Игорь Удачин - Ковчег

— Но что имеют в виду люди, когда говорят «верю в Бога»?! — вскочил на ноги Занудин.

— О, ты пытаешься понять и присвоить себе чужое непонимание, и если не сделаешь этого, то еще больше уверишься в собственной ущербности, так? Гм… это замкнутый круг. В него попадать нельзя. Скажу другое. Вера в добро, любовь и справедливость — вот та вера, которая ладит с любым принципом…

— В любовь и справедливость верить понятнее, — согласился Занудин, чем вызвал новый приступ добродушного смеха у своего ангела-хранителя.

— Вот и давай на этом остановимся, — предложил он.

— А в «Ковчеге», — не обратив внимания на слова Занудина-маленького, заговорил Занудин, — верят в любовь и справедливость?

Ангел-хранитель нахмурился, а Занудин снова присел на край кровати.

— Они проституируют этими понятиями… Хотя зря я говорю с тобой на эту тему. Ты сам должен во всем разобраться — ведь ты так решил для себя когда-то, бросая якорь в «Ковчеге». Но раз заикнулся ― продолжу. Все принципы во Вселенной вечны, самосозданы и уравновешены. Бог — это все, что нас окружает, и все, до чего может добраться в своих привольных путешествиях наше воображение. «Ковчег» с его обитателями — тоже проявление Бога. И вот что интересно… Бог словно расковырял на своем теле рану, чтобы понаблюдать: затянется она или воспалится. Бог саморазвиваем — и поэтому нет ничего противоречивого в проведении эксперимента над Самим Собой! Не противоестественно — но удивительно!! Вглядись в эту рану — и что ты о ней скажешь?.. Не найдешь ли ты — а если найдешь, то как отнесешься и чью, в конце концов, сторону примешь, — что частица посягнула на перестройку принципов Целого, из которого она сама же и вышла, являясь его проявлением?!

Занудин долго думал над поставленным перед ним вопросом, но так и не справился со смысловым нагромождением подобного рода.

Занудин-маленький понимающе похлопал по запястью Занудина своей крохотной ладошкой.

— Ладно, успокойся и не мучь ты себя понапрасну. В тебе есть вера, я чувствую. Просто у тебя она еще неосознанная. Вера — это смысл. А смысл — это цель. Каждое разумное существо живет целью. И только тогда, когда цель действительно чиста и оправданна, если она на службе вечных и непререкаемых вселенских принципов — она есть вера самого высокого проявления. Только распознай ее однажды! А слов совсем не нужно…

— Спасибо, Мини-я, — тихо произнес Занудин.

Он с теплотой глядел на ангела-хранителя и мысленно благодарил его за все те уроки, которые получал в своих снах на протяжении многих лет. И светлая радость и щемящее чувство одновременно прокрались в сердце Занудина. Как странно. Он все пристальнее вглядывался во взрослое, отмеченное печатью мудрости лицо маленького человечка — будто сейчас, без отлагательств и именно таким пытался сохранить в памяти навсегда. С чего вдруг?! Неужели они больше не увидятся?.. По телу пробежал колючий холодок. Как ужасны подобные предчувствия! И как плохо, что не дано человеку знать, откуда они приходят, верить им или гнать от себя прочь…

— Да не смотри ты так, — улыбнувшись глазами, почти прошептал Занудин-маленький, — у нас с тобой, между прочим, одно лицо… и мыслим мы одинаково… только на словах, в которые облекается суть вещей, разнятся эти вещи. Потому что слова — это костыли разума, коварная игра, испытание, они уродуют наши истинные мысли и чувства, наполняют душу сомнениями. А вот о предчувствиях… предчувствиям верить надо, что ни говори.

Занудин вздрогнул и растерянно погладил себя по затылку, будто пытался нащупать ту загадочную «дыру» в черепной коробке, через которую мысли вытекали в окружающее пространство и становились прозрачны и ясны ангелу-хранителю, как что-то само собой разумеющееся. Ведь Занудин только-только задумался на тему скверных предчувствий, а ангел-хранитель ни с того ни с сего заговорил об этом же самом.

— Да уж, — Занудин-маленький плавно прикрыл веки. — Похоже, пришло время списывать меня в утиль…

— О чем ты, Мини-я?

— О том, что мы все уже дали друг другу, приятель.

— Не говори так! — у Занудина защипало в носу и глазах.

— Ты только что догадался, а я не хочу больше скрывать — конечно же, я могу читать твои мысли! Я всегда это делал! Но важнее — как и почему. Затаи дыхание и послушай. Ты всегда это знал, но не отдавал себе в этом отчета. Я рожден твоим воображением. А значит, твой разум — мой дом. Значит, мысли и идеи, посещающие этот дом — попросту мои гости и соседи. Такие же реальные для меня, как земные люди для тебя. К кому-то из них я испытываю искреннюю симпатию, кого-то даже люблю, ну а некоторые вызывают у меня раздражение, не без этого… И все знания, которые ты от меня получал — я, в свою очередь, черпал из твоих же впавших в спячку мозгов. Пойми, подсознание человека — это что-то вроде коллективной памяти. Это сведения, которые добывались и накапливались усилиями всех живших. Но добраться до этих знаний, безусловно, непросто. Кому-то удается — и в народе говорят: «У него дар свыше». Но не понимая до конца природы такого дара, приписывают подвиги прозорливости, ясновидения, психометрии конкретному индивидууму, хотя и заслуга-то его, по сути, невелика… И тем не менее подобный случай исключителен. Обычный человек не умеет пользоваться тем, что дано ему с самого начала. А не умеет, потому что не способен поверить. Вот и ты, как все. Но ты придумал меня! И невинная хитрость твоего изобретательного разума сработала… Однако всему рано или поздно нужно ставить точку, пусть это и грустно.

— Но я не хочу ставить точку! Это означает, я должен остаться один?.. Ты мне нужен, Мини-я… — возбужденно прошептал Занудин.

— Хочешь или нет, но мы оба подошли к этому моменту. Мы обязательно увидимся, но пусть это будет как-то иначе, — Занудин-маленький на секунду задумался. — Все во власти принципа переходов, — добавил он и улыбнулся.

Занудин молча глядел перед собой ничего не видящими глазами.

— Когда кажется, что все закончилось — на самом деле, все только начинается. Пока ты тот, кем привык себя осознавать — тебе еще предстоят суровые испытания. Но не позволяй себе обманываться настолько, чтобы совершенная тобою ошибка стала непоправимой. А «Ковчег» ждет от тебя этого…

— «Ковчег»… ждет?.. Объясни мне…

— Нет! — резко ответил Занудин-маленький. — Больше никаких объяснений.

Занудин вздохнул так, что вздох его показался стоном.

— Тебе пора идти, — неловко подтолкнул Занудина в спину ангел-хранитель. — У тебя скопилась куча незаконченных дел в мире твоей действительности, и пока что они важнее…