Максим Кононенко - Владимир Владимирович™

– Мы будем штрафовать тех, кто не голосует, - продолжал Владимир Владимирович™, - Так и явку повысим, и деньги соберем. Устроим праздник какой-нибудь, Колю Баскова позовем, Надежду Бабкину…

– А давай так, - предложил глава Администрации, - Давай прямо сейчас соберем денег со всего населения страны, а тем, кто придел голосовать, будем отдавать назад.

Владимир Владимирович™ задумался. План главы Администрации был очень заманчивым.

"И до выборов остается время, чтобы занять себя какой-нибудь важной государственной работой" - думал Владимир Владимирович™, - "На съезд партии я уже сходил, больше от меня вроде ничего не требуется…"

– Я позвоню Вешнякову, - сказал Владимир Владимирович™ главе своей Администрации и отключился.

Однажды поздним вечером Владимир Владимирович™ Путин возвращался по Рублево-Успенскому шоссе к себе домой. Машина мягко двигалась по узкому извилистому шоссе, с обеих сторон которого нависали тяжелые кроны деревьев. Было тепло и уютно.

– Я буду честно, честно, честная ё, - мурлыкал себе под нос Владимир Владимирович™, подпевая противному женскому голосу, тихо звучащему из светящегося красными огоньками радио.

Вдруг длинный и просторный лимузин Владимира Владимировича™ резко затормозил. Раздался визг шин, салон наполнился отвратительным запахом горящих тормозных колодок, а Владимир Владимирович™ слетел с мягкого кожаного дивана и ударился головой в стеклянную стенку, отделяющую водителя.

– Что такое!? - вскричал Владимир Владимирович™, - Чечены?!

– Ежи, Владимир Владимирович™, - раздосадовано ответил водитель через переговорное устройство.

– Какие ежи? - с ужасом в голосе спросил Владимир Владимирович™, - Противотанковые?! Ну, точно - это чечены…

Владимиру Владимировичу™ стало страшно.

– Да нет, - сказал водитель, - Обыкновенные ежи. С иголками. Бегают через шоссе, ну не давить же… жалко…

Владимир Владимирович™ сел на диван, отряхнулся и нажал на кнопку. Толстое пуленепробиваемое стекло бронированного лимузина мягко и беззвучно опустилось вниз. На обочине шоссе сидел большой свернувшийся лесной еж. Еж выставил иголки и рассерженно шипел. Ежу было страшно не меньше, чем Владимиру Владимировичу™.

Владимир Владимирович™ достал из кармана пиджака телефон правительственной мобильной связи и нажал на кнопку вызова главы своей Администрации.

– Слышь, брателло, - тихо, но веско сказал Владимир Владимирович™, - Чтоб завтра вдоль всей рублевки стоял сплошной забор.

– Высокий? - ничуть не удивившись, спросил глава Администрации, - Метра четыре пойдет?

– Четыре? - переспросил Владимир Владимирович™, - А ежи прыгать умеют?

– Ежи? - все же удивился глава Администрации, - Да вроде нет…

– Тогда полметра достаточно, - сказал Владимир Владимирович™, - Надо сокращать расходы на аппарат…

И Владимир Владимирович™ отключился.

Однажды в рабочем кабинете Владимира Владимировича™ Путина раздался телефонный звонок. Владимир Владимирович™ снял трубку.

– Слышь, брателло, - раздался в трубке тихий голос, - Тебе это… алюминий не нужен?

– Как еще алюминий? - удивился Владимир Владимирович™.

– Ну этот… - собеседник Владимира Владимировича™ испытывал явную неловкость, - Русский…

– Русский? - снова удивился Владимир Владимирович™, - Абрамович, ты, что ли?

– Ну я, я, - сказал губернатор Чукотки, - Хочу долю свою продать. Алюминиевую.

– Да ты чё? - поразился Владимир Владимирович™, - А как же бизнес там, олигархия, все такое?

– Понимаешь, - все так же тихо сказал губернатор, - Мне тут клубец один понравился…

– Футбольный? - весело спросил Владимир Владимирович™, - Так у тебя ж есть!

– Не, - ответил губернатор, - Хоккейный…

– Хоккейный? - Владимир Владимирович™ даже рассмеялся, - Ну это, конечно, к чукчам поближе.

– Так чего, - сказал губернатор, - Купишь алюминий-то?

– Да зачем он мне нужен? - ответил Владимир Владимирович™.

– Ну смотри, смотри, - сказал Абрамович, - Я тогда Дерипаске продам… Будет тебе еще один суперолигарх.

Владимир Владимирович™ вдруг все понял. Но было уже поздно - в трубке раздавались короткие гудки.

Однажды Владимир Владимирович™ Путин выступал на трибуне Генеральной ассамблеи ООН. Он говорил о терроризме и новом мировом порядке, об экономике и глобализации, о принципах демократии и свободы, как вдруг почувствовал небольшой камушек в своей правой туфле, сделанной вручную и из хорошей кожи лучшими итальянскими мастерами.

"Ну вот, опять" - с досадой подумал Владимир Владимирович™, вспомнив, как он читал Федеральному собранию Российской федерации свое ежегодное послание, - "Теперь мешать будет…"

Владимир Владимирович™ продолжил свою речь, пытаясь повернуть правую ногу так, чтобы камушек не чувствовался. Но чем больше Владимир Владимирович™ шевелил ступней, тем в более недоступные и вместе с тем чувствительные места проникал камушек.

"Родная земля" - с умилением подумал Владимир Владимирович™. Ему очень хотелось верить, что этот камушек действительно из России, причем не с летного поля правительственного аэропорта "Внуково - 2", а откуда-нибудь из средней полосы, с большого пшеничного поля…

Тем временем в зале стали замечать вынужденные движения Владимира Владимировича™. Вот на Владимира Владимировича™ с интересом посмотрела Кондолиза Райз, а вот и президент Джордж Буш-младший поднял голову от блокнота, в котором рисовал лошадей и обнаженных красоток.

"Неудобняк какой получается…" - думал Владимир Владимирович™, продолжая читать написанный спичрайтерами текст, где сейчас говорилось что-то про стратегическое наступательное вооружение.

"Может, снять его незаметно?" - искал решение Владимир Владимирович™, - "Могут, конечно, и заметить, но ведь это всего один раз. А если не сниму, так и придется до самого конца корчиться…"

Владимир Владимирович™ слегка нагнулся, не прекращая читать текст, снял правую туфлю и аккуратно положил ее на трибуну рядом с текстом своей речи. По залу прошел легкий шум и Владимир Владимирович™ понял, что незаметно раздеться не получилось. Он быстро окинул зал взглядом, остановился на широко раскрытых глазах Кондолизы Райз и смущенно пробормотал:

– Вот ведь какая получается кузькина мать…

В зале раздалось несколько звонких ударов - это падали опрокинутые стулья. Представители государств-членов ООН испуганно выбегали из зала. Джордж Буш-младший снова поднял глаза от своего блокнота и весело посмотрел на своего российского коллегу.