Черный Маг Императора 27 - Александр Герда

* * *

Большой Кремлевский Дворец

Рабочий кабинет Императора

Голицын вошел в кабинет Романова в половине двенадцатого дня. Александр Николаевич стоял у окна сложив руки за спиной и смотрел, как капли дождя стекают по стеклу.

— Василий Юрьевич, вам нравятся весенние дожди? — спросил он Дракона после минутной паузы.

— Для меня они все одинаковые, Ваше Императорское Величество, — ответил глава тайной канцелярии. — Лично я больше люблю солнце.

— А я люблю… — задумчиво сказал Романов. — Особенно такие как этот, с грозами…

Постояв еще минуту, он отошел от окна и подошел к столу, на котором стоял пузатый фарфоровый кофейник, пара чашек и ваза со сладостями.

— Присаживайтесь, Василий Юрьевич, — сказал Император и кивнул Дракону на одно из кресел. — Кофе хотите?

— Благодарю, но нет, — ответил Голицын, затем уселся в кресло и положил перед собой гору бумаг, включая ту самую тетрадь алхимиков и блокнот смотрительницы, который доставил Нарышкин из Серпухова. — Я за ночь уже чашек семь выпил, теперь неделю спать не буду.

— Да вы и так спите редко, — махнул рукой Александр Николаевич, затем налил себе полную чашку и сел напротив. — Рассказывайте, что там у вас. Судя по тому, как зашумела Москва, что-то интересное.

— Весьма, — кивнул Дракон и начал говорить.

Доклад занял у Голицына около двадцати минут. Все это время Романов внимательно слушал и пил кофе. Ни разу не перебил и лишь однажды, когда глава тайной канцелярии рассказывал о приюте и Ереминой, его глаза немного сузились.

— Итого, по состоянию на это время, — закончил свой рассказ Василий Юрьевич, — лаборатория опечатана, задержано пока около двадцати человек. Обыски продолжаются, изъятой документации уже вагон, а кроме того, оборудование, эликсиры, компоненты…

Он сделал небольшую паузу и посмотрел на бумаги.

— Фамилии громкие, Ваше Императорское Величество, — продолжил он. — Сурмины это только цветочки, а далее начинаются ягодки… Задунайские, Хитровы, Черкасские…

Дракон вновь сделал паузу, а Император нахмурился и поставил чашку на подлокотник кресла.

— Черкасские, значит… — задумчиво повторил он самую известную фамилию из услышанных. — Это неприятно…

— Очень неприятно, Александр Николаевич, — согласился с ним Голицын. — Черкасские — это не просто древний род с большими деньгами, это еще много связей. Имперский совет, судебная коллегия… Разматывать все это будем долго, нудно и очень громко.

— Сколько нужно, столько и разматывайте, — сказал Император, допил свой кофе и поставил чашку на стол.

— Слушаюсь, Ваше Императорское Величество, — сказал Дракон. — Но это самое начало. Мы раскопали много чего интересного, за долгие годы. Часть информации зашифрована, так что моим людям потребуется время. Пока я даже еще не представляю себе, сколько всего интересного нароем, но предполагаю, что список будет большой.

— Насколько большой? — задумчиво погладил бороду Романов.

— Пока не берусь сказать, — нахмурился глава тайной канцелярии. — Скажу так… Когда я первый раз листал тетрадь, у меня несколько раз было желание ее закрыть и сделать вид, что я ее не видел.

— Понятно, — усмехнулся Император. — Тем интереснее вам будет работать, я так понимаю. Судя по звонкам, которыми меня одолевают с утра, вы уже работаете в полную силу?

— По всей Москве сейчас идут массовые аресты, Ваше Императорское Величество, — кивнул Голицын. — Учитывая, что сегодня воскресенье, дело идет намного легче. Люди дома, арестов и обысков никто не ждет… Работаем, Александр Николаевич.

— Что с приютом? — спросил Романов и налил себе еще кофе.

— В Серпухове работает несколько групп еще с ночи, — ответил Дракон. — Еремина доставлена в Москву, пока в шоке, но это ненадолго. Скоро начнет давать показания. У нас достаточно материала, чтобы ее молчание стало для нее невыгодным.

— Хорошо… А что дети в приюте? Их осмотрели?

— Всех до одного, — ответил Дракон. — В основном все в порядке, но есть пара подозрительных случаев. Ничего опасного, ими сейчас занимаются наши целители.

Романов вновь откинулся в кресле, помолчал, сделал пару глотков кофе и посмотрел на Голицына.

— Все это сделали Темников и Нарышкин? — спросил он.

— С привлечением материализованных призраков из их наемного отряда, — ответил Дракон и нахмурился, понимая, к чему этот вопрос задает ему Император.

— Пусть так, — сказал Романов. — Но это означает, что два молодых человека провернули дело, которое тайная канцелярия много лет не замечала. Верно? Нарышкин с Темниковым, конечно, подростки незаурядные, но сути дела это не меняет.

— Технически все так, Ваше Императорское Величество, — ответил Дракон, по виду которого было понятно, что ему неприятно это слышать. — Со стороны все выглядит так, как будто тайная канцелярия проспала дело государственной важности, и если бы не Темников с его призраками, то мы бы о нем не узнали.

— Честный ответ, — кивнул Император. — Хотите сказать что-то еще?

— Разве только то, что у меня в подчинении нет призраков, которые вытаскивают грязное белье из прошлого и ходят ко мне жаловаться, — сказал Василий Юрьевич. — Я уже все проверил. В свое время Крылова умерла тихо, без всяких подозрений. Таких смертей много, Ваше Императорское Величество, а мертвые, как правило молчат, поэтому сложно узнать причину их смерти.

— Как видите, не всегда молчат, — усмехнулся Александр Николаевич. — Есть такой парень, к которому они ходят за помощью. Как думаете, может быть, в перспективе создать вам еще один отдел в тайной канцелярии по работе с призраками? У меня даже есть на примете один молодой человек, который мог бы его возглавить.

— Да, Темников мне бы не помешал, — не стал спорить Дракон.

— Он бы никому не помешал, — рассмеялся Император и повисшее в кабинете напряжение мгновенно спало. — Пусть сначала доучится, в его случае это нужно еще суметь. Как и в случае его друга. Кстати, что с конспирацией? Я правильно понимаю, что участие Темникова и Нарышкина в этом деле строгая тайна?

— Именно так, и надеюсь, это так и останется какое-то время, — ответил Голицын. — Во всех разговорах, которые мы ведем с подозреваемыми, упоминается лишь термин «агентурные данные». Но сами понимаете…

— Что знают трое, то знает и свинья, — сказал Романов и посмотрел на Дракона. — Все понимаю, князь, но постарайтесь сделать так, чтобы все, от кого им может исходить угроза, поскорее оказались в ваших руках. Пусть через несколько недель дело уже будет судебным и источники станут не так важны.

— Разумеется, ваше Императорское Величество, — вновь кивнул Голицын, понимая, насколько сложная работа его ждет в ближайшее время.

В этот момент Романов поставил недопитую чашку с кофе на стол и поднялся, давая понять, что официальная часть разговора окончена.

— Тем не менее, — сказал он. — С парнями нужно что-то делать. Нельзя же просто