Габриэлла Зевин - Это у меня в крови

Я закатила глаза.

– Вы действительно думаете, что лучший способ попасть в политику – это выступить в качестве адвоката старшей дочери организованного преступника?

– Да, – сказал он.- Я так думаю.

– Вы когда-нибудь мне это разъясните.

Смех Саймона Грина заглушил тошнотворный крик, затем зловещий стук. Моя голова склонилась на переднее сиденье. Прозвучали крики и автобус остановился. Саймон Грин схватил меня за руку.

– Аня, ты в порядке?

Моя шея немного болела, а в остальном я чувствовала себя хорошо.

– Что случилось?

– Похоже, мы врезались во что-то,- сказал Саймон Грин ошеломленным голосом. Я повернулась к нему. На правом виске была рана, потому что очки пронзили ему кожу.

– Мистер Грин, вы ранены!

– Ох, боже мой,- слабо сказал Саймон Грин.

Я приказала ему наклонить голову и держать ее в таком положении. После я сняла пиджак, чтобы пропитать кровь и остановить её.

– Все остаются в автобусе, – рявкнул водитель.- Здесь произошел несчастный случай.

Очевидно. Я посмотрела в окно. В центре Мэдисон-Авеню без сознания лежала девочка моего возраста. Её руки и ноги сгибались под неестественными углами. Хуже всего выглядела голова, чуть не оторвавшаяся от шеи. Только небольшой участок кожи удерживал её от обезглавливания.

– Саймон,- сказала я. – Не думаю, что она будет жить.

Саймон склонился через меня посмотреть на место происшествия.

– Ох, боже мой,- просто прошептал он перед тем как упасть в обморок. Я сильно сомневалась.

***

В больнице я подождала, когда врачи обследуют Саймона Грина. Врачи определили, что помимо потери крови с ним ничего серьезного не произошло. Они зашили рану на виске. А так как он потерял сознание, они оставили его на ночь для наблюдения.

Я позвонила мистеру Киплингу, который заверил меня, что он уже близко. Саймон Грин и я смотрели новости на его планшете в ожидании прибытия мистера Киплинга. Планшет рассказывал об аварии автобуса.

– Сегодня в центре города несколько травм получил пешеход, которого сбил автобус с рекламной кампанией Чарльза Делакруа.

– Ох,- сказал Саймон Грин, – плохая реклама. Люди Делакруа должны быть сейчас в ярости.

Новости прервали интервью прохожего с улицы.

– Девушка, ей должно быть лет шестнадцать или семнадцать, переходила центр улицы, когда последовал удар. И следующее, что я знаю, она лежит на земле и ее голова почти отрезана. Бедняжка. Вы не можете ей помочь, но проявите сочувствие.

Репортер прервал его.

– Подростка признали мертвым на месте события. Пострадавшие пассажиры были доставлены в больницу Синайской горы. И также, среди пострадавших пассажиров в больницу была доставлена Аня Баланчина, дочь печально известного криминального авторитета Леонида Баланчина, и как полагают, она серьезно ранена.

– Это так раздражает! – Я закричала на экран.- Я не ранена. Я в порядке!

Саймон Грин пожал плечами.

– У них нет права рекламировать мое имя,- проворчала я.

– Прошлой весной Аня Баланчина была арестована за расстрел собственного кузена, пытавшегося убить Гудвина Делакруа, который на тот момент встречался с Аней Баланчиной. Гудвин Делакруа – сын действующего окружного прокурора Чарльза Делакруа.

– Его имя Вин! – возразила я.

– Хотя Чарльз Делакруа первоначально лидировал в опросах, в прошлом месяце его главный соперник, кандидат независимой партии, Берта Синклер, успела сократить разрыв до пяти очков. Так что слишком рано предвидеть как последнее событие повлияет на избирателей.

– Похоже, все думают, его вина состоит в том, что автобус с изображением его кампании сбил эту девушку, – прокомментировал Саймон Грин.

Медицинская сестра постучала в дверной проем.

– Там к тебе пришел человек, – сказала она мне.- Ничего страшного, если я позову его сюда?

– Да, мы ожидаем его.

Медицинская сестра пошла за мистером Киплингом.

Я села на краешек постели Саймона Грина. Весь этот день был смехотворным разочарованием и при этом мне нужно было подсчитать свои благословения. Эта девушка была моего возраста, и я уверена, что она проснулась этим утром и не думала, что умрет сегодня. Благословение номер девять: по крайней мере, я не была сбита автобусом и обезглавлена. Несмотря ни на что, я начала смеяться.

– Что смешного?- спросил Саймон Грин.

– Я просто счастлива…- я начала говорить, однако Саймон Грин прервал меня.

– Эй, это не мистер Киплинг!- сказал он.

Я обернулась. Через окно в больничной палате я увидела Вина. Он был одет в форму Троицы. Вин помахал мне рукой.

– Я вернусь через секунду, – сказала я Саймону Грину. Встав, я расправила юбку и вышла в коридор.

– Ты выглядишь очень хорошо по сравнению с теми, кто серьезно ранен, – приветствовал меня Вин. Его голос звучал как всегда.- Ты одета в одежду со свадьбы твоего двоюродного брата.

Я посмотрела на свой пиджак, испачканный кровью Саймона Грина.

– Я больше не смогу его надеть.- Это была не первая вещь (или последняя) из моей одежды, которой наступил такой конец. Я предложила ему руку для пожатия, но вместо этого он обнял меня. Это были жесткие объятия, в которых пострадала моя больная шея, длившиеся слишком долго. – Я была в автобусе, но остальные пассажиры пострадали сильнее, – сказала я.

– Вижу.

– Почему ты здесь?- спросила я.

Вин покачал головой.

– Я был рядом, когда услышал о случившемся. И захотел убедиться, что ты не умираешь. Мы по-прежнему друзья, не так ли, Аня?

Я не знала, были ли мы друзьями.

– Где твоя девушка?

Вин сказал мне, что она сейчас в холле.

– И она не подозревает, что ты здесь?

– Нет, Алли знает, как ты важна для меня.

Алли. Л заменена на Н, сделаем вид, что я этого не заметила. – Ты не должен быть здесь,- сказала я ему.

– Почему?

– Потому что… – Я не могла заставить себя сказать все причины. Потому что мы больше не принадлежим друг другу. Потому что я пообещала его отцу. Потому что у его отца были возможности сделать мою жизнь намного сложнее, чем сейчас, если я не сдержу своего обещания.

– Аня, подумай, если бы умирал я, ты бы не пришла? – спросил Вин.

Я по-прежнему думала над этим вопросом, когда пришел мистер Киплинг. Увидев Вина, мистер Киплинг пришел в замешательстве.

– Зачем ты здесь? – выдавил мистер Киплинг.

– Я сейчас же ухожу,- сказал Вин.

– Будь осторожен, когда будешь уходить, сынок. Папарацци только что прибыли. И они, вероятно, хотят снимок раненой Ани Баланчиной, но я уверен, что они бы согласились и на снимок сына человека, исполняющего обязанности окружного прокурора. И как ты думаешь, что действительно приведет всех в восторг? Снимок тебя и Ани вместе.