ни минералки, ни термоса с чаем. Только виски. Настоящий проклятый ирландец.
Когда завёлся мотор, она вздрогнула и сжалась, но совладала с собой.
— У тебя в повозке так хорошо…
— Куу — это звучит. А твоя фамилия?
— Куу Светлых Покоев.
«Здорово. Самое то, что ищут в картотеках. Вся розыскная контора Дублина будет мне рукоплескать. Небесная Луна Светлых Покоев. Рост, вес, цвет глаз и волос, особые приметы — босиком. Да, сэр. Говорит по-гэльски, как древний бард. Я её понимаю через слово. Осмелюсь предположить, родом из беженцев семнадцатого века, с той разницей, что шельта пустились кочевать, а эти зарылись в землянку. Или в школе безумцев начались каникулы, вот её и выпустили погулять по Коннемаре. Или переполнилась долина Гленн Болькан, они оттуда разбегаются. Так точно, сэр. Нашествие полоумных. Я давно подозревал, что оно началось, но до наших краёв лишь сейчас докатилось».
Скромно слопав большой сэндвич, Куу чуток сомлела и начала клевать носом. Глаза её слипались, она прикрывала зевоту ладошкой. Грязные ступни и голени девчонки заметно порозовели, будто в них вернулась кровь. На подъезде к участку она уже дремала, свернувшись на сиденье.