Коллектив авторов. Составитель С. Лукьяненко - Гуманный выстрел в голову

— Вампир! — закричал Карп, — спасайся кто может!

Плотник бросился в кусты, вампир преследовал его по пятам. Чувствуя, что вот-вот будет схвачен, полурослик заорал на весь лес!

— Уберите его от меня, хватайте его! А-а-а!

Адам Эммануэль почувствовал, как чьи-то сильные руки схватили его за плечи и оттащили от желанной добычи, почти схваченной. Он рванулся — бесполезно, хватка была железной.

— Бейте его! — запищал полурослик.

Адам Эммануэль почувствовал, как его приподняли, а затем ствол дерева метнулся навстречу, и голова вампира загудела от удара. Изогнувшись, он вонзил клыки в своего врага. Острая боль пронзила его, и рот наполнился кровью. Его собственной. Враг был деревянный. Отчаянно завыв, Адам Эммануэль Блодринкер Третий рванулся изо всех сил в небо, и вырвался, наконец, из цепких лап врага, оставив в них значительную часть смокинга. Залетев на вершину ближайшей горы, вампир принялся отращивать сломанный клык, регенерировать ободранную кожу и обдумывать план мести. Смокинг восстановлению не подлежал.

В доме шамана царила суматоха. Шаман и кузнец вооружались для борьбы с нечистью. Шаман повесил на грудь связку чеснока. Одна из голов тотчас скусила одну чесночину и принялась жевать. Кузнец затачивал осиновый кол.

— Сейчас мы ему покажем! — орал Джеф Дуболом, — пусть только сунется! От этой драной летучей мыши только перья останутся!

— У летучих мышей нет перьев, — заметила голова огра, брезгливо смотря на свою жующую подругу.

— Значит ни хрена не останется! — еще громче заорал гном.

Хэммел Милл стоял около своей жены и гладил ее по деревянной голове.

— Он тебя обидел, этот вампир, да? Бедная моя! Плотник замазал сосновой смолой две дырочки, оставшиеся от укуса кровососа.

Вампир сидел на заснеженной вершине и злился. «Надо же, гомункулуса на меня натравили. Мерзавцы! Что же делать?» Внезапно его осенило.

— Есть! — закричал Адам Эммануэль. — Придумал! Я превращу эту деревянную бабищу в обычную! Они у меня еще попляшут!

Он выковырял застрявшую между зубами сосновую щепку.

— Ха-ха-ха, — мрачно захохотал вампир, — большего для обряда мне и не надо!

— Я тебя в обиду не дам. — Хэммел не обращал внимания на шум и гам, — я тебя все равно люблю, хоть ты и деревянная. Я тебя Варей буду звать, хорошо? Я люблю тебя, Варя! — и Хэммел поцеловал ее. Губы, вначале деревянные, вдруг стали мягкими и податливыми. Из груди Вари вырвался вздох, на щеках заиграл румянец. Волосы упали на плечи. Она оглянулась по сторонам.

— О, Хэммел, тут куча народу, а я почти раздета!

— Чудо! — плотник сел на пол и захлопал глазами, — свершилось чудо! Она стала настоящей!

— Пошли домой, любимая! — вскочил Хэммел. Обняв ее за плечи, он открыл дверь.

— Что, не ждали? — гаркнул ему в лицо вампир. Подскочивший кузнец воткнул кол кровопийце в брюхо, а голова огра плюнула в вампира своей чесночной жвачкой.

— О ужас! — завопил Адам Эммануэль, набирая высоту, — осиновый кол, чеснок! Скорее в замок, смыть кислотой убийственную дрянь!

— Как мы его! А где Хэммел и Варя? — оглянулся Джеф с победной улыбкой.

— Не мешай им, — ответил полурослик, — они ушли. Она стала совсем, совсем как настоящая. Вот что значит сила любви!

— Да, — покачал головами огр, — теперь мы старину Хэммела не скоро увидим.

Хэммел Милл нахлобучил соломенную шляпу на голову и взялся за ручку двери. Хлопотавшая до это на кухне Варя вдруг оказалась перед ним, уперев руки в боки. Прищурив один глаз и наклонившись к нему, она подозрительно спросила:

— Ты куда это собрался, муженек?

— Да так, соберемся у Джефа с друзьями, выпьем…

— Что!? — невесть откуда взявшаяся сковородка обрушилась на голову Хэммела. Ноги его подкосились, перед глазами закружился хоровод маленьких звездочек. Начиналась легкая жизнь.

Корабль покачивался на волнах лазурного моря. Люки были открыты, легкий ветерок гулял по отсекам, очищая их от запахов сотен человеческих тел. Почти все пассажиры уже сошли на берег, с облегчением покинув звездолет, служивший им домом почти восемь месяцев; в главном салоне остались лишь двое парней, спешивших закончить партию в бридж, да пожилой мужчина с гривой седых волос. Он задумчиво глядел в иллюминатор и, казалось, чего-то ждал.

Когда пассажиры и толпа встречающих разошлись, металлический трап жалобно звякнул под тяжелыми шагами людей, уверенных в своей силе. В салон вошли четверо, огляделись и быстро окружили седого мужчину. Парни, игравшие в бридж, как-то незаметно оказались рядом.

— Добро пожаловать на Трою, сэр, — один из гостей резким жестом отдал честь. — Как прошел полет?

Седовласый встал, потянувшись так, словно он все восемь месяцев не покидал своего кресла.

— Не о чем вспоминать, — ответил коротко. — Идемте.

Семь человек направились к трапу. Седой мужчина шел неторопливо, слегка припадая на левую ногу, но в каждом его движении чувствовалась скрытая мощь. Сила окружала его невидимой аурой, плескалась в глазах.

Все молчали, пока не дошли до уродливой гусеничной машины с гербом внутренних войск на борту. Лишь внутри, закрыв дверцу и усевшись на мягкий кожаный диван, седовласый разорвал тишину:

— Докладывайте.

Ответил офицер в серо-зеленой форме, сидевший напротив.

— Дело плохо, сэр. Все подтверждается. Сегодня, вместе с вами на корабле прибыли эксперты ЭКОН-а. После первого же сеанса связи, Земля узнает о находке. Эти эксперты… — офицер покачал головой. — Сэр, мы сделали все, чтобы сюда прислали наших людей, но потерпели поражение. ЭКОН что-то подозревает.

Седой заложил ногу за ногу.

— Я познакомился с их сотрудниками в полете.

Офицер встрепенулся:

— Ваше мнение?

— Полагаю, Земле уже многое известно, — седовласый сцепил пальцы на колене. — Но подробностей там знать не могут. Визит экспертов — блеф, они должны отвлечь наше внимание от настоящей опасности. Следует бросить все силы на поиск тайных эмиссаров, которые попытаются войти в контакт с аборигенами за нашей спиной.

Офицер покачал головой.

— Сэр, мы полностью контролируем флот. Ни один корабль…

— Разве я сказал, что Земля пришлет эмиссаров? — мягко прервал седой. Напротив, я уверен: они используют агентов, уже находящихся на Трое. Их ментально проинструктируют, и мы не сумеем этому помешать.