Наталья Баранова - Легенда об Иных Мирах
Шаги в коридоре оборвали течение мыслей и, видя вошедшего в каюту пилота, он внутренне напрягся, чувствуя, что это не к добру.
– Ну, – спросил Идги, взволнованно, – и что сенатор сумел натворить такого, что за его голову назначена награда?
– Что? – переспросил Элейдж, взвиваясь с места метеором.
– Некий Рушу Энтинаэ, именем, которого ты прикрываешься, объявлен в розыск, как особо опытный и ловкий мошенник, – повторил пилот, пожимая плечами, – И как бы то ни было, но местные службы уже в боевой готовности и ждут нас. У них есть предположения....
– Дали Небесные! – выдохнул сенатор, чувствуя, как исчезают остатки благодушия. Понимая, он не мог поверить, что все произошедшее – только ошибка. Слишком хорошо он знал нравы и обычаи тех, кто его преследовал.
Глядя на его лицо, пилот нахмурился.
– Это серьезно? – спросил Идги.
– Это Локита, – отозвался сенатор, провел руками по волосам откидывая их назад, и вновь задумался.
– Я должен разрешить проверку корабля и экипажа, – с вздохом проговорил пилот, – ты же знаешь, я не имею права отказаться.
– А я не имею права попасться, – так же тихо ответил Элейдж, – и хуже всего то, что встречать нас будут службы безопасности Ирдала. Отряд обычных ирдалийских мальчишек и девчат. То, чего я так опасался.
Пошарив по карманам, он достал небольшой кусочек пластика, документы не Рушу – Сенатора, и задумался. Это, конечно же, был серьезнейший аргумент. И, очень веский. Но, кто знает, чего могла насочинить красавица Локита, желая уничтожить неугодного человека. Могло выйти так, что признайся он в том, кто он, и это оставит на имени след, от которого не удастся отмыться. А такой роскоши он позволить себе не мог. " Ладно, – сказал он себе, – оставь это на крайний случай. Выпутывайся, пока, как знаешь, а это – последний из всех возможных аргументов.
Глядя на пилота, он напряженно думал о том, как быть и что делать. Если б только удалось вырваться за пределы порта, да что там, порта, корабля, там, далее он сумел бы раствориться среди толпы, затеряться как песчинка на дне морском, исчезнуть от излишне любопытных глаз. Если б ему только удалось, незамечено, вырваться на Ирдал.
Он вспомнил Альбенара; местный координатор не жаловал Локиту, несмотря на всю ее красоту и ум. Альбенар смотрел на нее снисходительно – любопытно и недоверчиво. Всегда. Словно давно ожидал от этой белокудрой бестии всяческих гадостей.
Локиту это страшно злило, как злили все не попавшие под власть ее прелестных чар. Но избавиться от Альбенара она не могла. Ей приходилось признавать, что координатор Ирдала компетентен во всех вопросах, и у него множество сторонников. И не только на Ирдале, а во многих мирах Лиги. И если она вдруг, решит отправить этого человека в отставку, то за этим может последовать нешуточный скандал, после которого, возможно, придется в отставку подать ей.
«От таких людей как Альбенар, – подумал сенатор, – ей легче избавиться иным способом, убив, а, не отстранив от дел. И хорошо, что Альбенар на Ирдале, а не в Сенате. Иначе, может статься, был бы он жив?»
Сенатор слегка пожал плечами. Альбенар, несомненно, не отказался б устроить для Локиты пару неприятных сюрпризов, если б только был в курсе что и как необходимо сделать. Вся беда только в том, что координатор не знал. А отсюда, с почтового бота, нечего и мечтать связаться с ним.
А значит.... Сенатор невольно покачал головой, вспомнив, что из корабля существует лишь один – единственный выход. И что он, несомненно, будет блокирован в первую очередь. Впрочем, почему один?
Он невесело усмехнулся, поняв, что есть еще один путь, которым ни один человек, будь он в здравом уме, не решился бы воспользоваться. Топливная шахта. Что бы ей воспользоваться пришлось бы пройти по активной зоне, значения радиации в которой, считались критическими для любого человека. И ни один нормальный человек не сунулся б туда без скафандра. Ему же, для бегства, скафандр был только лишней обузой.
Он, прикрыв глаза, что б лучше сосредоточиться, прикинул в уме ряд цифр. В принципе, попробовать было можно, только на все про все у него было не более десяти – двенадцати секунд. Если задержаться чуть более, то ... впрочем, не стоило думать, что было б иначе. Десять – двенадцать секунд – это вполне достаточно. Вполне, если не думать, а делать, действуя, как будто спасая свою жизнь. Впрочем, так оно и было.
Внезапно, с ностальгией, он вспомнил Имрэна, сожалея, что сам не Аюми, и не может так легко и просто, как это было доступно им, потянуться мыслью через расстояние, коснуться разумом разума и попросить о помощи. Посмотрев на пилота, он вдруг, неожиданно спросил.
– Ты можешь прикрыть мой отход? Идги, мне надо, максимум, пять минут с момента посадки, что б незамеченным уйти с корабля. Пять минут, в которые никто из ребят там, на космопорте, не подумает смотреть на поле, что б их занимало только то, что твориться в корабле.
– Поиграть в захват заложников? – пилот задумался на несколько секунд, – это, конечно, можно. Отвлекает на все сто. Знаю по собственному опыту. В Разведке даже инструкция была по этому поводу. Ну, да будем надеяться, что там, на поле не будет ни одного Стратега из старичков. А салаги из службы безопасности купятся, делать нечего. Но как ты выйдешь?
– Через потайной ход, разумеется, проскочу через красную зону, в топливную шахту. И – прощай.
– С ума не сходи.
– Есть другие предложения? Я буду рад выслушать.
Пилот пожал плечами.
– В том-то и дело, – ответил он потерянно, – что другого выхода нет.
– Тогда и рассуждать нечего. На корабле, согласно инструкции, должно быть оружие. Один бластер в рубке. Он мне нужен.
– Есть еще один, – тихо прошептал пилот, – у меня. На всякий непредвиденный случай.
– Великолепно. Пошли.
Пилот кивнул и направился к выходу, Алашавар последовал за ним. Он подобрался и, усмехнувшись, подумал, что, вероятно, мало кто б мог представить его вот таким, способным играть на грани фола, способным на нечто противоправное. Впрочем, он сам давно не мог представить, что обстоятельства смогут его вынудить поступать так, не считаясь с желаниями иных людей. « Потому, что это – необходимо, – напомнил он себе, – Необходимо, потому как от этого зависят жизни многих, а не только моя собственная».
Он быстрым, решительным шагом прошел в рубку, не вошел – влетел и наткнулся на острые, колючие взгляды. Здесь, конечно же, знали. Но никто не подумал, что он может вот так, дерзко, явится за оружием. Он моментально пересек расстояние, разделявшее его и оружие, упрятанное за темный пластик на стене. Ему попытались помешать, один из пилотов. Элейдж, легко, словно танцуя медленный танец, ушел от броска, перехватил руки и помог продолжить движение. Не оглядываясь, услышал шум падающего тела и пожелал пилоту мягкой посадки. Как бы там ни было, а калечить человека в его планы не входило.