Я - Товарищ Сталин 16 - Андрей Цуцаев

Бертольд кивнул:

— Пусть думают. Пока британцы смотрят туда, мы подготовим настоящий. Через неделю-другую отправим его другим путём — может, на север или через другие перевалы. Люди для настоящего каравана ждут?

— Ждут. Семеро погонщиков и проводник. Задаток держит их. Я сказал, что скоро поступит сигнал.

Они поговорили ещё о мелочах: о корме для животных, о запасах еды. Бертольд передал Хабибулле деньги на дополнительные расходы. Потом разошлись разными путями.

Ложный караван тем временем дошёл до точки, где дорога раздваивалась. Один путь вёл прямо к Хайберскому проходу, другой — в сторону более спокойных троп. Погонщики выбрали второй, чтобы не рисковать лишний раз. Они продали ещё часть товара — сушёные фрукты и рис — и купили обратно лепёшек и фиников. Рахим сказал остальным:

— Абдулла-джан будет доволен. Мы сделали вид, что идём далеко. Теперь можно возвращаться.

На двенадцатый день они повернули обратно. Обратный путь шёл быстрее — животные были легче, дорога знакомая. По пути они опять останавливались в тех же кишлаках и чайханах, рассказывали, что торговля прошла удачно, но основной груз оставили дальше. Слухи теперь говорили, что караван Абдуллы-джана успешно прошёл к границе и вернулся с прибылью.

К концу июня ложный караван вернулся в окрестности Кабула. Погонщики привели животных в загон к Мирзе, получили остаток платы от Хабибуллы. Бертольд встретился с ними в саду, выслушал отчёт.

— Всё прошло тихо, — сказал Рахим. — Люди видели нас, спрашивали. Мы говорили, как велели.

Бертольд поблагодарил и отпустил их.

Теперь можно было готовить настоящий караван. Оружие оставалось в тайнике, погонщики из Панджшера и других мест ждали сигнала. Слухи о ложном караване отвлекли внимание. Британские посты, если и усилились, теперь смотрели не в ту сторону.

Вечером Бертольд сидел в задней комнате у Мирзы. Он достал блокнот из-под половицы и записал зашифрованными знаками: «Ложный караван ушёл и вернулся. Слух распространён. Британцы должны были заметить. Настоящий караван готовим к выходу через десять дней. Путь на северо-восток, через другие тропы. Проверить ещё раз склад с оружием».

Он спрятал блокнот, лёг на циновку. За окном слышались звуки ночного города — далёкие голоса, лай собак, шелест листьев. Жара спала, но воздух оставался тёплым. Завтра снова нужно будет выйти на базар, послушать, что говорят теперь. Главное — чтобы настоящий караван ушёл без лишних глаз.

На следующий день Бертольд пошёл к складу у старого караван-сарая. Двое охранников встретили его кивком. Он проверил ящики под мешками с хлопком: винтовки Lee-Enfield лежали в масле, патроны в деревянных коробках, гранаты завёрнуты отдельно. Всё было в порядке. Он добавил ещё несколько мешков с сушёными фруктами сверху, чтобы груз выглядел обычным.

Хабибулла привёл проводника — старика из Шер-Гали. Старик сидел в саду, жевал яблоко.

— Тропа через северные перевалы сейчас спокойнее, — сказал он. — Знаю места, где патрулей мало. Можно обойти посты.

Бертольд кивнул:

— Хорошо. Ты пойдёшь с нами. Плата как договорились.

Они обсудили маршрут: не прямо на юго-восток, а сначала на север, потом поворот через горы в сторону, где британцы меньше их ждут. Ложный караван сделал своё дело — отвлёк внимание.

Дни в Кабуле шли своим чередом. Базар шумел, торговцы зазывали покупателей, абрикосы лежали жёлтыми кучами. Бертольд покупал финики, останавливался у прилавков, прислушивался. Теперь говорили меньше о немцах и больше о караванах, которые успешно прошли к границе. Слух работал.

Он встретился с Хабибуллой ещё раз. Семеро погонщиков были готовы. Животные в загоне у Мирзы набирали силы. Корм запасли в достатке.

— Через неделю выходим, — сказал Бертольд. — Ночью, чтобы никто не видел. Вьюки соберём заранее. Оружие загрузим в середину.

Хабибулла согласился. Он проверил людей ещё раз: все молчаливые, из разных мест, знают горы.

Бертольд вернулся домой к вечеру. Во дворе Мирза чистил корыта. Животные жевали сено. Бертольд помог насыпать овёс, потом прошёл в комнату. Он подумал о ложном караване — тот сделал ровно то, что нужно. Теперь настоящий мог уйти тихо.

Ночь опустилась на Кабул. Звёзды висели над холмами. Бертольд лёг и закрыл глаза. Завтра начнётся последняя подготовка. Караван с настоящим грузом должен достичь цели без помех. Главное — не ошибиться в последний момент.

* * *

Через несколько дней после возвращения ложного каравана в Кабул всё было готово. Ночь выдалась безлунной, небо затянуло тонкой дымкой, и только редкие звёзды пробивались сквозь неё. Бертольд и Хабибулла собрали людей у загона за старым караван-сараем. Семеро погонщиков из разных кишлаков — крепкие мужчины в тёмных рубахах и чалмах — молча навьючивали животных. Восемь мулов и шесть ослов стояли спокойно. Ящики с винтовками Lee-Enfield уложили в середину вьюков, сверху прикрыли мешками с сушёными фруктами, рисом и хлопком. Гранаты завернули в старые одеяла и распределили равномерно.

Они вышли за час до рассвета. Караван двинулся не по главной дороге на Джелалабад, а узкой тропой на северо-восток, вдоль русла мелкой речки, что текла между глиняных дувалов и садов. Бертольд шёл впереди, рядом с проводником-стариком из Шер-Гали. Хабибулла замыкал колонну. Погонщики вели животных в поводу, стараясь держаться возле деревьев и холмов. Никто не говорил громко. Вдали мелькали огни Кабула, горели редкие фонари в чайханах, но караван обходил их стороной, петляя между заброшенными полями.

Первый день пути прошёл в тишине. Солнце поднялось над холмами, но они уже углубились в предгорья. Тропа вела вверх, между каменистыми склонами, поросшими редким кустарником. Мулы шли ровным шагом, ослы иногда останавливались у мелких ручьёв, чтобы напиться. Погонщики менялись у вьюков, проверяли, не ослабла ли верёвка. В полдень сделали короткий привал в узкой лощине. Ели лепёшки и финики, запивали водой из бурдюков. Никто не разводил огонь. К вечеру добрались до небольшого кишлака, но обошли его по верхней тропе, не спускаясь вниз. Заночевали в расщелине между камнями, выставив нескольких дозорных, которые сменяли друг друга.

На второй день тропа стала круче. Они поднимались по склону, где воздух делался свежее, а солнце жгло сильнее. Хабибулла шёл рядом с Бертольдом и тихо объяснял: дальше будет перевал, где патрулей почти не бывает, потому что тропа ведёт в сторону, куда британцы редко смотрят. Погонщики вели животных осторожно, помогая им на крутых участках. Один мул поскользнулся на осыпи, но его удержали за верёвки. К обеду небо затянуло облаками, и пошёл мелкий дождь — редкость в это время года. Вода стекала по камням, но караван не останавливался. Они шли до сумерек, пока не нашли ровную площадку