Евгений Гаркушев - Русская фантастика 2012

— Я бы не сказал, что это такая уж ересь. Разве случайно, что жертвоприношение крупных животных, в первую очередь быков и коней, закреплено исключительно за государственными магами?

— Да, но представь, что гекатомбу или ашвамедху попытались провести люди недостаточно компетентные?

— А что… были прецеденты?

— Полноценной гекатомбы не случалось. Сам понимаешь, сотню быков частному лицу принести в жертву трудно. И физически, и материально. До человеческих жертвоприношений тоже, к счастью, не дошло. Но — это между нами — попытки выйти за рамки дозволенного законом имели место.

— Они всегда бывали.

— Но не с летальным исходом… а их случилось несколько. Остальных сторонников этой опасной теории удалось арестовать. Однако мое руководство считает, что у них имеются единомышленники на континенте, в частности здесь, в Светограде.

Милич выколотил трубку в пепельницу.

— Значит, говоришь, жабы, нетопыри и кошки в количествах? Этот, как его… тагайрм?

— Да. Ритуал, который, как считалось, вышел из употребления лет двести назад. Но его снова пытаются возродить.

— Я постараюсь узнать по своим каналам. Но, согласись, у соответствующих органов для этого больше возможностей. Почему ты не обратился к ним?

— Потому что мое руководство не желает, чтоб дело получило огласку. А ваши трансбалканские службы деликатностью не отличаются. И если за это уцепятся СМИ, могут быть неприятные последствия.

— А понятней нельзя?

— Видишь ли, сейчас нестабильная ситуация. Смятение умов. Близится дата, обозначенная в календарях жрецов Юкатанской империи…

— О Триглав! — Милич развел руками, чуть не уронив чашку. — А еще нас считают отсталой страной. Альбионцы, просвещенные мореплаватели — и верите в эту чушь про конец света? Или ты забыл, сколько шуму было лет десять назад вокруг «Универсалий» бен-Эфраима? В них тоже вычитывали пророчество о конце всего сущего, хотя что он мог напророчить, этот сектант-единобожец? Но указанная дата прошла — и мы живы себе.

— Мы это понимаем, а широкая публика — нет. Немало людей склонны к необдуманным действиям. И если они решат, что возрождение жертвенных кровопролитий может отодвинуть конец света…

— Пожалуй, ты прав, — после паузы произнес Милич. — В таком случае постараюсь навести справки на черном рынке. Я не слишком часто с ним контактирую — не потому, что так уж законопослушен, а просто ленив. Мне хватает того, что у меня есть. Но эта публика похваляется тем, что для церемониала может достать любое животное — от варанов до слонов, были б деньги плочены. Хотя сдается мне, что насчет слонов они преувеличивают.

— Согласен. Я со своей стороны поработаю с контактами в Коллегии волхвов. Там есть некоторые наши однокурсники, может, им что известно.

Альбионец встал.

— Что ж, спасибо за кофе. Извини, что затрудняю тебя.

— Будешь моим должником.

Вук Милич не солгал относительно редкости своих контактов с черным рынком Светограда — впрочем, он вообще редко затруднял себя ложью.

Везде, где существует легальная торговля, есть и нелегальная. Тем более в таком городе, как Светоград, где власти обычно смотрели на это явление сквозь пальцы. Не то чтобы жители столицы были как-то особенно порочны. На рынок обращались большей частью по очень простой причине — ходовой товар здесь стоил значительно дешевле, чем аналогичный в магазине — сертифицированный, из питомника. Не гоняться же за такими, кто экономии ради разводит тараканов у себя в квартире или ловит бродячих котов. Облавы бывали только в случае совсем уж наглых ограблений государственных питомников-виктимариев или уважаемых магов, когда похищенное могло найти сбыт на рынке. Но, разумеется, настоящие крупные сделки заключались вдали от развалин амфитеатра времен Пунийской империи, где обычно собирались торговцы. И суммы через черных дилеров проходили серьезные. В последний раз Вук слышал о скандале, связанном с теневыми дельцами, когда секуристы конфисковали предназначенного к продаже детеныша яицкого тигра (не слон, но по стоимости сопоставимо).

Сам Милич обращался к услугам рынка по двум возможным причинам — поставщики задерживали товар либо заказчики требовали что-то действительно экзотическое вроде гремучих змей. Обе ситуации возникали нечасто, но все же возникали. Поэтому деловые люди на рынке отличали хозяина магазина и от агентов-секуристов, и от волхвующих недоучек, которым лишь бы подешевле и плевать, что искомая гадюка в результате оказывается ужом, а у черной кошки без единого светлого волоска, каковая требуется для некоторых церемоний, при ближайшем рассмотрении оказываются плохо закрашенная белая грудь и лапы.

Кстати, о кошках. Количество заклинаний, проводимых с их участием, было чрезвычайно велико, и этот товар пользовался непреходящим спросом. Правда, ритуалы плодородия, где, как правило, в жертву приносились кошки в большом числе, в последние десятилетия стали считаться варварскими и вышли из моды. Но церемонии, где требовалось не больше одного животного, от приворотных до противопожарных, по-прежнему были популярны, и никакие борцы за права животных ничего не могли с этим поделать. Хорошо, что кошки так быстро плодились. Поэтому Вук решил начать с расспросов о них — это не вызовет подозрений. А там можно будет и к другим материям перейти.

Но результат изысканий оказался нулевой. Повышенного интереса на рынке к оптовым партиям кошек не наблюдалось. Летучих мышей не заказывали. Жаб брали, но в количествах, не превышающих обычное. Из этого следовало — либо те, кто желал вызывать опасные сущности, действовали за пределами черного рынка, либо Круг друидов Альбиона просто решил перестраховаться и занимается швырянием камней по кустам в надежде таким образом убить зайца.

Или кота.

В самом деле, Трансбалкания — страна с мощнейшими магическими традициями, и если искать на континенте магов-возрожденцев, то где-то здесь. Но ведь Брайс сам признался, что никаких конкретных оснований для поисков в этом регионе у него нет (и, похоже, не солгал). Только подозрения. А на эти подозрения можно ответить так: традиции традициями, и тех, кто занимается магией, профессионально или любительски, тут, вероятно, больше, чем где-либо в Азиопе, но… здесь слишком любят получать удовольствие от жизни, чтобы напрягаться по указанному поводу. Магия помогает решить разнообразные бытовые проблемы, вроде ухода за цветником и огородом или хранения скоропортящихся продуктов, и позволяет женщинам казаться привлекательными, а мужчинам наилучшим образом на эту привлекательность реагировать. С помощью магии можно навредить врагу или, наоборот, защититься от него. Как правило, подобные действия запрещены законодательно, но всегда можно найти возможность обойти закон. Но изобретать… или, скажем, возрождать способы вызова могущественного духа, при том что этот дух способен тебя же и разорвать в клочья, как это случалось в темные века и, видимо, теперь происходит на родине Брайса? Увольте. На подобное способен только какой-нибудь сумрачный альбионский гений.