Максим Кононенко - Владимир Владимирович™

Владимир Владимирович™ положил трубку и стал выковыривать из планки звезды красную тряпочку.

Однажды Владимир Владимирович™ Путин стоял возле четырнадцатого корпуса Кремля на фоне Спасской башне. Рубиновая звезда на башне светила спокойным надежным светом, на президентское пальто Владимира Владимировича™ падал легкий снежок, а в руках у Владимира Владимировича™ был запотевший хрустальный бокал с шампанским "Кристалл".

– Брателлос, - сказал Владимир Владимирович™, пристально глядя в объектив направленной на него телекамеры, - Вот и снова Новый год. Я за этот год по вас… по вы… как правильно-то? В общем, соскучился я. По моим, значит, согражданам. Спасибо вам, конечно, что проголосовали за меня. Мне было очень приятно. И извините за этих хасидов…

– Владимир Владимирович™, - раздался откуда-то сбоку взволнованный шепот, - Не хасидов, а шахидов!

– А, ну да, - поправился Владимир Владимирович™ и от волнения сделал глоток шампанского, - Я теперь все путаю… За шахидов извините. Не досмотрел. В следующий раз буду внимательнее. На а что до года у нас - хороший, в общем-то, получился год. Новые законы, новые назначения, новые покупки. Эта как ее… Балтийская инвестиционная, тьфу, Байкальская компания - это же здорово было, согласитесь. А как мы с рюмочной придумали? По-моему, отлично. Теперь что касается монетизации льгот. Я был против. Я монеты не люблю. Мне их класть некуда. Но правительство сказало - надо. И мне пришлось согласиться - все же правительство, не абы кто. Придется потерпеть. Мне ведь тоже нелегко. Вот правильно говорят - землю крестьянам, заводы рабочим… ну там, море матросам, небо пилотам… а что президентам?! Получается, что ничего, кроме голосов избирателей. И те у некоторых отнимают…

Владимир Владимирович™ сделал еще один глоток.

– В общем, в следующем году все будет лучше, - сказал он в камеру после некоторой задумчивости, - А главное - до нас никогда не докатится цунами.

И Владимир Владимирович™ допил свое президентское шампанское.

Однажды Владимир Владимирович™ Путин сидел в своем кремлевском кабинете, разговаривал с супругой по телефону и рассказывал ей про новогодние поздравительные открытки от глав иностранных государств.

– Буш за Украину благодарит, - говорил Владимир Владимирович™, вертя в своих президентских руках американскую открытку, - Говорит, что лучшего подарка он бы и сам себе не придумал. Гад.

– Ну не переживай так, дорогой, - успокаивала Владимира Владимировича™ его супруга, - Подумаешь, Украина туда, Украина сюда. У нас еще Белоруссия есть. И Таджикистан.

– И Туркмения, - согласился Владимир Владимирович™, - А вот Коидзуми пишет, что хотел получить на Новый год острова. А я вместо Японии остров китайцам подарил.

– Дорогой, ты же не последний год президент, - сказала супруга Владимира Владимировича™, - Успеешь еще.

– Вот и я думаю… - пробормотал Владимир Владимирович™, беря в руки другую открытку, - Эта от Шредера.

– А он что? - спросила супруга Владимира Владимировича™.

– Ну, этот как обычно всем доволен, - сказал Владимир Владимирович™.

– А из Украины что-нибудь есть? - осторожно спросила супруга Владимира Владимировича™.

– А из Украины ничего нет, - грустно сказал Владимир Владимирович™.

– Ну не переживай, - сказала супруга Владимира Владимировича™, - Ведь главное, что я тебя люблю.

– И я тебя люблю, - сказал Владимир Владимирович™.

Супруги помолчали.

Однажды Владимир Владимирович™ Путин ехал с работы домой. Тяжелый лимузин Владимира Владимировича™ мягко покачивался на широких шинах, джипы охраны сверкали проблесковыми маячками, а по обочинам дороги выстроились отдающие честь милиционеры.

– Слышь, брателло, - сказал Владимир Владимирович™, постучав в бронированное стекло, отделяющее его от водителя, - Притормози, вон, у киоска с цветами.

Водитель молча кивнул и нажал на тормоз. Лимузин плавно подкатил к бордюру и остановился. Владимир Владимирович™ открыл дверь и вышел на заснеженный тротуар.

– Здравствуйте, - сказал Владимир Владимирович™ сидящей в цветочном киоске бабушке с серым пуховым платком на груди, - Мне бы вот те розочки, белые, с капельками. Штучек семь. А, что там, давайте одиннадцать.

– Завернуть? - сонно сказала бабушка, выдыхая легкий пар.

– Нет, спасибо, - ответил Владимир Владимирович™, - Не надо.

Бабушка собрала букет.

– Сколько я должен? - спросил Владимир Владимирович™, доставая из кармана пальто свой президентский кошелек.

– Белые у нас идут по девяносто, - загадочно сказала бабушка и застучала артритным пальцем по большому китайскому калькулятору, - То есть, на круг выйдет девятьсот девяносто.

– Возьмите тысячу, - сказал Владимир Владимирович™, протягивая бабушке купюру.

– Нам чужого не надо, - сказала бабушка, отдавая Владимиру Владимировичу™ цветы и мятую надорванную десятирублевку.

Владимир Владимирович™ поблагодарил бабушку, взял цветы и деньги, огляделся и быстро пошел по направлению к белому домику со светящейся надписью "Продукты", украшенной пластмассовыми елочными игрушками.

В магазине было тепло и людно. Владимир Владимирович™ поскользнулся на кафельном полу, усыпанном мокрым серым снегом, взмахнул букетом для сохранения равновесия и шагнул к прилавку, за которым симпатичная девушка со смеющимися глазами отрезала кусок сыра двум милиционерам с автоматами Ак-47 поперед груди.

– Простите, вы не из оцепления? - спросил Владимир Владимирович™ у милиционеров, - Вы не могли бы там передать…

– Из какого оцепления? - удивился один из милиционеров, - Мы из сорок пятого… А ты откуда?

– Я…? - немного растерялся Владимир Владимирович™, - Я… из Кремля я…

– Фээсо… - уважительно шепнул другой милиционер и толкнул товарища локтем в бок.

– А че мне это фээсо, - сказал милиционер, подмигивая улыбающейся продавщице, - Мы только сыру… и все…

Милиционеры взяли свой сыр, расплатились и ушли, толкая друг друга локтями и оглядываясь на Владимира Владимировича™.

– Здравствуйте, - сказал Владимир Владимирович™ девушке, которая улыбалась уже ему, - Мне бы каких-нибудь вкусных конфет… я в них не разбираюсь совсем… вот вы какие любите?

– Я конфет не ем, - сказала девушка, - За фигурой слежу. А вообще Рафаэлло вкусные. Они у нас идут как кокосовые.

– Куда идут? - не понял Владимир Владимирович™.

– В продажу, - пояснила девушка, - Будете брать?

– Да, - быстро сказал Владимир Владимирович™, - А шампанское у вас французское есть?