Инна Георгиева - Гибкий график катастроф

— Ну так что? — подняла она на меня глаза. — Ты согласна… ой! — подпрыгнула на кровати так, что я вздрогнула от неожиданности. — Твоя сумка на меня бросилась!

— Ха-ха! — мрачно ответила я. — В этой комнате броситься может только ковер. А сумка вибрирует. Там телефон. Дай ее сюда.

Поля брезгливо, двумя пальцами подняла за ремешок мой школьный рюкзак. Судя по лицу, в ее воображении моя «нокия» только что отрастила себе тентакли и готовилась завоевать мир.

— Твоя мама говорит правильно, — покачала она головой, — пора уже поменять эту дуру на что-то более вменяемое.

— Или вообще перейти на яблочные технологии, — кивнула я. — Говорят, айфон — это круто.

— Не советую, — пожала плечами Полина. — Вступить в секту всегда легче, чем выйти из нее.

Она открыла сумку и вытащила мою вибрирующую машинку. Смерила ее в руке:

— По-моему, легче было бы носить с собой таксофон, — а потом взглянула на экран. — Ух ты! Да это же один из твоих ухажеров.

Я со стоном уронила голову на подушку:

— Опять Владимир?

— Что значит «опять»?

— Он мне сегодня раз пять звонил. Честное слово, я начинаю сожалеть, что у меня нет лицензии на ношение и применение гладкоствольного оружия.

— И чего он хочет? — ухмыльнулась Полина. Ну да — ей было смешно.

Я вздохнула:

— Чтобы свидание прошло успешно, — и тоскливо добавила: — Но если он будет таким же настойчивым оставшиеся три дня, я до субботы покончу с собой.

— Ну так не бери трубку! — резонно предложила готесса. — Ему надоест, и он перестанет звонить.

— Даже не надейся! — хмыкнула я. — У этого мага терпения — бездна! В прошлый раз он трезвонил полтора часа, пока я не сдалась.

— Тогда выключи телефон.

— Не могу. Егор все еще набирает меня несколько раз в день. Видимо, боится, что во мне проснется дух Колумба и я поплыву в Индию.

Поля понимающе скривилась, вспомнив, как несколько месяцев назад я, никого не предупредив, осталась у нее ночевать. Именно тогда братишка вручил мне «нокию» с требованием постоянно быть на связи.

Мрачно вздохнув и, видимо, смирившись с несостоятельностью аргументов, готесса передала мне телефон и поудобнее устроилась на кровати. Приготовилась слушать. Я тоже приготовилась, потому что в общении с Владимиром нужна была железная выдержка. А мне она давалась непросто.

Но на этот раз не помогли ни мантра, ни упражнение «досчитай до десяти», потому что разговор пошел по совершенно неожиданному руслу.

— Ева, ты в курсе, что происходит на сапоге? — очень встревоженным голосом спросил Владимир.

Мое лицо вытянулось почти непроизвольно:

— Что, прости?

— На сапоге! — рявкнул парень, словно от громкости его голоса зависела степень моего понимания.

Я молча включила громкую связь и вопросительно посмотрела на Полину. Та изогнула бровь.

— Ты имеешь в виду Италию? — спросила, наклонившись к трубке. Ответом ей было гробовое молчание, а потом нервное:

— Кто здесь?!

— Полина, — призналась я. — Так что про сапог? Ты действительно говоришь об Италии?

— Да, — нехотя ответил Владимир, словно я случайно посвятила готессу в нашу общую тайну и ему было неприятно с этим мириться.

— И что же там не так?

— А ты телевизор когда в последний раз смотрела? Рим заливает, Неаполь покрылся льдом, Венеция уходит под воду…

— Допустим, с трагизмом ты немного перегнул, — перебила Полина его тираду. — Венеция тонет постоянно. Каждый год на несколько миллиметров — ученые давно это доказали. И в Неаполе снег не такое уж редкое явление.

— Да, но не все же сразу!

— Что я могу сказать? — криво усмехнулась подруга. — Не повезло итальянцам.

Владимир глухо чертыхнулся, видимо предварительно прикрыв трубку рукой.

— Ведьмы считают, что дело не в везении. Погодные аномалии происходят по всему миру, просто до Италии на них никто внимания не обращал. Здесь слишком жарко, там слишком холодно, где-то ураганы, где-то потопы…

— Блин, Вова! — фыркнула готесса. — Тебе партия зеленых платит, что ли? То, что грядет глобальное потепление, мы знаем.

— А то что вместе с погодой меняется магический фон? — вкрадчиво уточнил чародей, и Поля со звоном сомкнула челюсти.

— Может, просто показалось? — нахмурилась я.

Владимир вздохнул:

— Не знаю, но… наверное, такой вариант тоже нельзя исключать. Моя мать — та еще перестраховщица. Она паниковать начинает по поводу и без. А когда Мелисса Овада паникует, то устраивает извержение Везувия в миниатюре. И от него не спастись.

— Ясно, — кивнула Полина. — Мать покоя не дает. От нас-то ты чего хочешь?

— Конкретно от тебя — ничего! — грубо отрубил Владимир. — А Ева, возможно, захотела бы помочь мне с расследованием…

— Не захотела бы! — рыкнула в ответ готесса. — Нас итальянский полуостров интересует мало, а Мелисса Овада — твоя проблема, не наша.

— Прости, Владимир, — добавила я, чтобы как-то смягчить отповедь, — ну не хотелось мне ругаться с мамиными друзьями (какими бы «закадычными» они ни были). — Но Полина права. Меня все равно в Италию не отпустят, да и времени нет. И потом: моя мама входит в ведьмовской совет города. Если бы происходило что-то серьезное, она бы мне сообщила. Боюсь, на этот раз Мелисса действительно перегибает палку. Спокойной ночи.

Владимир ответил что-то протестующим тоном, но я уже не слушала. Нажав на красную кнопку, я подняла на готессу глаза.

— Мы ведь сейчас поступили правильно? — уточнила неуверенно.

Поля усмехнулась:

— Ева, ну какие у него аргументы? В Италии выпал снег. Зимой! Я в шоке, какая неожиданность!

— Но если Неаполь покрыт льдом, значит, температура держится ниже ноля уже довольно долго. А это действительно аномалия.

— Да, — кивнула подруга. — Но такое тоже бывает. Не очень часто — раз в сто лет, возможно, но бывает. Ничего магического там нет.

— А как же фон?

— Фон! — передразнила Полина. — Еще одна недоказанная гипотеза. Ты так сильно хочешь полететь в Италию с Владимиром, что цепляешься за то, что даже невозможно измерить?

— Нет, конечно!

— То-то и оно! — Подруга каверзно улыбнулась и с воодушевлением потерла ладони. — Но мы, конечно, устроим собственное расследование. Без Овада и ее надоедливого отпрыска. И отлично справимся своими силами. Особенно если я буду помогать.