Алексей Грушевский - Игра в Тарот

И только одним эта лаборатория, так старательно воссозданная его могущественным врагом, отличалось от прежней — на столе горели светильники, которые Николай сделал из бутылок с бензином.

Николай видел, как летящая внизу спичка, опустилась прямо на взрывчатку. Как взрыв, ломая полки и разбивая многочисленные банки, отбросил тётю на стол. Как стол стал заваливаться, и с него на пол посыпались светильники, как они бились, и струи пылающего бензина растекаются в разные стороны.

И лишь только после всего этого он опустился на землю, и тут же заметил, как одна из пылающих струй бежит к куску оргалита, за которым был спрятан его основной запас взрывчатки.

В следующее мгновение он взлетел по лестнице вверх, и бросился бежать к выходу из сарая. Он был уже в проёме ворот, когда всё осветилось вспышкой за его спиной, обдало жаром, и его легко, как пушинку, подняло и понесло в стоящую на дворе холодную и промозглую тьму дождливой ночи.

Через некоторое время Николай немного отошёл от контузии. Поднялся на дрожащие нетвёрдые ноги, с трудом вырвав ослабевшее тело из липкого холода размокшей грязи, в которую превратили всё вокруг многодневные дожди, и оглянулся. На месте сарая дымилась груда обломков.

— Надо уходить — подумал он. — Сейчас схватятся и набегут.

Полёт на взрывной войне не прошёл для него даром, идти он мог с большим трудом, шатало, время от времени, от неловкого движения, его пронзала резкая боль. Кое-как собравшись, он подобрал палку, на которую опёрся. Стало немного легче. Николай поковылял прочь, под мелким, пронзающим до костей дождём, из тех мерзких видов осадков, которые могут идти бесконечно. Николай накинул на голову капюшон, запахнул длинные полы старого дедовского дождевика и, когда он застёгивал пуговицы, в его грудь упёрлось что-то твёрдое. Это были две притаившиеся во внутренних карманах бомбы.

— Как же я мог о них забыть? — с удивлением, и отчего-то страшно радуясь, ощупывал он, это вновь обретённое богатство.

Куда пойти сомнений не было, он вспомнил, что когда, сразу после гибели тёти, в прострации, механически листал страницы в Интернете, то основная муссируемая там тема была о грандиозном майдане-балагане, раскинувшим свои многочисленные шатры и аттракционы в районе парка Горького. Именно в районе, так как размеров самого парка, где первоначально предполагалось устроить сиё действо, не хватило, и майдан-балаган триумфально вывалился за его приделы, захлестнув своим сумасшедшим и разнузданным весельем изрядный кусок столицы.

Этот майдан-балаган был что-то вроде грандиозного циркового фестиваля, однако не просто обычного фестиваля, а с политическим оттенком. Так как в последнее время, на власть со всех сторон ширились нападки — что в стране, мол, свёрнута демократия, нет свободы слова и дискуссии в обществе, выборы фальсифицированы…., то новый, прогрессивный гарант, решил одним нестандартным ходом разом решить эту проблему, и дал отмашку, давно ждущим своего часа, многочисленным политтехнологам реализовать все свои самые смелые нестандартные идеи и сумасшедшие мечты. Что и вылилось в этот грандиозный, невиданный в мировой истории шабаш демократии.

Отныне перед кем угодно были открыты ворота в большую публичную политику — любой, кто хотел, мог прийти на майдан-балаган, тут же организовать и зарегистрировать свою партию, коалицию, фракцию, республику, империю, королевство, магический орден, тайную ложу… После чего новому участнику действа давали полный карт-бланш, обеспечивали начальный пиар, подбирали соответствующий выбранному имиджу реквизит (кому жестяную корону, кому фартук и перчатки, кому зловещий чёрный плащ и маску, кому…) и, вновь испечённый политик пускался в круговорот весёлых розыгрышей и викторин, борясь за симпатии и голоса избирателей.

Аттракционов была масса, вся сеть была наполнена их описанием и обсуждением. «Жиропарк», «Политические бои», «Грёзы самураев», «Бешенные лошади демократии», «Мельница порока», «Суфражистки — журналистки»… и другие павильоны манили, обещая чудное зрелище и неведомые прежде удовольствия и открытия.

В этих многочисленных балаганах и хорошо уже знакомые публике старые политические зубры (их всех выгнали туда из тёплых думских и прочих кабинетов), и всё новые и новые самопровозглашённые политики весело и задорно боролись «за власть» на многочисленных весёлых и пикантных конкурсах и шоу.

Избирателями же была, собравшаяся на этот майдан-балаган, публика. Её обильно кормили и поили (особенно критики хвалили «горби-пицу» и водку «коржаковку»), за государственный счёт естественно, (благо цены на нефть позволяли) одаривали подарками, всячески развлекали и требовали только одного — чтобы она непрерывно голосовала, голосовала, голосовала… выбирая фаворитов, среди прыгающих перед ней, дерущихся, кривляющихся, пляшущих и творящих другие непотребства народных избранников.

Таким образом, как радостно отмечали все СМИ — демократия в нашей стране вышла совершенно на новый, ещё невиданный в мировой истории уровень.

И действительно, по сравнение с тем буйством фантазии и креатива, что выплеснулось на майдане-балагане, скучные дебаты и прочие навевающие зевоту мероприятия и процедуры (теперь уже ясно окончательно устаревшей, классической демократии, сляпанной, как постоянно подчёркивалось, по лекалам поза-позапрошлого века) не имели никакого шанса хоть сколько-нибудь быть конкурентоспособными. Строгая и скучная классическая демократия определённо пасовала перед новыми революционными политтехнологиями, с таким успехом опробованными и внедрёнными на этом празднике истинного народовластия.

Политики, чтобы понравится избирателям, и попасть в более высокий по рейтингу балаган (больший по размеру, с лучшим реквизитом, с большими гонорарами за выступление, и (что немаловажно) с лучшим освещением в СМИ), чего только не делали — ругались, выворачивая свою и чужую подноготную, пели и плясали, танцевали в негляже, дрались, кусались, занимались натуральной, бесплатной для избирателя, проституцией, не брезговали содомией и даже… зоофилиёй. Этим, например, отличилась новая, стремительно набирающая рейтинги, политическая труппа с названием «Залеские козлы».

«Залеские козлы», прославились своей зажигательной джигитовкой на рогатых парнокопытных, пикантность и шарм которой придавало то, что с каждым кругом участники заезда набирались новой порцией огненной воды. Понятно, что через некоторое время наступал момент, когда удержаться в седлах уже не было никакой возможности, и шоу, завершалось всеобщей весёлой свалкой, в которой «патриоты залесья» сношались, как друг с другом, так и со своими парнокопытными питомцами, не отказывая, при этом, в услугах пожелавшим к ним присоединится (видно сагитированных их политической программой) рядовым избирателям.