Алексей Погорелый - Тихий конец света

— И где она сейчас? — спросил Данил.

— В Раю, — ответил Федор. — Святой был человек. — Его глаза увлажнились, — Самопожертвование вознаграждается. Такой закон.

Все молча выпили.

— Что тебе Никифор рассказал? — спросил Шувалов Данила.

— Все то же, что и Вячеслав Иванович. Академик Пронин нашел древний город Асгард. На центральной площади в храме Солнца стоит алтарь, в котором должен находиться Черный Камень.

— Дядя Гриша всю жизнь его искал, — вмешался Федор. — Только о нем и говорил.

— Академик нашел в Асгарде летопись города, выбитую на медных пластинах — продолжил Данил. — Там сказано, что во время последней войны Асов с тварями.

— Кто такие? — спросил Матвей, разливая перцовку по рюмкам.

— Асы — древняя, высокоразвитая цивилизация. Наши предки. А тварями мы называем жителей планет Черного края. Земля, Матвей, находится на краю вселенной. Обитаемые планеты в центре галактики принадлежат Асам. У них произошел раскол и война. Побежденные разбрелись по окраинам галактики, ближе к Горизонту событий. Это граница между живым космосом и черными дырами. Многие тысячи лет к ним присоединялись все недовольные миром Асов, преступники, убийцы. Одна из планет Черного края — это Ад.

— Последняя планета тварей в этом секторе, — добавил Федор.

— Да, последняя, — Данил поднял рюмку и они выпили. — А Земля — пограничная зона. Поэтому здесь все так сложно.

— Я не понял, — сказал Матвей. — Так это Асы нападают на существ из Ада?

— Получается так, — кивнул Федор. — Раньше солнечная система принадлежала им. Они жили на Марсе. Асы напали и уничтожили их военную базу, которая находилась на одном из спутников Земли. У Земли раньше было две Луны, когда одну из них уничтожили Асы, все планеты солнечной системы изменили свои орбиты и Марс стал не пригодным для жизни, все твари смылись на Ад. А Землю заселили Асы.

— Так они защищаются?

— Угу. Защищаются. Так что дальше? — спросил Федор, хрустя красным болгарским перцем. — Я что-то отстал от жизни.

— Когда твари осадили Асгард, один из охранников храма украл Черный Камень и, взамен на вечную жизнь, передал его тварям. Так Камень оказался в Аду. Черный Камень обладает некоторыми свойствами, которые не позволяют хранить его где угодно. Для хранилища необходимы условия, которые создает геомагнитное поле планеты в определенных местах. Академик примерно вычислил место его нахождения в Аду, — Данил выдохнул воздух и выпил.

— Григорий Васильевич мог найти Камень, а Кирилл мог защитить его в Аду, — продолжил Федор. — Кирилл — очень сильный ведьмак, ему все ведьмы кланялись на Лысой Горе.

— Так вот почему Славик говорил, что у нас с Профессором одна природа, — воскликнул Матвей. — Ну змей!

— Ты попал в десятку, Матвей, — сказал Федор. — Его дальние родственники из семьи Кощея, но все сказки, связанные с этим именем — большие преувеличения. Прикалывались с их семьи просто.

— Никогда мне не везло на начальников, — пожаловался Матвей.

Федор ухмыльнулся и принялся за сациви из курицы.

— Так чем ценен этот Камень? — Матвей полупьяным взглядом посмотрел на Данила.

— С его помощью можно запечатать все точки перехода из Ада на Землю.

— А те черти, что сейчас на Земле? Что с ними делать?

— Твари долго не могут находиться на Земле. Для них здесь слишком много чуждой энергии и количество кислорода в воздухе превышает нормы. Многовековая привычка к загрязненной атмосфере сделала из них мутантов. Они здесь дуреют, если долго находятся. Как люди в Ирие, Раю, если по другому. Поэтому твари так усиленно убивают природу на Земле. Хотят создать удобные условия для жизни. Сейчас они живут в Аду, а здесь работают. Твари сами уйдут на отдых, а вернуться не смогут.

Данил замолчал. Матвей с Федором закурили, выпили, потом опять закурили. Все были уже хорошо пьяны.

— Давайте выпьем, — Данил разлил водку. — За наше предназначение. Пусть исполниться воля Богов!

Они осушили рюмки.

— Мы для этого и родились снова, — продолжил Данил. — Чтобы исполнить то, что суждено.

— И ты в это веришь? — Матвей пошатнулся на стуле. — В богов, в камни, в предназначение?

— Я в это верю, — сказал Данил, — а ты ни во что не веришь.

— Почему не верю? Я верю во все, что одним словом называется «человечность». Только так мало осталось в этом мире с этим понятием связанного. С каждым днем все меньше и меньше. Но я все равно верю. Я — фанат своей веры. И воюю за нее, даже в том случае, если война иногда кажется бесполезной. Понял меня! — Матвей наполнил рюмку и судорожно выпил. Он выдохнул и подкурил сигарету. Пламя зажигалки мелко дрожало. — Я хочу, чтобы ты это понял: «Не важно имя Бога, не важно как ему поклонятся, важно быть Человеком, а не рабом Божьим или чьим-нибудь другим зомби. Если кто-то, включая Бога, требует беспрекословного подчинения, то он — враг твой»!

Данил поднялся со стула.

— Спокойно, мальчики, — Федор насильно усадил Данила обратно. — Нажрались — ведите себя прилично. Данил, дай ключи я машину подгоню. А вы, чтобы помирились до того, как я приду.

Федор припарковал «Субару» возле входа в бар, зашел в кабинет и увидел обнимавшихся напарников.

— Ты понимаешь, — пьяно лепетал Данил. — Она мне как сестра. Я хочу, чтобы она была с тобой.

— Федор, будь другом, — поднял осоловевшие глаза Матвей, — отвези нас, пожалуйста, ко мне домой. Хорошо?

Утром, с перегаром и помятыми лицами напарники пили приготовленный Данилом отвар. Допив вторую чашку, Матвей почувствовал себя почти здоровым и готовым к действию.

— Рецепт запиши мне, — попросил он Данила, который делал дыхательные упражнения.

— Ты все равно ингредиенты в аптеке не найдешь и способ приготовления специфический.

— Жадина, — сказал Матвей. — Будешь меня учить гипнозу?

— Гипноз — это не интересно. Я тебя научу управлению действием человека на расстоянии.

Напарники спустились в тюремный блок. Подойдя к боксу с экстрасенсом, Данил нажал на одну из кнопок на панели возле двери камеры. Прозрачное стекло затемнилось.

— Теперь он нас не видит. Матвей, ты должен сконцентрировать внимание на этом человеке. Слиться с ним в одно целое. Коснуться его сознания своим разумом. Не напрягайся. Считай, что ты просто представляешь, как часть тебя переходит ему в мозг. Потянись своим духом к его разуму.

Матвей собрался и представил, как из него вышло нечто бестелесное и проникло в голову Павла Геннадьевича. Матвей закрыл глаза, и чувства его раздвоились. Он одновременно чувствовал себя стоящим в коридоре перед дверью камеры, и он же лежал на продавленном матрасе, вдыхая спертый воздух. Послышались суетливые голоса: «Меня найдут, я выйду отсюда. Академик. Может лучше оставаться здесь. Тут безопасно и кормят. Люба меня найдет. Меня здесь никто не найдет! Кто они…»