Александр Розов - Футуриф. Токсичная честность.

— Ага! — бывший лейтенант Люфтваффе кивнул, — Я тоже видел этот гребаный список.

— Коллеги, — вмешался Олаф Тюрборг, — может, вы мне объясните, что это значит?

Людвиг подмигнул ему и предложил:

— Угадай из двух вариантов, приятель: или я — зомби, или список погибших — фуфло.

— Думаю, что верен второй ответ, — предположил Тюборг.

— Правильно, — сказал Людвиг, — мы не погибли, а угодили в кривую вербовку на гипер-лайнер. Наподобие работорговли. Нас заразили вирусом, который превращает людей в акваноидов, и пихнули на подводные рудники. Но мы сговорились, устроили мятеж, и скормили акулам всю администрацию и всех пассажиров гипер-лайнера.

— Черт… — протянул Олаф Тюрборг, — …И ты так запросто нам это рассказываешь?

— Ну, а что такого? Вам с нашими ребятами тут работать. Вы должны быть в курсе.

— Гм… Ты бы хоть взял с нас обещание не разглашать.

— А зачем? — Людвиг снова подмигнул ему, — Вот, прикинь: ты кому-то рассказал, или, например, пошел с этим на TV, в газеты, куда угодно, и что?

— Я не пойду, но все-таки — что тогда?

— А ничего. Пойми, приятель, никому наверху не нужна правда о том, как погиб гипер-лайнер. Значит, TV это не покажет, и газеты это не напечатают. Все, кто надо, хапнули охеренные деньги на этой теме, дерьмо уже заиграно, так что теперь хоть кричи на всю планету — никто не услышит. Разве что, какой-нибудь таблоид напечатает колонку: «вы содрогнетесь, узнав, как погибли тысячи мультимиллионеров». В другой, колонке будет напечатано: «вы побледнеете, узнав о вампире, орудовавшем в румынской церкви», а в третьей: «вы изумитесь, узнав тибетский метод радикального удлинения пениса».

В дружеской беседе возникла пауза, а потом Оскар Сйоренсен осторожно спросил:

— Слушай, дружище, ты сказал, что это… Ну… Что оно передается вирусом.

— Да, — Людвиг кивнул, — но, не вибрируй, Оскар. Ты не позеленеешь от моего чиха.

— А-а… — протянул Петронис Йоргансен, — …Если не от чиха?

— Мы, — продолжил Оскар, — вчера склеили двух девчонок. Мы думали, что это просто африканки из такого зеленого племени, понимаешь? А вдруг оно половым путем?..

— Ха-ха, — развеселился бывший лейтенант Люфтваффе, — будете знать, как ни хрена не понимая, тянуть в койку всех, кто с сиськами. Что, припухли? Расслабьтесь. Половым контактом это не передается. Но… Капитан, позови своего штурмана, ладно?

— Сейчас, — сказал Олаф Тюрборг и махнул ладонью над головой, — Тиктак! Иди сюда!

Эскимоска дружески похлопала по плечу ту девушку-акваноида, с которой только что общалась, затем встала и подошла к отдельной компании.

— Знаете, парни, вообще-то неправильно, когда коллеги вот так сбегают из-за стола.

— Извини, — ответил Олаф, — у нас служебная тема. Людвиг, что ты хотел изложить?

— Насчет секса, — многозначительно произнес тот, — дело такое, Тиктак. Секс с парнями-акваноидами, по существу, ничем не отличается от секса с парнями других рас…

— …А то бы я не догадалась, — иронично перебила стажер-штурман.

— …Но, — продолжил Людвиг, — возможен особый случай, попросту говоря, залет…

— …А то я не знала, — снова съязвила эскимоска.

— …Послушай, — сказал он, — при залете от акваноида, можно кроме обычных эффектов, схватить вирус, и превратиться в акваноида. Так что не забывай о контрацепции.

— Ни хрена ж себе… — удивилась Тиктак, — …Не зря в школе по биологии говорили про горизонтальный перенос генов. Я мимо ушей пропускала, а сейчас вспомнила. Ну, так давайте за стол, иначе я обижусь. У меня же день освоения профессии!

Хозяин заведения и дежурный бармен — этнический суринамец Тисо Наале, застыл за стойкой с бутылкой ямайского рома в руке.

— Что-то не так? — озадаченно спросил мужчина, сидевший на табурете.

— Все нормально! Просто такой особый прием отмеривания, — ответил Тисо, завершил приготовление двух стаканов коктейля, после чего четким движением подвинул один — мужчине, а второй — его подружке, сидевшей рядом. Только после этого он приветливо помахал рукой молодой даме, вошедшей в кафешантан, и усевшейся за столик в углу. Ответный жест выглядел загадочно: дама скрестила руки и взмахнула ладонями, будто крыльями. Судя по кивку бармена, этот жест был ему однозначно понятен.

А молодая дама поправила воротничок серебристой рубашки-сетки, и стала смотреть за происходящим на сцене. Там, вокруг светящейся зеленой анаконды, вертелась девушка-мулатка topless, исполняя завораживающе-пластичный танец с огромным сферическим воздушным шаром, стилизованным под футбольный мяч оранжево-белой раскраски. У внимательного человека сразу бы сложился вывод: молодая дама хорошо разбирается в танцах и, более того, хорошо знает эту конкретную танцовщицу. Через некоторое время вывод подтвердился: танцовщица, спустившись с эстрады, накинула на плечи спортивную курточку и уселась за тот же угловой столик. Бармен уже принес туда высокий стакан с коктейлем, известным, как «синий альбатрос». Кстати — условный взмах ладоней как раз обозначал этот коктейль.

Но, вернемся к танцовщице. Она уселась напротив молодой дамы и выдохнула вопрос:

— Ну, Елена, как у меня сегодня?

— Ликси, все очень хорошо! — ответила та, — Но тебе чуть-чуть не хватает автоматизма в контроле дыхания. Иногда ты напрягаешься, чтобы настроить вдох-выдох под ритм. А четкий автоматизм сделал бы это за тебя, понимаешь?

— Блин… — расстроилась та, — …А мне казалось, что вообще без проблем.

— Только не драматизируй, Ликси. Я же сказала: все хорошо. Но, должна же я к чему-то придраться, иначе грош цена моему экс-инструкторскому мнению. Так?

— Ладно, Елена. Тогда придирайся.

— Я бы еще придралась, но больше не к чему. А скажи, почему футбольный мяч?

— Как это — почему? Ты что, не знаешь? Наши взяли второе место на чемпионате мира.

— А-а… А это так круто?

— Еще бы! — Ликси энергично кивнула, — Последний раз это было в 2010-м!

— Ясно. Теперь я буду помнить. А это что за китайский цирк на эстраде?

— Это не цирк, это китайский танец «ветка под дождем».

Елена Оффенбах с интересом понаблюдала за танцующей китаянкой, и объявила:

— Обалдеть! Вот чему я хочу научиться. А ты знаешь эту девчонку?

— Ты ее тоже знаешь, — сказала Ликси, — это Чангчанг, которая уже полгода работает тут уборщицей сутки через трое.

— Да? Вот, блин! А я даже не знала, как ее зовут. Просто привет — привет и все. Значит, Чангчанг. Надо познакомиться поближе. А где Анита Цверг?