Там леший бродит - Игорь Николаевич Конычев
— Придется тебе сегодня на полатях поспать, — сообщил я ей. — За пареньком присмотр нужен. Сегодня тут ночевать останется.
Царевна кивнула и спросила:
— Он поправится?
Я потрогал лоб Антипки, померил пульс и еще раз осмотрел ссадины. Ничего серьезного. По крайней мере, теперь.
— Куда ж он денется-то, — я оставил мальчишку в покое и накрыл теплыми шкурами. — Уже завтра в себя придет и получит нагоняй от сестры. Кстати, — мой взгляд скользнул по комнате, — где она?
— Дык, ушла ж, — в комнату вернулся Кузьмич с веником и принялся подметать сор и шерсть, которые недавно принесла с собой незваная гостья. Стоило ему собрать небольшую кучку, как влетевшая следом Дуся врезалась в нее, разметала шерсть волколака по комнате и чуть не зарядила выпущенным из рук совком домовому в лоб.
Мне показалось, что совсем недавно я слышал шаги Варвары на крыльце.
— Так пусть вернется. Позови ее.
— Она совсем ушла, — пояснил Кузьмич, вновь принявшись сметать шерсть в одну кучку и отгонять веником жаждущую помочь ему кикимору.
— Что б тебя, Варя! — в сердца бросил я и направился к выходу. — Забава, — обернувшись в дверях произнес я. — Пригляди за Антипкой. Он вряд ли проснется до заката, но если что — объясни ему все и напои чем-нибудь теплым. Кузьмич подсобит.
— Сделаю, — метким броском веника домовой загнал кикимору за печку и кивнул мне.
— А ты скоро обернешься? — спросила Забава.
— Скоро.
Покинув дом, я шумно втянул носом свежий и чистый лесной воздух. Он мгновенно поведал мне о многом: неподалеку бродил молодой лось, стая волков перебиралась с севера чуть южнее, наверное, встревожились из-за запаха Варвары, большой старый уж под пнем рядом с моим домом не наелся дождевыми червями и поймал мышь. А ведь я говорил ей, что она добегается, если не перестанет таскать у меня сушеные грибы. Зря не послушала.
Листва зашелестела, радуясь тому, что скоро снова начнется дождь, а к вечеру распогодится. Ветер, словно решив подразнить деревья, сменил направление и принес с собой новые запахи. Теперь я почуял Варвару. Она стремительно отдалялась от моего жилища и двигалась на опушку леса, а там…
— Никак вы, вашу мать, не научитесь, — пробормотал я, ощущая людской дух, смешанный с запахом железа и пепла. Не хватило сельским дуракам камнями мальчишку закидать, решили найти и еще поглумиться. Идиоты, конечно, заслуживали наказания, но если Варвара доберется до них первой, то крови прольется куда больше.
Я мог бы шагнуть сквозь лес, но тогда рисковал потерять след волчицы. Возможно, следовало сначала поговорить с людьми, но я решил в первую очередь перехватить Варю — нечего селянам видеть, как мы вздорим, а то еще сильнее в себя поверят. Да и сама женщина может сменить курс и побежать к своей стае, чтобы все им рассказать. Тогда уж бойня станет практически неизбежной. Нет, первой надо перехватить Варвару. Это точно.
Обернувшись чеглоком — небольшим и юрким соколом — я полетел в нужном направлении. Варвара была одной из самых сильных волчиц в стае, так еще и могла принимать животное обличие в любое время суток. Лес мой она знала, как свои пять пальцев, и двигалась очень быстро. Догнать ее будет ой как непросто, а придется.
Стоило мне набрать скорость, как несколько стрижей испуганно шарахнулись в сторону. Они не разобрались, что перед ними не настоящая птица, которая не прочь ими закусить, и предпочли скрыться подобру-поздорову. Объяснять им все времени не было, поэтому я пронесся мимо стрижей, слыша за спиной их возмущенные трели.
Ловко маневрируя между деревьями, я несся к цели. У Варвары имелась фора, а мне то и дело приходилось менять форму на человеческую, чтобы сориентироваться и не потерять ее след. Один раз волчица почти смогла меня запутать, когда пересекала широкий ручей. К счастью, охотившаяся неподалеку выдра успела пожаловаться на возмутительницу своего спокойствия и указать сторону, в которую та побежала.
Благодаря этой подсказке мне и удалось настигнуть Варвару до того, как та добралась до людей. Я знал, что она не станет меня слушать, но все равно обогнал, обратился человеком и вскинул руку:
— Стой. Не пори горячку.
Большая черно-серая волчица и не подумала сбавлять хода. Она издала низкий хриплый рык и оскалилась, готовясь к прыжку. Я заметил это за миг до того, как сильное мускулистое тело оторвалось от земли и устремилось ко мне с бешеной скоростью. За миг до удара мне удалось сместиться в сторону. Варвара приземлилась на все четыре лапы и, не оборачиваясь, продолжила бег.
Пришлось снова играть в догонялки. Но в этот раз уже по другим правилам. Набрав скорость соколом, я обратился кабаном и врезался жестким боком в поджарый бок Варвары. Волчица споткнулась и кубарем полетела в заросли папоротника. Не успела она подняться, как я в облике огромного медведя навалился сверху и прижал ее к земле. Варя попыталась огрызнуться, но мои клыки у ее горла все же остудили пыл волчицы.
— Миловаться будем или сразу сожрешь? — дерзко спросила она, возвращая себе человеческое обличие.
Я поступил также, но выпускать запястье женщины из своих рук не спешил.
— Зависит от тебя. Дурить станешь?
— Сам-то как думаешь? — с вызовом спросила Варя.
Вздохнув, я все же выпустил ее и выпрямился, подав женщине руку. Но Варвара лишь презрительно фыркнула, ударила по моей ладони и демонстративно встала сама. Пару мгновений она размышляла, сможет ли удачно атаковать или сбежать, но потом благоразумно оставила эту затею и опустила плечи.
— Ты хоть сама понимаешь, какую глупость чуть не совершила? — спросил я ее.
— Они моего брата чуть не убили! — огрызнулась Варя.
— И ответят за это. Не сомневайся. Но сделаю я все сам. Ты возвращайся в мой дом и будь рядом с Антипкой.
Женщина вскинула соболиную бровь.
— А что, твоя невеста сама не справится? — ехидная улыбка волчицы обнажила ее ярко выраженные белые клыки.
— Тебе же сказано было — лечу я ее.
— Ага, — покачивая тугой косой, Варя обошла меня вокруг.
— Какое тебе вообще до этого дело?
Женщина стерла улыбку с лица и помрачнела.
— Никакого. Делай, что знаешь, но людям передай — еще хоть один волос с головы брата упадет, и мы всей стаей явимся, чтобы поквитаться. —