Коллектив авторов. Составитель С. Лукьяненко - Гуманный выстрел в голову

Вадим устроился на старой поваленной сосне, отстегнул от ремня медпакет, принялся обрабатывать раненую ногу. Винтовка лежала здесь же, под рукой. Но китаец поводов для беспокойства не давал. У него с собой тоже оказалась воронка, он умело вонзил ее в плоть червя, подсоединил к пакету, приладил к делу вторую, а сам тем временем вскрыл червю брюхо, вынул несколько яиц и разложил по контейнерам. Панкратов мешать китайцу не стал. Если желтолицый хочет, чтобы его осудили за контрабанду, а не только за незаконное пересечение границы республики — дело его. Впрочем, перед тем, как передать злоумышленника в штаб дружины, он его предупредит. Еще раз. Последний.

— Слушай, Лю, а зачем твоему большому заказчику яйца? — поинтересовался Панкратов, когда нога была продезинфицирована и перевязана стерильным бинтом. — Вы из них еду готовите?

— Червя нельзя есть, — добродушно засмеялся Лю. — Даже мы не едим… Нефть… Не вкусно! Вредно…

— Так зачем тогда?

— Человек хочет открыть бизнес на отмелях. Американцы предлагают ему личинки червей. Пятнадцать тысяч юаней за штуку. Дорого. Здесь можно достать дешевле…

— Американцы? — удивился Вадим. — А что, их тоже черви мучают? И не пойму я, если твой заказчик нефть добывать будет, зачем ему месторождения заражать?

— Ох, ох, — засмеялся китаец, захлопал себя грязными руками по зеленым джинсам. — Неужели ты не знаешь, что червя-нефтееда вывели в Америке? В Техасе? Когда там закончилась нефть, остались только ее следы, Самуэль Паркинс соединил гены бактерий, дождевых червей и гремучей змеи, модифицировал их, ускорил рост и получил нефтяного червя. Такого червя пускали под землю, но расти чрезмерно не давали. Как только он запасался нефтью, которую высасывал из песка, его выманивали и убивали. Каждый червь — три барреля нефти. Немного, но их были тысячи на каждой ферме. А после капитуляции Калифорнии в войне шестьдесят четвертого года яйца червя-нефтееда достались японцам. И они почти сразу заразили им ваши нефтяные месторождения. Здесь черви, конечно, не нужны — нефти много, из песка ее высасывать не нужно. Но тут черви чувствуют себя вольготно! Плодятся во множестве… И не дают вам покоя! Вадим нахмурился.

— Ну, я слышал, что японцы виноваты… Только давно это было, еще до моего рождения… А ты-то откуда такие вещи знаешь? Прямо лекцию прочитал! Да и с червем обращаешься — будто долгие годы ему «банки» ставил.

— Нет, я вижу червя впервые, — улыбнулся Лю. — Но я закончил биологический факультет университета в Чэньду. Специализировался на кафедре промышленной генетики. Писал о нефтяных червях диплом. А сейчас собираю деньги на обучение в аспирантуре.

— Хм, — проворчал Вадим. — Когда-нибудь ваши научные программы заставят считаться с Китаем и Великую Японию, и Арабский Халифат, и Московское княжество… Когда-нибудь… А сейчас мы сольем оставшуюся нефть и пойдем к моему мотоциклу. Там ты подождешь меня пару дней, и мы отправимся обратно… В штаб дружины. Впрочем, может быть, меня отпустят с дежурства раньше, если связь будет восстановлена. Я все же травмировал ногу и чувствую себя не очень хорошо…

— Поэтому сиди и не дергайся, — раздался сзади вкрадчивый голос. — Да и к мотоциклу спешить не нужно. Положи руки на колени, и скажи своему китайскому дружку, чтобы он присел рядом с тобой.

— Не понял, — удивленно заметил Вадим, обращаясь к китайцу. — Те типы, что держат нас на прицеле — не с тобой?

— Нет, — безрадостно заявил Чжэнь Лю. — Я вижу их в первый раз.

— А чтобы этот раз не оказался последним, ляг лицом вниз, узкоглазый, и ползи к казачку, — предложил все тот же ядовитый голос.

— Поосторожней в выражениях, Яков! — заявил какой-то другой голос, с акцентом.

Невзирая на запрет, Панкратов обернулся и увидел крупного мужчину с лицом европейского типа и двух азиатов. Камуфляж с нашивками — красный круг на белом полотне — не оставлял сомнения в том, что данные лица служат японскому императору. И даже не считают нужным это скрывать. На петлицах — белый цветок, астра… Стало быть, японцы и какой-то предатель. Ну, может, не совсем предатель. Эмигрант старой волны, русский или украинец…

Вооружены диверсанты более чем серьезно. Скорострельный автомат у одного японца, винтовка с компьютерным наведением и «интеллектуальными» пулями у другого, пистолет в руке и гранатомет на плече у русского. Понятно, что русский не был в этой компании главным. И его выражение насчет «узкоглазого» японцам не очень понравилось.

— Господа, как представитель власти Сибирской республики предлагаю вам сдаться, — не убирая рук с колен, объявил Панкратов. — Вы нарушили границы суверенного государства с оружием в руках. Если вы сдадите оружие и пообещаете следовать моим командам, то будете выдворены за пределы республики без ущерба для себя. Вы ведь еще не успели совершить преступлений на нашей территории? В противном случае с вами поступят как с вооруженными нарушителями — то есть будут уничтожать любыми средствами без предупреждения.

Японцы сдержанно улыбнулись, русский захохотал.

— Мы преодолели тысячи миль только для того, чтобы сложить оружие у твоих ног, наглый казак!

— Хочу объяснить, что полет вашей баллистической капсулы наверняка зафиксирован радарами, спутниками и наблюдателями, несмотря на все ваши средства электронной борьбы. Не пройдет и суток, как здесь высадятся кирасиры. Солдаты регулярной армии в полной броне и с мощным оружием. Вам не удастся уйти обратно. Вас уничтожат.

— Не было никакой капсулы, — восторженно прокричал Яков. — И место нашей высадки не обнаружено никем, кроме тебя! А тебя мы шлепнем, если ты не будешь повиноваться!

— Много болтаешь, — укорил своего русского партнера японец, что был повыше. — Ляг лицом вниз, казак. Я возьму твою винтовку. Ты ляг рядом, китаец.

Панкратов опустился на землю. Нет, винтовку не схватить. Да если и схватить — выстрелить он не сможет. Да если и выстрелит — то только один раз. Двое оставшихся врагов изрешетят и его, и китайца.

Враги подобрали оружие, взяли даже пустой криогенный метатель Лю Чжэня, и отошли к червю. По всей видимости, он интересовал их больше всего. Сколько Вадим уничтожил червей за десять лет службы — и не сосчитать. А вот поди ты, этот понадобились кому-то… Причем сразу и японцам, и китайцу!

— Они не оставят свидетелей, — прошептал Лю Чжэнь. — Это подразделение «Цветок Хризантемы». Императорская гвардия. Я читал о них… Не жалеют ни себя, ни других. А сейчас они на задании…

— Что же сразу не убили? — спросил Вадим, внутренне, впрочем, соглашаясь с китайцем.