Клэр Корбетт - Дайте нам крылья!

— Нет, — говорила Жанин. — Не думаю. Не похоже. Да нет, дайте мне подумать, не торопите! Я постараюсь, но вы, по-моему, не до конца понимаете, что происходит… — Она умолкла и посмотрела прямо в закуток. — Минуту, — проговорила Жанин и отодвинула стул — ножки царапнули по полу. Пери затаила дыхание. Жанин сложила бумагу, лежавшую на столе, и вышла на улицу, тихо прикрыв за собой дверь с металлической москитной сеткой. Пери услышала, как отдаляется от дома ее голос.

Она снова легла на узкую кровать. С кем и о чем говорила Жанин, неизвестно, но она не хотела, чтобы Пери ее слышала. Неужели она хочет выдать ее? Пери лежала без сна и ломала себе голову, что делать дальше. Без Жанин ей все равно не обойтись.

В окно падал густо-зеленый от листвы солнечный свет, окрашивая белое стеганое покрывало. Хьюго сопел и кряхтел — просыпался. Пери легла на бок и покормила его. Было такое ощущение, что в доме пусто. Откуда-то с холма доносился громкий шелест и сухой треск ломающихся ветвей. Жанин что-то рубит. Зря Пери так заспалась.

— Ну, ладно, — проговорила Жанин часа через два и уставилась на Пери исподлобья. Они только что пообедали, и Пери помыла посуду. Хьюго играл на расстеленном на полу одеяле — Пери дала ему всяких камушков, веточек и прочих занятных вещиц. Щенок Жанин лежал на веранде сразу за дверью и пыхтел от полуденного зноя, привалившись к москитной сетке круглым боком, так что она дребезжала при каждом вздохе. — Давай поговорим. Я разузнала почти все, что тебе нужно. Даже обзвонила кое-каких клиентов и знакомых и предупредила, что ты можешь объявиться. Так что стрелять в тебя они не станут. — Жанин поглядела на Хьюго — тот тряс сухим стручком, гремя семечками. Будто дождик стучал по жестяной крыше. Жанин потерла подбородок. — Зря ты это затеяла.

— Сама знаю. Мне было некуда деваться.

— Трудные прецеденты — скверные законы, — сказала Жанин. — Трудный выбор — скверное решение.

Пери пожала плечами:

— Тетя Жан, в моем случае хороших решений быть не может. Только не очень скверные. Помоги мне, пожалуйста.

— Я вот и стараюсь, — процедила Жанин и досадливо втянула воздух сквозь сжатые зубы. — Ты что, не заметила? Я стараюсь помочь тебе. И мальцу твоему тоже. Твоя затея, во-первых, глупая, во-вторых, опасная. Да я вчера чуть не пристрелила ненароком этого кроху, а я, между прочим, тебе не враг, так тебя разэтак! Да я даже толком не знаю, сколько километров выжженной земли отсюда до того места, куда тебе, как ты говоришь, приспичило, и вообще, черт побери, с чего ты про Эша-то вспомнила?

Пери фыркнула:

— А с чего бы мне его не помнить? Всего-навсего один из самых солидных твоих клиентов, и ты мне все уши прожужжала про то, какой он весь из себя чудак и отшельник и живет далеко-далеко, можно сказать, за границей, и что там так сухо, что даже бананы не растут…

— Ха, — буркнула Жанин, подалась вперед и оперлась о стол локтями. Пери сразу узнала эту позу. Жанин что-то решила и отступать не намерена. — Ты мне так и не рассказала, как Ма Лена помогла тебе перебраться в город. И почему.

Пери храбро взглянула в глаза Жанин. Если Пери всего не расскажет, Жанин больше и пальцем не пошевелит. Ладно, уже неважно. Можно и рассказать.

— Ма Лена все время твердила, что если я хочу выбраться из Венеции и попасть в Город, надо себя соблюдать. Коротко подстригла меня, дала нож и научила с ним обращаться. Сказала: «Бьешь вот сюда, потом дергаешь вверх, поняла? Пусть к тебе даже соваться не пробуют. Райану с дядей велели за тобой присматривать, но ты и сама должна уметь за себя постоять. Если тебя испортят, в Город тебе дорога заказана. Девчонка с ребенком — вроде здешних — там никому не нужна. А тебе даже татуировку делать нельзя, ясно? Ты красивая. Ты порядочная. Не дай себя испортить. У моих девочек хорошая репутация».

— У ее девочек?! — ахнула Жанин. — Вот чем она приторговывала!..

— Да нет, не в этом дело, — скривилась Пери. — Это же Ма Лена, не кто-нибудь. У нее смысл жизни — церковь. Все связи оттуда. И все — летатели, а значит, при деньгах. Влиятельные, могут раздобыть и разрешение на работу в Городе, и вообще… А она подбирала им девушек — на работу, а не то, что ты подумала. Им нужны были девушки с пристойной внешностью — а не больные, татуированные и тем более беременные.

Жанин покосилась на Хьюго, лицо ее смягчилось.

«Ой, ясное дело, она считает, меня выгнали, потому что я забеременела! — осенило Пери. — Думает, я нагуляла ребенка неизвестно от кого! Отлично. Теперь она точно меня выручит».

Пери помолчала. Надо придумать, кем она работала, что лучше сказать Жанин. Говорить, что она была няней, опасно — вдруг Жанин заподозрит, что Хьюго не ее сын?

— Понимаешь, им очень трудно найти хорошую домашнюю прислугу — старая история. Летатели жутко богатые и друг на друга работать не желают. А эти, из церкви, точно знали, что если девушка от Ма Лены, это хорошая рекомендация. Понимаешь? Что мы трудолюбивые. Нам можно доверять. — Пери сама не знала, правда ли это. За себя она ручалась. А вот Невею, например, она никогда не считала хорошей и доброй. — И к тому же мы готовы были им руки целовать от благодарности, что нас пустили в Город — не то что всякий сброд, который пролез туда нелегально, — и за это трудились до седьмого пота, просили совсем немного и не бросали место, лишь бы нам продлевали временное разрешение на работу, — с горечью добавила Пери.

Жанин слегка склонила голову набок.

— Сейчас вернусь.

Пери осталась сидеть, глядя, как Хьюго пробует стручок на вкус. Он отбросил его в сторону и с надеждой взглянул на нее.

— Нет, Хьюго, сейчас не до игр.

У Хьюго задрожала нижняя губа.

— Ой, ладно тебе. — Пери поднялась, подобрала стручок и вернула Хьюго, но тот сразу же снова отшвырнул его.

Пери огляделась — чем бы его отвлечь? Открыла шкафчик. Чашки, стаканы, тарелки. Присела, открыла нижние створки, вытащила кастрюльку. Нашла деревянную ложку. Куда пропала Жанин? Совершенно непонятно, что она думает. Обещает помочь Пери — а вдруг на самом деле решила ее выдать? Решила, что так будет лучше для Пери и Хьюго или просто не хочет рисковать своей шкурой? Если так, надо дать Жанин понять, что они поживут здесь еще немного, а самой улизнуть пораньше — очертя голову.

Жанин вернулась, пододвинула себе стул и села рядом с Пери. Поморщилась, когда Хьюго принялся радостно лупить ложкой по кастрюльке.

— Бух! — сказал Хьюго. — Бух-бух!

— В общем, вот сюда я загрузила все, что тебе нужно знать, — сообщила Жанин, стараясь говорить погромче. И повозила пальцем по инфокарте, лежавшей у нее на ладони, перелистала списки, номера, планы городов.