Вадим Еловенко - Осознание
Новый год праздновал в общежитии. Особых торжеств не было. Просто посидели, поболтали, пили, курили, обсуждали чисто деловые вопросы. Ну, о чем еще можно было говорить людям, связанным с друг другом только работой? Ну конечно мою машину обсуждали. Причем без зависти люди отнеслись, за что я им благодарен. В принципе каждый мог то же самое себе сделать, было бы желание на всем экономить и вбухивать в машину. Но только кому этот геморрой нужен был кроме меня, с неправильно работающей головой?
С третьего числа я стал мастером цеха. Это событие обмывали всем заводом. Праздник был похлеще Нового года. Утром следующего дня все втихаря опохмелялись в комнатушке для отдыха. Я естественно закрыл на это глаза.
С пятого числа глядящие уведомили меня, что теперь, как должностное лицо, я несу полную ответственность за продукцию, выходящую из моего цеха. И за людей, работающих под моим началом. Если бы я этого раньше не знал от Василия, я бы подумал, что они меня застращать хотят. Все тот же бессменный полный мужчина был сух, но вежлив. Он со мной общался, как равный, а не как надзиратель. Он мне просто рассказывал последствия за нарушения моими работниками рабочего режима, если я об этом не напишу докладную записку. Он мне пояснял, что будет со мной, если с моего цеха выйдет бракованная продукция и ее пропустит отдел контроля и испытаний. И они получат, и я получу по полной программе. Я кивал и говорил, что понимаю. Потом подписывал документы о том, что я обязуюсь выполнять, и далее шел список из пятидесяти пунктов. Я знал, что без этого мне не работать начальником и подписывал, даже не читая и не сомневаясь. Когда он меня, наконец, отпустил, я был выжат как лимон. Одна радость, его помощница уже вела себя со мной более чем мило и приветливо. Даже предложила чаю, но глядящий отказался за нас двоих.
И началась моя работа в новой для меня роли полномочного мастера. Я мог заказывать себе работников и глядящие подбирали бы мне их. Я мог требовать оборудование и технические группы глядящих находили бы нужное и доставляли прямо в цех. Я даже мог требовать увеличения заработной платы сотрудникам и завод бы в лице всех мастеров рассмотрел бы мое требование и, конечно же, отклонил бы. Повышаешь одним - повышай всем. Я мог бы многое, но я делал только нужное. Никого ни о чем не прося и не надоедая. Выполняя заявки и не напрягая чрезмерной работой своих подчиненных. Замечаний к работе моего цеха не было, но и похвал особых тоже. Так, только иногда на планерке про меня вспоминали, когда у кого-то происшествие было или ЧП - «Вам что, слабо поддерживать свой цех в порядке, как у Артема?!». Если вы думаете, что мне это нравилось, то зря. Я опасался, что остальные начальники цехов будут мне как-то гадить за такое. Но все относились с пониманием. Только один раз меня в шутку попросили у себя какое-либо ЧП организовать, чтобы начальнику завода было не в кого тыкать. Я смеялся и отшучивался. Мол, я сам ходячее ЧП.
Уже начал таять снег весной, и я так сжился со своей работой и жизнью, что когда мне предложили глядящие перебраться в привилегированный район, я честно задумался, а стоит ли? Тут у меня машина и никого она не парит, а там придется разрешение на нее получать. Тут у меня приятели равные мне, а как переберусь, так они начнут косо посматривать. Как не крути и не уповай на самодостаточность, но при моей работе отношения очень важны. Я сказал, что подумаю. И этим же вечером в экспериментальном цехе проставился и когда все подвыпили спросил совета у мастеров. Стоит ли мне перебираться в район глядящих? Мнения были разные, от негативных до наоборот, мол, давно пора. Что-то долго мне не предлагали. И так далее. Тогда я, кстати, и узнал, что никому из них, кроме начальника первого цеха, такой чести не предложили ни разу. Причин была масса: и залеты, и прошлое нелояльное поведение, и вечные проблемы в цехе. Типа, жизни в раю достойны только безгрешные служащие. Я посмеялся и снова поставил вопрос серьезно. И предупредил, что как они решат, я так и сделаю. Мне начали сначала говорить, что это моя жизнь и мне решать, а потом, словно сговорившись, стали убеждать переселяться. Мол, если я там жить буду, я и их смогу провозить в кинотеатры и на другие развлечения. Хохотали, представляя мой транспорт, забитый мастерами на КПП района глядящих. Я понял, что если я переселюсь, то особой зависти ко мне в первое время не намечается и на следующий день стал собирать вещи. Получив у глядящего в канцелярии листок-ордер, я поехал с ним дорогой, которой уже однажды ездил с Василием.
На КПП я отдал листок и глядящий, тщательно рассмотрев его, подробно объяснил мне, как добраться до комендатуры. Там мне надо было сдать этот листок и получить ордер на вселение и заодно зарегистрировать транспорт. Я поблагодарил солдата и поехал, следуя его указаниям.
В комендатуре я не сразу нашел того, кто мне был нужен. А он, занятый разговором по телефону, не смог сразу меня принять. Когда же меня пригласили в кабинет, то все было так, словно это обычная муторная операция. Чиновник молча заполнил чистый бланк ордера, позвонил, уточнил адрес моего вселения. Отдал мне его и подсказал, куда за регистрацией транспорта зайти.
И вот я с ордером на квартиру стоял в кабинете перед офицером глядящих и в подробностях рассказывал, как завладел не принадлежащим мне имуществом. Тот даже выяснять не стал, как моя машина выглядит. Где она и что с ней. Спросил марку, цвет, отличительные особенности, номера «ик005к», которые мне ради хохмы все-таки привинтили на заводе, символизирующие по общему мнению икание после бутылки ноль пять водки. И выдал мне два пропуска: один на въезд в район, второй на круглосуточный проезд по городу. Как он пояснил, если машина сломается, чтобы я не выходил из нее, а находился в ней, пока меня либо не оттащат, либо не наступит утро. Продуманно, однако…
Выйдя из комендатуры, я стал выспрашивать у проходящей женщины в форме глядящей как проехать на указанную на ордере улицу. Она мне подробно рассказала, и я без труда нашел трехэтажный особняк на тихой почти у ограждения района улочке. Стоя перед ним, я даже не мог понять куда дальше-то идти. Решив, что ничего страшного не случится, если я зайду не туда, я вошел прямо в центральные двери и очутился в просторном холле. На лестнице, ведущей на второй этаж, стояло двое мужчин в домашней одежде и, куря, о чем-то беседовали. Увидев меня, они замолчали и выжидательно посмотрели в мою сторону. Я, держа в руке ордер, сказал извиняющимся тоном.
- Доброго дня. У меня написано, что я должен заселиться по этому адресу.
Подошедший мужчина взял ордер, внимательно прочитал и, представившись, сказал, что я теперь их сосед. Что мои две комнаты находятся на мансарде. Там же еще две комнаты супружеской пары. Вообще в доме жило пять семей. Мужчина, который меня встретил, оказался как бы старшим в доме. Ответственным за все. От света до отопления. Он-то мне и выдал ключи и проводил наверх в мое новое жилье.