В. Галечьян - Четвертый Рим

Не так легко было бы с ними справиться — у каждого в кармане топорщился нож, а у Луция еще был заткнут за пояс молоток, и не впервой было им меряться с отдельно гуляющими по своей ночной работе залетными, но, когда оставалось до сшибки уже метра полтора и Василий, как нашкодивший кутенок, сжался в уголке, один из мужчин, преградивший им выход, поднял круглую голову, недобро рассмеялся и играючи развел полы пиджака. На животе у него под ремнем торчал пистолет. Игра становилась скучной. Более опытный Никодим резко обернулся и с криком «бежим» рванулся к дальнему проходу. В самом деле, казалось, им могут помочь только быстрые ноги. Луций с братом бросились за ним, однако, пробежав несколько десятков метров, они остановились и обернулись как по команде. С гиканьем и прибаутками кампания, состоящая теперь уже из десятка залетных, кричала им вслед, приплясывая и свистя. И было им с чего веселиться. Из-за поворота, к которому они так быстро мчались, вышла вторая бригада бандитов. Вперед высунулась толстая морда с конусовидными ушами и, подбоченившись, стала подходить:

— Ну что, приплыли, гуси лапчатые?!

— Чего надо? — спросил Луций хрипло и вытащил нож.

Однако не такая стояла погода в длинном переходе, чтобы нож что-нибудь решал.

— Храбрый, падла, — восхищенно сказала морда и повернулась к своим: — Какие нам ребята бесстрашные попались, а, Серега. Может пожалеем их?

— Нет, — категорично сплюнул лосеподобный Серега. Большими красными руками он вытащил отливающий белым металлом пистолет с длинным стволом и заорал: — Брось нож, паскуда, а то замочу!

Луций оглянулся. Сзади подходили другие бандиты.

«Забьют, — тоскливо подумал он. — Да и парня жалко. Или продадут на Крымском невольничьем рынке, или заставят колымить на базарах. А потом…»

— Ну что, храбрецы, — звонко крикнул Никодим и длинное лезвие отброшенного им ножа со звоном ударилось о камень. — Кто из вас горазд на кулачках? Да еще с пушками против голых рук.

Подошедшие сзади подозрительно загоготали.

— С этим хочу, — указал на Луция верзила, которого называли Серега. — Он от меня в прошлый раз убег, сейчас отыграться желаю, — и, окончательно повернувшись к Луцию, добавил: — Помнишь, длинномордый, как я тебя добром просил продать мальчонку, а ты что мне в ответ показал? Вот теперь и мальчишку отберем и самого пустим…

— …По разным городам курьерской скоростью, — добавил стоящий за его спиной пожилой бандит в джинсовой куртке с грубым загорелым лицом.

— С этим потом будешь, сначала со мной попробуй, — крикнул Никодим и вслед за ножом сбросил наземь свою куртку.

— Сейчас ты у меня, петушок, получишь по суслам, — пообещал Серега и сжал мощные татуированные кулаки. — А ну, братва, разойдись!

— Разойдись, разойдись, — засуетился и Никодим и стал расталкивать слишком уж близко сошедшихся с разных сторон бандитов.

Никодим и Серега встали друг против друга и, прежде чем начать битву, примерились. На вид силы, конечно, были неравны, но Никодим, видимо, об этом не думал.

— А что, братва, если я вашего побью, какая нам скощуха будет? — спросил Никодим, принимая боевую стойку, что вызвало целый град насмешек в его адрес.

— Не побьешь, вражина, — выдохнул Серега, и его громадный кулак, как мячик, прыгнул в лицо Никодиму.

Тот, не ожидая такого скорого начала боя, оказался к нему совсем не готов. Отброшенный назад, он упал навзничь и перевернулся со спины на живот. Все замерли. Залетные от того, что бой оказался совсем неинтересным, а Луций — от горестного предчувствия, что поражение Никодима закрывает для них последний просвет.

Серега с удовольствием посмотрел на свой кулак, потом на поверженного Никодима, и озабоченность отразилась на его лице.

— Никак в кровь разбил! — воскликнул он, разглядывая окровавленный кулак. — Вот сука, распорол мне шкуру своими гнилыми зубами.

Он широко, в удовольствие размахнулся и приложил ботинок к Никодимову бедру. Точнее хотел приложить, потому что юноша изогнулся, как кошка, и плотно встал на ноги.

— Иди сюда, — позвал он Серегу, — сейчас я с тобой поговорю.

На худощавом лице Никодима удар вовсе не был заметен. Только нос чуть покраснел и налились губы. Серега от неожиданности попятился, но быстро пришел в себя, и вот уже десятки кулаков обозначились вокруг лица Никодима. Так быстро бандит проводил многоударную серию.

— Ты, кореш, лучше сдавайся, — насмешливо крикнули из толпы, когда последний удар из проведенной серии все-таки достал отступающего Никодима.

— Серега-то у нас дважды Сибирь брал. Он чемпион Енисейской республики.

Никодиму в самом деле было не до советов. Серега оказался боксером высокого класса, и юноша ничего не мог противопоставить его длинным рукам. Уже не надеясь на победу, он решил не отступать более, а, согнувшись, броситься вперед и схватиться с соперником вплотную. Ласточкой пролетел он Сереге в ноги и обхватил их. Однако Сергей поступил очень мудро и, не размышляя, схватил прильнувшего к его ногам Никодима правой рукой за шиворот, а левой за пояс брюк и поднял перед собой.

— Очень интересно, — услышал вдруг Луций, прикрывший глаза, чтобы не видеть бесславного конца своего закадычного друга, мягкий девичий голосок, уместный здесь так же, как взбесившийся бык на вечеринке.

— Отпусти-ка его, он симпатичный, — повторил голос повелительно, и Луций поневоле оторвал взгляд от застывшего в воздухе Никодима.

В двух шагах от себя, за цепью залетных, увидел Луций одиноко стоящую юную девушку, которая вдруг поднесла ладонь к губам и чмокнула ее. В ее золотистых, распущенных волосах выделялся черный полукруг гребенки, шею оторачивало длинное боа и во сне не виданное юношей. Она улыбалась, запрокинув лицо вверх, и схваченный за шиворот Никодим улыбнулся ей разбитым ртом. Однако девушка равнодушно скользнула по нему взглядом и вновь через головы воров послала воздушный поцелуй. Залетные расступились, и девчушка неторопливо прошла в полукруг. Ее высокие каблучки гулким эхом постукивали по камню. Подойдя вплотную к Луцию, девушка обошла его сначала с одной стороны, потом с другой, покачивая головой, обнаружила Василия, который скорчился у стены, ожидая, наверно, смерти, взяла юношу за руку и вывела на середину. Потом посмотрела вверх на Никодима.

Серега воспринял ее взгляд как команду, осторожно подхватил Никодима за штаны и опустил вниз.

— Разбойное нападение, — засмеялась девчонка, и банда ответила ей довольным гоготом.

Девчонка, а это была совсем молоденькая девушка, заголила локоть и достала из-под рукава свитера тускло светившийся браслет. Отстегнув его, она повернулась к Сереге, который улыбаясь ее разглядывал, и протянула ему браслет.