Лекарь из Пустоты. Книга 15 - Александр Майерс

Теперь осталось уничтожить всё, что уже внутри…

Лечебное плетение в ауре пациента снова дрогнуло, на сей раз сильнее. Жизненные показатели, судя по писку приборов за стеклом, резко упали.

Вот же хрень!

Мне приходилось работать с двумя аурами одновременно. В своей я удерживал проклятие, в чужой — заканчивал операцию, которую нельзя было остановить.

Дюваль что-то говорил. Я едва различал слова и не мог тратить силы на ответ.

Чувствуя, как в груди расползается холод, я вновь стабилизировал пациента. Протянул к нему связь от стоящего рядом накопителя и укрепил поддерживающее плетение.

Хорошо. Теперь у меня есть немного времени, чтобы разобраться с собой.

Ситуация дерьмовая. Придётся полностью убрать заражённый узел. Иначе Пустоту не снять, а держать её долго внутри своей ауры тоже нельзя. Если она вдруг вырвется из-под контроля, то уничтожит весь мой дар или попросту убьёт меня.

Я начал отделять погибающие ткани. Проклятие дёрнулось, будто почувствовало угрозу. По руке прошла болезненная судорога, а на лбу выступил холодный пот.

Я отрезал последнюю связь и сомкнул барьер Пустоты, обращая в ничто всё, что оставалось внутри. Добровольно отрезал часть своего дара…

Боль вспыхнула такая, что потемнело в глазах и воздух перестал поступать в лёгкие. Стиснув зубы, я усилием воли удержал себя в сознании. Но проклятие было уничтожено, пусть и дорогой ценой.

Осознав это, я тут же потерял контроль над одним из лечебных плетений. Лавр вздрогнул на столе, хотя находился под наркозом.

— Юрий! — снова раздался голос Фредерика, и я услышал, как он открыл дверь в операционную.

— Не входите!

— Я могу помочь!

— Поздно передавать вам операцию. Я справлюсь. Следите за показателями, — стальным тоном велел я.

Оставалось совсем немного. Закончить восстановление последней связи и снять временную поддержку. Только вот теперь я не мог нормально подать туда ману.

Восстановить собственный дар не получилось. Я попробовал проложить связь, но это закончилось новой ослепляющей вспышкой боли: прилегающие ткани уже потеряли устойчивость.

Для правильного восстановления требовалось время. А у Лавра его не было.

Я нашёл ближайший уцелевший канал и потянул от него новый поток к участку, который лишился подачи энергии.

Слишком длинная связь, под неправильным углом и через слой, который вообще не предназначался для такой нагрузки.

Плевать. Потом исправлю…

Я укрепил канал, пропустил ману и едва не согнулся пополам. Такое ощущение, что кто сжал все мои внутренности в кулаке. Зато заклинание восстановилось. Криво, и расход маны был сильно больше обычного, но всё-таки.

Мана поступала рывками. Один участок плетения получал слишком много, другой — недостаточно. Я скорректировал плетение прямо в процессе и восстановил-таки нужную связь в ауре Лавра.

Проверил проводимость. Укрепил стенки канала. Всё работает.

Снял поддержку с одного канала, затем со второго. Потоки выровнялись. Дар пациента остался цел и теперь должен был работать как надо.

Только тогда я разорвал контакт.

Лавр дышал.

— Показания? — хрипло спросил я.

— Устойчивые, в пределах нормы, — ответил Фредерик.

— Проверьте его ауру.

Дюваль почти моментально оказался возле стола, следом вошли медсёстры. Кто-то спросил, что со мной, но я даже не разобрал, кто.

— Всё в порядке. Вы справились, — доложил Дюваль.

— Хорошо, — ответил я и, покачиваясь, вышел из операционной.

Кто-то пытался меня поддержать, но я отмахнулся. До комнаты отдыха было совсем недалеко. Обычно я проходил это расстояние за несколько секунд. В этот раз мне потребовалось не меньше минуты.

Наконец, я добрался до кровати. Сил хватило только на то, чтобы лечь.

Дальше всё исчезло.

Российская империя, город Новосибирск, клиника на старых землях рода Серебровых

Проснулся я от жажды.

Несколько секунд лежал, не понимая, почему так тяжело поднять руку. Потом вспомнил, что случилось во время операции и резко сел.

— Юрий, как вы? — рядом тут же оказался Дюваль.

— Дайте воды, — просипел я.

Фредерик подал мне стакан и помог напиться. Откуда-то с другой стороны вдруг появилась Алиса Курбатова. Я с удивлением посмотрел на неё.

— Что ты здесь делаешь?

— Занимаюсь твоим восстановлением, — ответила она.

Я опустил взгляд на её круглый живот.

— Ты же беременна.

— Ну и что? Магии это не мешает. А я, вообще-то, лучший специалист по восстановлению в этой клинике, ты сам говорил.

— Ладно. Что скажешь? — спросил я, укладываясь обратно на подушку.

— У тебя… повреждение дара, — переглянувшись в Дювалем, ответила Алиса.

— И всё?

— А этого мало?

— С этим я справлюсь. В остальном всё нормально?

— Тебе бы отдохнуть пару дней, только вряд ли ты согласишься, — хмыкнула Алиса.

— Почему? Я очень даже за. Который час?

— Почти одиннадцать вечера. Вы проспали больше двенадцати часов, — ответил Фредерик.

— Всего-то?

Алиса закончила осмотр и ушла. Дюваль пообещал принести мне что-нибудь перекусить и тоже покинул палату, взяв с меня обещание не использовать магию.

Не успел он исчезнуть за дверью, как внутрь ворвались Дмитрий, Татьяна и Строговы в полном составе. За ними ковылял, опираясь на трость, барон Жилин.

Все наперебой спрашивали, как я себя чувствую, Татьяна плакала, Света схватила меня за руку и отказывалась отпускать. Приятно было знать, что родные так за меня переживают, хотя их беспокойство, как по мне, было чрезмерным.

С большим трудом я убедил их, что моей жизни ничего не угрожает, и попросил оставить одного. Как бы там ни было, я очень устал, а столь эмоциональное общение выматывало похлеще операции.

Как только они вышли, я тут же включил магическое зрение. Да, использовать дар при его повреждении — очень плохая идея. Но я прекрасно знаю себя и свои способности. А уж провести диагностику ауры лучше меня точно никто не сможет.

Правда, в этот раз я видел всё не так, как раньше. Дар явно ослаб, и пришлось напрячься, на что аура отреагировала тупой болью.

М-да… Обходная связь, которую я создал прямо во время операции, сохранилась. Если бы она разрушилась, последствия могли оказаться гораздо хуже.

Но работала она отвратительно.

Простейшее заклинание удалось сформировать со второй попытки. Я попробовал создать более сложное, но вместо ровной структуры получилась перекошенная дрянь.

Повреждённый узел участвовал именно в формировании заклинаний, а сделанная наспех перемычка заставляла ману преобразовываться с нарушениями. Простую магию я ещё мог поправлять по ходу. Сложные плетения такой корректировке не поддавались.

Вот дерьмо. Все мои операции на ближайшее время придётся перенести. Насколько я помню, срочных