Лекарь из Пустоты. Книга 15 - Александр Майерс

— Мест совсем не осталось? — спросил я.

— Найдём, если потребуется. Но если ты снова привезёшь целую группу гостей, придётся кого-то размещать в городе.

— Можно отдать им княжескую спальню. Хозяин всё равно почти ею не пользуется, — хихикнула Света.

— Прекрасная мысль. Поставим Юре кровать в лаборатории. Ему даже удобнее будет, — согласилась Татьяна.

Все засмеялись. Я тоже, хотя шутка неожиданно заставила меня задуматься.

Когда-то усадьба казалась просторной. Теперь здесь жило много людей, так или иначе связанных с родом. Я упустил момент, когда места перестало хватать.

И дело не только в спальнях. Нужны рабочие комнаты, места для встреч, столовые и хозяйственные помещения.

Может, пора подумать о более просторной усадьбе? Род быстро разрастался, и похоже, нам требовалось новое большое гнездо.

Но этот вопрос мог подождать. Хотя бы до окончания ближайшей операции.

Российская империя, город Новосибирск, клиника на старых землях рода Серебровых

Утром перед операцией я изучал результаты последнего обследования Лавра и заметил небольшое расхождение. Сравнил даты, увеличил на имитации нужный участок и вызвал лечащего целителя.

— После вечернего приёма эликсира что-нибудь менялось?

— Самочувствие улучшилось. Жалоб не было.

— Дар использовал?

— Судя по показаниям, нет. Мы несколько раз напоминали о запрете, — ответил лекарь.

Я снова посмотрел на проекцию. Одна из связей внутри поражённой области теперь передавала чуть больше энергии, чем на предыдущем обследовании. Разница небольшая. На общем состоянии почти не сказалась, но в расчётах её не было.

Причин могло быть несколько. Например, реакция на подготовительный курс или естественное развитие патологии.

Мы провели новое обследование, и расхождение осталось. Но переносить операцию из-за этого я не собирался. Признаков острого ухудшения не было. Надо было лишь держать в уме, что план вмешательства потребует корректировки по ходу действия. Впрочем, как и всегда.

Тем не менее я решил попросить Дюваля о помощи. Заодно мы могли проверить в действии пару новых артефактов от Громова. Фредерик должен был находиться за стеклом рядом с операционной и следить за показателями приборов.

Медсёстры вкатили Лавра в операционную, а затем вышли и заперли дверь.

— Готовы? — спросил я.

— Наверное, — неуверенно ответил пациент.

— Я введу вас в магический наркоз. Обычно при операции на даре этого не делают, но у вас особый случай. Боль будет слишком сильной.

— Хорошо. Заранее спасибо, ваша светлость.

— Поблагодарите, когда всё закончится, — сказал я.

Лавр кивнул. Когда он погрузился в наркоз, я сосредоточился и приступил к работе.

Сначала всё шло так, как я и рассчитывал. Закрепил поддержку, отделил участок вмешательства тонким слоем Пустоты и начал перестраивать подачу энергии. Изменённые каналы поддавались хуже, чем хотелось бы, но ничего неожиданного пока не происходило.

Дюваль время от времени сообщал показатели. Всё было в норме.

Постепенно я освободил два основных канала от лишней нагрузки, сделав несколько надрезов Пустотой и изменив форму каналов. Дар оставался неактивным. При этом часть его связей уже была разобрана, и устойчивость всей области обеспечивало постоянное плетение.

Я добрался до участка, который утром вызвал вопросы.

Вблизи он выглядел изменённым сильнее, чем соседние. Однако границы поражения соответствовали прежним записям.

Я осторожно восстановил первую связь. Пропустил через неё немного целительской маны, проверяя проводимость. Затем увеличил подачу.

Как только я это сделал, внутри поражённой области что-то изменилось. Несколько прежде неподвижных связей быстро замкнулись, и по ним прошёл чужеродный импульс.

— Юрий! Здесь тёмная магия! У него внутри проклятие! — выкрикнул Фредерик за стеклом.

Я уже и сам это увидел.

Внутри больного участка разворачивалось плетение, которого секунду назад не существовало. Оно использовало восстановленную мной связь и моментально уцепилось за связь между мной и пациентом.

Вот же хрень…

Я попытался ограничить подачу маны, но воздействие только усилилось. В мои пальцы словно вонзились раскалённые иглы, и я ощутил, как проклятие стремительно проникает в мою собственную ауру.

— Разрывайте связь! Юрий!— Дюваль хлопнул ладонью по стеклу.

— Не могу. Он умрёт, — процедил я.

Отступить на этом этапе было некуда. Я уже изменил распределение энергии, но ещё не закрепил новый порядок. Если сейчас убрать мои плетения, то сначала разрушится дар, а за ним посыплются прилегающие слои.

Пациент этого не переживёт.

Вернуть всё назад тоже не получится, по крайней мере, быстро. Нужно восстановить прежние соединения, снять нагрузку, вывести ауру из зависимого состояния… Я мог бы сделать это при обычном осложнении. Но проклятие не собиралось ждать.

Я поставил заслон Пустоты на её пути. На мгновение жжение ослабло, затем вернулось, уже выше запястья. Проклятие было уже внутри меня, и быстро распространилось по мельчайшим энергетическим капиллярам.

Кто-то подготовил его специально против меня. Спрятал внутри настоящей болезни и заставил сработать именно тогда, когда я не могу безопасно прекратить операцию.

По спине пробежал холод. Да, я могу оборвать контакт. Получу повреждения ауры, но останусь жив. А пациент погибнет.

Я взглянул на его лицо. Вряд ли он знал. Это был отчаявшийся человек, которого кто-то превратил в оружие против меня.

Времени на поиски безопасного решения почти не осталось.

Либо я спасу себя, либо продолжу операцию и позволю проклятию добраться до моего собственного дара…

Российская империя, город Новосибирск, клиника на старых землях рода Серебровых

Я стиснул зубы и выпустил Пустоту. Отвёл целительский поток в сторону, а уцепившееся за него чужое плетение уничтожил.

Направил Пустоту по её следу и обратил в ничто основу проклятия, спрятанную внутри ауры Лавра. Теперь-то я хорошо видел, откуда пошла тёмная сила.

Но та часть проклятия, что проникла в меня, уже добралась до дара. Я ощутил это всем существом, а в следующий миг моё заклинание дрогнуло, и по ауре пациента пробежало колебание.

— Юрий, что происходит⁈ Тебе помочь? — раздался голос Дюваля.

— Не входи! — прокричал я.

Как знать, на что способно это проклятие. Вдруг оно от меня может перекинуться на Фредерика, а я не хотел, чтобы магистр пострадал. Да и вряд ли он сможет мне помочь.

Проклятие разрушало один из узлов моего дара. Не самый крупный, но через него проходило распределение маны для нескольких целительских связей.

Я стабилизировал целительское плетение, а затем поставил вокруг своего поражённого узла барьер Пустоты. Это не дало тёмной магии расползаться дальше, но при этом