Архитектор душ XIII. Последнее дело Громова. Часть 2 - Александр Вольт

Cотканная из камня и жидкого огня громадная голова откинулась назад. Между каменными челюстями, лишенными зубов, натянулись толстые нити остывающей лавы, которые тут же с шипением лопались, выбрасывая снопы искр. Монстр издал звук, похожий на скрежет сталкивающихся тектонических плит, и рванул прямо на нас, широко распахнув свою раскаленную пасть.

— Держитесь! — рявкнул Даграль.

Дварф перехватил секиру двумя руками и с размаху, не жалея сил, ударил обухом по невидимому полу платформы.

Грохот удара совпал с резким, совершенно неконтролируемым рывком. Площадку под нашими ногами резко швырнуло в сторону, от чего невидимая плоскость накренилась под диким углом, уходя из-под падающей челюсти голема.

Огромная каменная морда пронеслась в метре от нас, обдав жаром, опаляя волосы на руках и выжигая и без того скудный кислород в воздухе.

Гравитация мгновенно заявила свои права на наши тела от такого виража, и мы посыпались на пол.

Выложенные по периметру для обозначения краев камни горохом посыпались в пропасть, булькая и растворяясь в лаве. Я упал на бок, больно ударившись бедром, и покатился к краю, отчаянно цепляясь пальцами за поверхность, на которой не было ни единого выступа, но сумел чудом удержаться.

Шая, находившаяся ближе всех к краю, не удержала равновесия и поскользнулась. Она попыталась сгруппироваться, выбросила руки вперед, но пальцы не нашли за что ухватиться. Ее тело рухнуло на платформу, и она тут же стала съезжать по гладкой поверхности.

Адреналин мгновенно вспрыснулся в кровь конской дозой, блокируя страх и болевые рецепторы. Такова была реакция моего организма: в ситуации, когда возникает три фундаментальных позиции «бей», «замри», «беги», у меня чаще вырабатывалось «бей», то есть в данной ситуации действуй.

Я полулежа рванулся вперед, бросая свое тело наперерез ее падению. Грудная клетка с силой ударилась о край платформы, выбивая воздух из легких. Я выбросил правую руку вниз, в пустоту, навстречу обжигающему потоку воздуха, поднимающемуся от лавового озера.

Пальцы сомкнулись на ее запястье в тот момент, когда Шая уже находилась в свободном падении.

Рывок был чудовищным. Плечевой сустав хрустнул, боль тут же прострелила от шеи до лопатки, что аж потемнело в глазах. Инерция ее тела едва не стащила меня следом. Да и стащила бы, если бы меня не ухватил один из бойцов за ноги, которого держал другой боец одной рукой, второй держась за край платформы, что был выше. Верхняя часть моего туловища свесилась за невидимый край.

Внизу, на глубине трехсот метров, кипел жидкий огонь. Жар снизу бил, как из открытой доменной печи, обдавая лицо настолько высокой температурой, что глаза, белки глаз пересыхали мгновенно, как только быстро не моргай.

Шая висела подо мной, раскачиваясь маятником. Ее пальцы мертвой хваткой впились в рукав, глаза были широко распахнуты, а зрачки сузились в точки.

— Держу! — прохрипел я, стискивая зубы, ощущая, как крошится эмаль.

Мышцы спины и плеча горели огнем. Схватившись левой рукой за невидимый край платформы, чтобы хоть как-нибудь зафиксировать свое положение, я начал с силой тянуть Шаю к себе.

Даграль не прекращал стучать, увиливая от бесконечных атак монстра, но платформа постоянно оставалась в накрененном положении. Как дварфу удавалось стоять на ногах — я не понимал. Да и особо некогда мне было.

Как только наше невидимый ковер-самолет изменил положение на несколько градусов в удобоваримую для нас сторону, бойцы бросились ко мне, упали на колени и перехватили Шаю за лямки тактической разгрузки, рывком втаскивая эльфийку обратно на безопасную плоскость.

Она рухнула на спину, тяжело дыша, а я отполз от края и привалился рядом, разминая ноющую затекшую руку.

Платформу продолжало болтать. Даграль стоял на расставленных ногах, отчаянно колотя древком по полу, задавая рваный ритм, чтобы удержать нас в воздухе и уйти от новых атак.

— Да поправь ее уже, дед! — выкрикнул один из бойцов, пытаясь прицелиться из автомата, лежа на животе.

Даграль, красный от натуги и жары, оторвал взгляд от пола и вперил его в оперативника.

— Думаешь, это так просто⁈ Встань и сам попробуй! — огрызнулся дварф, едва балансируя, чтобы не улететь в пропасть при очередном вираже.

БУМ. БУМ. ТУК-ТУК.

Платформа наконец выровнялась, прекратив крениться, но начала двигаться короткими, дергаными рывками, кружа над кальдерой.

Лавовый змей, промахнувшись при очередной атаке, изогнул массивное тело и развернулся к нам. Порода на его шее раскалилась добела. Он откинул голову и изрыгнул широкую струю жидкой магмы, направляя ее прямо на нас.

— Уходи вправо! — крикнул я Дагралю.

Стук древка. Рывок. Огненный плевок пролетел в считанных метрах слева, с шипением обдав нас волной испепеляющего жара.

— Огонь! — скомандовал командир группы.

Гул выстрелов заполнил пространство, резонируя и отражаясь от неровных стен. Трассеры яркими нитями потянулись к каменной морде голема, высекая искры.

От плит, образующих тело змея, полетела пыль и мелкая крошка. Пули рикошетили, оставляя лишь неглубокие царапины на породе. Если бы голем мог рассмеяться, то, уверяю вас, именно это он бы и сделал.

Комариные укусы, вот что это было для лавового змея, не иначе.

Монстр снова замахнулся для броска, пытаясь раздавить нашу платформу своим весом.

Я поднялся на одно колено, выставил руку вперед и сконцентрировался. Психея откликнулась мгновенно. Я сформировал с десяток мелких, уплотненных сгустков энергии и отправил их в цель, подобно очереди из пулемета.

Сгустки врезались в морду змея. В отличие от свинца, магия душ прошила камень насквозь, образовав сквозные отверстия.

Но результат оказался нулевым. Лава, текущая внутри голема, просто перетекла, заполняя пробитые бреши, и камень моментально сросся, скрывая следы моих ударов. Змею было ни холодно, ни жарко.

Он ударил головой сверху вниз.

Даграль снова ударил в пол. Платформа ушла из-под удара, каменная челюсть сомкнулась на пустом месте, раздавив воздух.

Я прикрыл глаза и переключил восприятие на магический спектр. Цвета каверныстали монохромными, озеро лавы стало ярко-серым, почти белым. А вот гигантское тело змея горело яркими пятнами.

Сквозь серую каменную скорлупу я увидел узловые центры его структуры. Десяток ярких шаров концентрированной энергии располагались вдоль его шеи и туловища. Они были спрятаны глубоко под броней, и камень в этих местах был значительно толще и плотнее, чем на остальных участках тела.

Так вот где ты прячешь свои слабые места, скотина.

Вернувшись в обычное зрение, я свел ладони вместе и зачерпнул