Две стороны луны - Надежда Воронцова

Громкий стук в дверь заставил её вздрогнуть. Часы показывали три часа ночи. Сердце забилось испуганной птицей. После смерти приёмных родителей Алиса привыкла держать эмоции под контролем и сохранять холодную голову при любых обстоятельствах. Но за последние сутки она испытала всю гамму чувств — от недоумения и растерянности до отчаяния и страха.

«Когда же это кончится?» — с трудом поднявшись с кровати, она огляделась, подозревая, что соседи сверху опять устроили потоп, но в квартире было сухо.

Стук повторился. В нём было столько отчаяния, что Алисе захотелось, как в детстве, спрятаться под одеялом от вымышленных монстров. Однако интуиция подсказывала: человеку за дверью необходима помощь. А в том, что за дверью человек, она не сомневалась — монстрам двери не преграда. Мысль прозвучала пугающе отчётливо, словно она и впрямь верила в сказки.

Быстрым шагом подойдя к входной двери, она щёлкнула замком и резко распахнула её. Это была ошибка.

Человек, опиравшийся на створку, рухнул прямо на неё. Не ожидавшая удара Алиса на секунду потеряла равновесие, но инстинктивно подхватила падающую ношу. Присмотревшись, она ахнула:

— Ксюша! Боже мой, что случилось?

— Помоги… — окровавленные губы едва шевелились.

— Милая, подожди секундочку, — Алиса аккуратно попятилась в сторону гостиной. — Тебе срочно нужна больница.

— Нет. Никакой больницы. Ты сама врач.

Перед глазами Алисы вновь проплыло лицо погибшего пациента.

— Нет, я не могу… — девушка осознала весь масштаб своего ступора.

— Алиса, соберись! Я не прошу оперировать. Просто обработай раны и останови кровотечение, — в голосе подруги прозвучали ледяная сталь и злость.

Алиса вздрогнула: таким тоном Ксюша не разговаривала никогда. Её сутью всегда были мягкость и вежливость. «Ещё бы, обстоятельства требуют», — промелькнуло в голове.

Уложив подругу на кровать, Алиса принесла из ванной аптечку. Ксюша часто подшучивала над её домашним медицинским арсеналом, готовым оказывать помощь едва ли не на дому. И вот пригодилось.

Аккуратно срезав одежду, Алиса испуганно замерла: всё тело подруги было исполосовано тонкими порезами, похожими на следы звериных когтей.

— Ксюш, кто тебя так?

— Я не знаю, — на глаза подруги навернулись слёзы.

— Ты не видела? — Алиса тут же поняла всю глупость вопроса: как можно не заметить того, кто тебя рвёт на части?

— Видела… Я видела, — Ксюша наконец расплакалась, давая выход пережитому ужасу.

— Ну-ну, тише. Ты в безопасности, всё будет хорошо, — успокаивала её Алиса, в то время как руки работали на автопилоте: обезболивающее, промывание ран, наложение швов на самые глубокие.

Только к утру она закончила и обессиленно опустилась на диван. За окном занималось серое, холодное утро.

— Теперь ты можешь рассказать, что произошло? — Ксюша выглядела измождённой, снотворное уже начинало действовать. Вместо того чтобы обратиться в полицию, она пришла сюда — зашивать раны самой. Ей было жизненно необходимо проговорить случившееся, а ещё — избавиться от липкого страха, что преследователь вернётся и никакие двери его не остановят.

Ксюша посмотрела на подругу испуганным взглядом, но решимость Алисы не оставляла шансов на молчание.

— Ты мне не поверишь… — глаза снова наполнились слезами.

— Уж если я не поверю… — уверенно ободрила её Алиса.

— Хорошо. Только не сдавай меня сразу в психушку.

— Шутишь? По крайней мере, будем лежать вместе. Нас определят в соседние палаты или даже в одну.

Эта сквозная шутка заставила Ксюшу слабо улыбнуться.

— Ты знаешь, я сама себе не верю. Вчера вечером в больнице… — она запнулась. — Я не помню точно, когда именно, но когда я одевалась, в кармане пальто нашлась записка. Там было написано: «Жду встречи, твоя смерть. Сегодня». Я подумала, что это чей-то глупый розыгрыш. Но едва дочитала, как бумага вспыхнула. От испуга я уронила её, а она сгорела за доли секунды.

— Она могла быть пропитана специальным составом, — попыталась найти логическое объяснение Алиса, цепляясь за рациональность. Но кто мог так жестоко шутить над безобидной Ксюшей?

Та тяжело вздохнула и продолжила:

— А когда я пришла домой, мне показалось, будто там кто-то есть. Хотя квартира была заперта — я точно помню. Я выпила бокал вина, может, два — уже не помню, — и решила принять ванну. И тут отчётливо услышала шаги. Дура! Повела себя как героиня дешёвого ужастика. Вышла в коридор… и на меня кто-то напал. Я не видела лица, — глаза Ксюши расширились от возвращающегося кошмара. — То есть… это был мужчина, скорее всего, мужчина. Но лица я не разглядела. Только глаза — они горели огнём. Ты мне веришь?

Алиса кивнула, хотя верилось с трудом. Кто-то действительно нанёс подруге жуткие порезы; явно действовал психопат. А глаза… ну, померещилось в темноте.

— У него ничего не было в руках, — сдавленно шептала Ксюша. — Он наносил удары с невероятной скоростью. Я то теряла сознание, то приходила в себя, а он всё резал и резал. А потом я поняла: это не ножи. Это его ногти. Понимаешь, лезвия вместо ногтей! Дальше я отключилась окончательно. Очнулась — в квартире никого, кругом моя кровь. Я не знаю, что его спугнуло. Знаю только одно: мне было безумно страшно. Кое-как поднялась и поплелась к тебе. Хотела поймать такси, но испугалась, что водитель вызовет полицию.

— Ксюш, — Алиса старалась говорить ровно, хотя её саму колотила крупная дрожь, — ты же понимаешь, что это был обычный маньяк? Возможно, он подбросил записку, а потом преследовал тебя. Нам нужно в полицию, пусть ищут подонка.

— Нет-нет! — Ксюша яростно затрясла головой. — Это был не человек. От него веяло могильным холодом. И эти глаза...

— Тебе показалось на фоне стресса.

— А как же ты в больнице? — перебила Ксюша. — Ты же сама знаешь, что видела. Обе мы столкнулись с тем, чего не может быть.

Возразить было нечего. Дав подруге ещё одну дозу обезболивающего и снотворного, Алиса поцеловала её в лоб:

— Отдыхай. Обещаю, мы во всём разберёмся.

В это же время Олег Николаевич тоже не спал. Он сидел в новом кабинете, потягивая виски. Дверь бесшумно отворилась.

— Олег? — в проёме появилась Маргарита, новая заведующая хирургией.

— А ты ожидала увидеть кого-то другого? — мужчина улыбнулся.

— Я всё сделала, как вы просили.

— Проблемы были?

— Никаких. Всё точно по плану.

— И что ты думаешь? — Олег задумчиво покрутил стакан.

— О больнице