Артем Матюшенко - Станция-Крепость(СИ)

— А позвонить никак нельзя? — Спросила теперь уже Тамара. Нас же родственники дома ждут.

— Так у нас связь спутниковая, но звонки больно дорогие, щас же рынок кругом! — Продолжал издеваться над пришельцами Кикоть. — Чем платить будете?

— Да у нас с собой денег совсем немного! Вот только семьсот рублей. Порылся в кармане Гена.

Кикоть вдруг взьелся. — Че ты мне эти фантики суешь? — Ты по дороге нашей шел, а она платная! А теперь мне мелочевку тут втюхиваешь!

— Так он сам себя заводит! — Понял Трофим.

— Может мы пойдем лучше? — Гена оглянулся на сидящих в комнате, как бы ища поддержки.

Но Пузырь и Кеша опустили глаза. А Серый пошел вниз по лестнице.

— А, кто вас отпустит, на ночь то глядя?

— Вот, у меня кольцо, возьмите! — И Тамара стала стягивать с пальца тоненькое обручальное кольцо.

— Ладно пошли наверх, в мой кабинет, там и оформим все как надо! А Паленый, зам мой, счет выпешет!

— Вот суки! Ну беспредел же полный. Люди в беду попали, а тут эти ублюдки еще! — Думал Трофим. — А что делать? Всех убить, что ли! Ага, он за сорок пять лет никого не убил, а тут грех взять на душу? — Он вытащил сигарету трясущимися руками и пошел вниз.

— И тут не свалить, вон у входа бугай сидит, курит! — Трофим выкурил сигарету в три затяжки, и достал еще одну. Сердце нехорошо защемило. Наверху послышался шум. Трофим бросил окурок.

— Здесь будешь? — Спросил он Серого.

— Подышу перед сном. Дай сигарету еще.

Трофим протянул ему пачку и пошел наверх. За столом сидел Кеша, потупив взгляд. Пузыря не было. Наверху опять послышался слабый вскрик. Он пошел к столу, плеснул себе грамм сто водки, выпил. И направился к лестнице наверх.

В верхней комнате находились двое Пузырь и Гена. Пузырь стоял, держа пистолет в руке. А Гена сидел у стены, из разбитого носа и губы капала кровь.

— Суки! — Вдруг заорал Гена и бросился на Пузыря.

Шмяк! — Толстяк даже не ударил парня, а просто толкнул в грудь, но тому хватило чтобы отлететь к стене. Он обхватил голову руками и мелко затрясся в беззвучном плаче.

— Ну сказали же тебе — посиди тихонько! Ну че ты, не понимаешь что — ли?

Трофим направился к лестнице на смотровую площадку.

— Там, это! Кикоть сказал не пускать никого! — Развернулся к нему Пузырь.

— Так ты и не пускай! А я по делу! Или что — то не так? — Посмотрел Трофим на него в упор.

— Ну это… Раз по делу, то ладно — иди. — Опустил взгляд Пузырь.

У самого проема стоял спиной Паленый. Он резко развернулся в сторону Трофима.

— Ты чего здесь? А-а, тоже хочешь? — Вдруг расплылась его рожа в похабной улыбке. — Тогда в порядке очереди! Всех обслужит, не боись!

В дальнем углу площадки стоял Кикоть его штаны были спущены. Перед ним на коленях стояла Тамара и плакала навзрыд.

— Давай сучка! Я же вижу, что у тебя рот рабочий! Вот и отработаешь, за себя и за мужа и гуляйте на все стороны!

— Я не — мо — гу! — Плакала Тамара, закрывая лицо руками.

— Че ты ерепенишься! — Закричал вдруг Кикоть и несколько раз хлестко ударил ладонью девушку по лицу. Хочешь, чтобы мы тебя при суслике твоем, во все дыры?! — Паленый тащи сюда очкана ее, поглядим щас кто из них друг друга больше любит!

Паленый опять расплылся в улыбке, развенулся и сделал шаг на лестницу.

Трофим как во сне вытащил пистолет, быстро щелкнул затвором и выстрелил Паленому в затылок. Тело Паленого подалось вперед и осталось лежать, чуть съехав вниз по лестнице.

— Трофим, ты чего?! Ты чего творишь — то? — Испуганно заговорил Кикоть. Он хотел отступить на шаг, но запутался в спущенных штанах и упал на пятую точку. Бледный, сидящий на жопе со спущенными штанами он вызывал какое — то брезгливое, мерзкое и полное ненависти чувство. И Трофим молча выпустил в него все оставшиеся в обойме патроны.

— Вот и кончился Трофим! — Подумал он. — Внизу Пузырь с пистолетом, да и Серый щас с ружьем поднимется! А патронов — то больше тю — тю, в подвале заныканы! А, чему быть — того не миновать!

И он стал спускаться по лестнице вниз, обходя тело Паленого.

Внизу находилось трое. Гена все так — же сидел у стены обхватив голову руками, а Серый стоял напротив Пузыря.

— Ну чего Трофим, второй тоже готов? — Спокойно спросил его Серый.

— Зажмурился. — Кивнул он.

— Ну, че стоишь? Пистолет дай сюда! — Повернулся Серый к Пузырю, и забрал у того из рук Таурус.

Трофим напрягся, но Серый спокойно сунул пистолет в кабуру и пошел вниз. — Кешке, скажу, что все нормально, чтобы глупостей не наделал!

— Гена, иди там жену успокой! Да нормально, все! Не успели ничего ей сделать.

Гена вскочил и хотел броситься наверх, но вдруг развернулся и резко влепил пощечину Пузырю, у того даже голова дернулась. Но толстяк только покраснел и начал оправдываться.

— А я чё? Мне Кикоть сказал его не пускать! А я же не хотел! — Опустил он голову.

Трофим присел на стульчик, его потряхивало. — И чего теперь? Даже если эти не тронут, то военные точно не отпустят. Два жмура, это вам не фунт изюму! А с его биографией, верняк пожизненное! Да… погулял на воле сутки! Не, уходить надо! Тела прикопать — а там видно будет!

— Пузырь! Там я плащ — палатку видел, внизу. Тащи сюда, прибераться будем!

— Ага, я мигом! — И толстяк побежал вниз по лестнице.

Вернулся он с двумя плащ — палатками. Позади шли Серый и Кеша.

— Щас мы Трофим их упакуем! Ты сиди. — Сказал Серый и они пошли наверх.

— Давайте сначала Паленого утащим, потом другим займемся. — Сказал Трофим. — А есть чем прикопать?

— Ага! — Кивнул Кеша. — Там в ящике две лопаты есть.

Из бышни вышли все. Пузырь и Серый тащили обернутое в плащ — палатку тело Паленого, а Кеша нес на плече две лопаты. Позади всех шли Гена с Тамарой.

— А вы чего вышли? — Обернулся к ним Трофим.

— Я тоже копать буду! — Твердо заявил Гена.

Трофим лишь пожал плечами и молча пошел дальше.

Отошли почти до опушки. Копали по очереди, и уже через полчаса глубокая яма на два тела была готова. Скинули в нее Паленого.

— Вы понимаете, что они бы их не отпустили? — Кивнул он на супружескую пару. — А убивать бы, вас и меня заставили, чтобы кровью замазать!

Пузырь испуганно посмотрел на Трофима и отвел взгляд.

— Понятно. — Кивнул Серый.

— И что нам теперь делать? — Спросила Тамара.

— Закопаем их и спать пойдем, стемнеет уже скоро! Вас никто больше не тронет. А утром решим, как дальше быть. В любом случае, вы не причем! Я их вальнул — мне и отвечать! — Твердо сказал Трофим. — Ну, пошли за вторым?

— Смотрите! — Вдруг вскрикнул Кеша.