Витус Вагнер - Дети пространства
Посмотрев запись Мара сказала:
— Ну понятно. В вашем возрасте девочки созревают немного быстрее, чем мальчики. По фигуре Эльзы уже видно, что она из девочки превращается в девушку. Поэтому её уже интересуют темы, которые тебе ещё кажутся безумно далёкими от тебя. Года через два догонишь.
— А сейчас мне что делать? Она не будет воспринимать меня как мелюзгу?
— А ничего особенного. В европейской культуре есть куча всяких ограничений и табу вокруг секса и любви, так что если парень не форсирует события, это скорее всего будет воспринято как плюс. Главное, не высмеивай то, что ей кажется серьёзным и важным.
Вообще, возьми что-ли наш учебник для подготовки к зачету на сексуальную взрослость, и почитай.
Пироги бабушки Тордис
Мара заглянула в комнату Кима. Названный брат сидел на диване в расстегнутом кителе и мучил гитару. Гитара была явно не его. Наверное, у Келли утащил.
Веселая любовь моя,
Зелёная и белая,
Где ж ты живешь, в каких краях,
Что ж без меня ты делаешь?
Кто там стоит в тени берез,
В том пиджачке вельветовом?
Чьи это клятвы произнес
Ветер хмельной под ветками?
Где-то вдали, совсем вдали,
Над проливными ивами
Ходят высокие корабли
В эту страну счастливую…[21]
Дослушав песню, Мара спросила:
— Что это ты за Лаурин репертуар взялся?
— Просто эта песня очень подходит к моему настроению.
— И в каких же она, собственно краях?
— Лиддел-виллидж, Соацерский округ, хандрамит Офир.
— Та-а-ак. Хватит тут предаваться сплину. Откладывай гитару и пошли к бабушке Тордис пироги с треской есть. Там будет обсуждаться вопрос доставки народа для Клавиуса с Марса. Так что имеешь шанс подсуетиться и слетать туда.
Гитара и хандра были моментально отставлены в сторону, форма приведена в порядок, и младшие представители семьи Лависко отправились в дом старшего поколения.
По сравнению с достаточно большим бревенчатым домом Лависко-второго с огромным адмиральским кабинетом, которым сейчас беззастенчиво пользовался Келли, и отдельной спальней для каждого из троих детей, домик ректора ВКА казался игрушечным. Был он выполнен в северонемецком стиле, с оштукатуренными щитовыми стенами и красной черепичной крышей, и в нём была всего одна комната и кухня-прихожая.
Работать Тадеуш Лависко предпочитал в здании Академии.
Стол, украшавший середину комнаты был раздвинут, вокруг него расставлен десяток стульев. Мара вспомнила, как в детстве её всегда интересовала, где же дедушка с бабушкой прячут две трети этих стульев, когда в доме нет застолья.
За столом сидели дедушка Тадек, бабушка Тордис, капитан Гонсалес, Келли и Джек Летайр. Вот уж кого Мара не ожидала здесь увидеть.
— О, а вот и молодежь! — приветствовал Мару и Кима дедушка.
Келли интересовало больше всего, где взять людей для работы в Клавиусе. У четверокурсников Академии было не слишком много времени — выпускные экзамены на носу. Младшие курсы тоже вроде не по делу от занятий отвлекать. Шварцвассер мог выделить ещё от силы трех-четырех студентов. У фонда Джулио Раскэ тоже с людьми подходящих профессий было тяжеловато. Брукман, который в присланном с Луны письме, собственно, и поставил вопрос о том, что в Клавиусе не хватает людей, предложил пригласить дипломников из экотехнического колледжа Соацеры.
Экотехники в проекте были нужны. И для восстановления Клавиуса, и для настройки экосистемы в изолированных куполах, которые предстоит построить. Но положение планет было исключительно неблагоприятным.
И тут Ким предложил отправить за марсианскими участниками проекта не пинассу, а корвет. Конкретно «Маринеско». Корвет, конечно, имеет меньший запас скорости, чем пинасса, но это скачковый корабль. А значит он оборудован противосолнечными щитами, позволяющим подойти к солнцу ближе миллиона километров. Что открывает ряд интересных перспектив. Опять же, разместить в пинассе человек десять народу, это они на головах друг у друга будут сидеть.
— А экипаж? — поинтересовался Келли.
— Много экипажа не надо. Мне же не воевать, вахта в плутонгах не нужна. Дайте одного третьекурсника старшим офицером и парочку второкурсников в БЧ-5.
— Чела, а почему ты так уверен, что на Марс полетишь ты? — спросил Кима дедушка.
Ким на секунду замялся.
— Потому что у него остался один экзамен, и этот экзамен — пилотирование крупных кораблей, — ответила за названного брата Мара. — Я вообще не понимаю, почему вы ходовые испытания «Орельяны» и «Дулиттла» не зачли за экзамен. Но уж полёт на Марс и обратно оверсаном точно можно зачесть.
— А кого ты порекомендуешь старшим офицером, — cпросил Келли.
— Диану Кэмпбелл, — ответила Мара. Почему-то у человека есть мечта побывать в кабаре «Красная пустыня».
Алые паруса
Однажды, проверяя после конца занятий почту, Труди Карпентер увидела письмо:
From: earth!lancer
To: mars!scret.edu!gtrcarp
Date: Mar 12, 2227 16:30 +0800
Subject: Ура!
Любимая!
Я поднимаю алые паруса на своём корвете и лечу к тебе.
Р.В.П. Офир Восточный 8117,0Мс, то есть по вашему календарю 33 Октября.
У тебя, кстати, есть возможность проработать со мной рядом пару месяцев.
В ваш колледж уже должна прийти заявка на шестерых дипломников на практику в Клавиус, Луна. Если у вас там конкурс, я могу попробовать тебе устроить именное приглашение.
Целую, Ким.Она немедленно отправилась выяснять насчёт заявки и через десять минут уже писала ответ:
From: Gertrude Carpenter <mars!scret.edu!gtrcarp>
To: earth!lancer
Date: Oct 23, 94 14:74
Subject: Re: Ура!
Жду с нетерпением!
Я уже заглянула в деканат и записалась в Клавиус.
Желающих что-то не видно. Ну поговорю ещё кое-с-кем.
> Я поднимаю алые паруса на своём корвете и лечу к тебе.
А корвет и алые паруса это романтическая аллегория?
Твоя ТрудиОтвета на это письмо Труди пришлось ждать куда дольше, чем требуется радиосигналу, чтобы дойти до Земли и обратно, даже через Лагранж-Вечер.
Но наконец он пришел:
From: marinesko-sol2!lancer
To: mars!scret.edu!gtrcarp
Date: 8116,2.840
Subject: Re: Ура!
Любимая, прости за задержку с ответом.
Пока не сдал вахту Диане, не было никакой возможности отвечать на личную почту.
>> Я поднимаю алые паруса на своём корвете и лечу к тебе.
> А корвет и алые паруса это романтическая аллегория?
Увы, корвет это полторы тысячи тонн клапанов, трубопроводов, кабелей, процессоров, и всякого прочего добра, вместе составляющего космический корабль. И нас на нём всего четверо.