Клиффорд Саймак - Зарубежная фантастика

Тревор кивнул.

— В этом есть еще и другой аспект. Они могли отозвать своих наблюдателей из стратегически важных пунктов. Это могло бы помочь нам.

— Как выстрел сразу по двум целям, — усмехнулся Саттон.

— Именно так, — согласился Тревор. — Нет ничего лучше, чем поставить противника в безвыходное положение.

Он прищурился, глядя в лицо Саттону.

— С каких это пор, — прямо спросил он, — и почему вы являетесь дезертиром по отношению к человеческой расе?

Саттон поднял руку к лицу и ощутил твердость пластика, который изменил его черты и сделал похожим на андроида.

— Это была мысль Херкимера, — объяснил он. — Он думал, что в таком виде меня будет труднее обнаружить. Вы не стали бы меня искать среди андроидов, верно?

Тревор кивнул.

— Это могло бы помочь, — согласился он. — Это могло на какое-то время сбить нас с толку. Но, пока вы дышите, психометр продолжает следить за вами, и мы знаем, где вы.

Белка подпрыгнула ближе, села напротив и принялась их рассматривать.

— Саттон, — спросил Тревор. — Так вы не знаете об этой проблеме, связанной с Колыбелью?

— Ничего, — ответил Саттон. — Они сказали мне, что я являюсь человеческим существом, а это дела, касающиеся только андроидов.

— Из этого можно сделать вывод, что они считают это очень важным для себя?

— Да, пожалуй, — согласился Саттон.

— Можно догадаться по названию, что это может быть?

— Это не слишком трудно сделать.

— Поскольку нам нужно было больше людей, — размышлял Тревор, — мы начали изготовлять андроидов тысячу лет назад. Они были нужны нам для того, чтобы численно увеличить человечество. Мы делали их как можно больше похожими на человека. Они могли делать все, что и люди, за исключением одного, одной вещи.

— Они не могут размножаться, — перебил Саттон. — Интересно, Тревор, а если бы это было возможным? Если бы мы дали им эту возможность?

— Если дать им эту возможность или способность, то они стали бы настоящими людьми. Не было бы никакой разницы между человеком, предки которого были созданы в лаборатории, и тем, предки которого вышли из океана. Андроиды стали бы расой, которая сама себя продолжает. Тогда они уже не были бы андроидами. Они стали бы людьми. Численность человечества пополнялась бы как биологическим, так и химическим путем. Не знаю, — продолжал Тревор, — честное слово, я этого не знаю. Конечно, является чудом уже то, что мы вообще их создали, что мы смогли воспроизвести жизнь в лаборатории. Подумать только о необходимом уровне технологических и научных достижений, чтобы добиться этого. В течение столетий люди пытались узнать, что же представляет собой жизнь. Мы шли сначала по одному неправильному пути, затем перешли на другой, тоже неправильный, путь, бились о каменную стену. Не в состоянии найти научный ответ, многие обращались к источникам сверхъестественным, к мистическим ответам, к вере, что это является даром свыше, чем-то божественным. Эта идея великолепно выражена Дьюнайте, который писал в двадцатом столетии.

— Мы дали андроидам одну вещь, которой нет у нас, — спокойно сказал Саттон.

Тревор внимательно посмотрел на него. Черты его лица внезапно заострились, и в нем появилась подозрительность.

— Вы…

— Мы дали им неполноценность, — продолжал Саттон. — Мы сделали их менее совершенными, чем человек. Мы дали им основание бороться против нас. Мы не дали им чего-то, ради чего им пришлось бороться. Мы дали им тот мотив, который человек потерял много лет назад. Человеку уже не нужно доказывать, что он такой же, как и все другие, лучше, чем все другие, что он самое великое существо в Галактике.

— Теперь они добились и этого? — произнес Тревор с горечью. — Андроиды размножались не биологическим, а химическим путем в течение длительного времени.

— Мы должны были этого ожидать, — сказал Саттон. — Мы дали им такой же мозг, как у нас. Мы должны были подозревать это уже давно.

— Все это так, — произнес Тревор. — Но мы пытались дать им и возможность человека к интуитивному предвидению.

— Мы поставили знак им на лоб, — заметил Саттон.

Тревор сердито махнул рукой.

— Это незначительное различие уже устраняется. Когда андроиды производят другого андроида, они уже не берут на себя труд ставить знак на его лбу.

Саттон вздрогнул и отшатнулся. Ему показалось, что гром ударил в его сознание, растущее болезненное ощущение перекатывающегося грома, который заглушал все.

Он сказал об оружии! Он сказал, что было оружие…

— Они могут сделать себя лучше, чем были поначалу, — продолжал Тревор. — Они могут улучшать свои модели, создать расу, даже сверхрасу мутантов или как там ее называть…

— Только одно оружие, — сказал он. — Нельзя вести войну только одной единственной пушкой.

Саттон поднял руку ко лбу и крепко потер его, он отчетливо вспомнил разговор с Херкимером.

— Конечно, — усмехнулся Тревор. — Можно сойти с ума, думая об этом. У меня уже голова раскалывается. Возможны различные варианты. Они могут нас вытеснить, как новое поколение вытесняет старое.

— Но раса все равно останется человеческой, — возразил Саттон.

— Мы создавали себя постепенно, — сказал Тревор. — Старая раса. Биологическая раса Мы пришли с самого начала рассвета человечества. Мы начинали с обтесанных камней, с каменных топоров, пещер и жилищ на деревьях. Мы создавали себя слишком медленно, слишком большой болью и большой кровью, чтобы позволить взять наше наследство кому-то, кто не знает того труда, этой боли, этой крови, для которых все это ничего не означает.

Одна пушка, — подумал Саттон, но он был неправ, были тысячи пушек, миллионы пушек, выкатывающихся на линию огня. Миллионы пушек, которые должны спасти Судьбу для жизни, которая была и будет через миллионы лет.

— Я предполагаю, — произнес он срывающимся голосом, — что у вас сложилось такое впечатление, будто я и в самом деле обязан пойти с вами.

— Я хочу, — прямо сказал Тревор, чтобы вы обнаружили, где находится Колыбель.

— Чтобы вы могли уничтожить ее? — спросил Саттон.

— Чтобы я мог спасти человечество, — ответил Тревор. — Старое человечество. Настоящее человечество.

— Вы полагаете, что все человеческие существа должны быть сейчас заодно?

— Если в вас есть хоть что-то человеческое, — ответил Тревор, — то вы должны быть сегодня с нами.

— Были времена на Земле, — возразил Саттон, — до того, как люди отправились к звездам, когда человечество считалось наиболее важным из всего, что знал человеческий разум. Сейчас это уже не является правдой, Тревор. Существуют другие расы, такие же великие.