Джейн Фэйзер - Королевские игры

- Весьма польщен, мистрис Уолсингем.

Немногословный джентльмен склонился над рукой Розамунды. Выглядел новый знакомый так, как должен выглядеть высокопоставленный сановник. Да и возраст уже наверняка перевалил за тридцать. Почти старик, хотя, если не считать торжественного выражения лица, особенно дряхлым он не выглядел.

- Рад тебя видеть, Розамунда.

Сэр Фрэнсис приветствовал кузину с обычным бесстрастием, а в ответ получил обычный скромный поклон.

- Пора к столу. - Леди Уолсингем направилась к двери. - Розамунда, я приготовила тебе место возле сэра Роджера. Мастер Уотсон, вы сядете рядом с леди Сидни.

Общество устроилось за длинным, покрытым белоснежной скатертью столом, и слуги начали выносить блюда. Пир обещал быть весьма щедрым - Розамунда не помнила, чтобы так угощали, когда она жила в доме. Оставалось лишь гадать, чье присутствие вызвало появление жареного лебедя и молодого барашка в сопровождении тушенных в миндальном молоке овощей, соуса из креветок, аспарагуса и грибов в масле. Вино лилось рекой, так что Киту Марло здесь бы непременно стало весело. Наверное, даже слишком весело для этой компании. На ум пришли слова одной из его лихих песенок, и Розамунда невольно улыбнулась.

- Что-то позабавило вас, мистрис Уолсингем?

Она повернулась к соседу:

- О, всего лишь воспоминание, сэр Роджер. Пришли на ум слова одной забавной песни.

- Прошу, поделитесь.

Щеки Розамунды слегка зарделись, и она поспешно отказалась:

- К сожалению, недостаточно хорошо их знаю.

- Боюсь, лукавите, мистрис.

Джентльмен сдержанно улыбнулся. Улыбка осветила его серьезное лицо, и Розамунда осмелилась признаться:

- Если честно, сэр, слова эти не слишком вписываются в обстановку парадного обеда.

Широкие темные брови сэра Роджера удивленно поднялись:

- Неужели вы знакомы с обстановкой таверны?

- Что вы, сэр! - Розамунда постаралась изобразить негодование. - Просто иногда невозможно не слышать пение конюхов, особенно в деревне.

- Несомненно, - последовал лаконичный ответ, однако джентльмен снова улыбнулся и изящно сменил тему: - Насколько можно понять, вы состоите при дворе и даже служите королеве.

Розамунда кивнула, пытаясь поймать вилкой скользкий гриб.

- Пока все очень непривычно.

- И не очень нравится?

Сэр Роджер наклонился, чтобы отрезать кусок мяса. Положил порцию на тарелку дамы и лишь потом позаботился о себе.

- Иногда очень нравится, сэр. - Ограничившись коротким ответом, Розамунда отправила в рот кусочек мяса, неторопливо разжевала и проглотила. - А какое впечатление оставило пребывание в Нидерландах, сэр Роджер? Вы ведь там были вместе с сэром Филиппом Сидни?

Собеседник с готовностью подхватил новую тему:

- Испанцев необходимо как можно быстрее изгнать из страны; их жестокий порядок невыносим. Инквизиция наводнила и города, и деревни. - Его негромкий голос зазвучал убежденно, даже страстно. - Мы просто обязаны одержать победу и спасти людей.

- И что еще важнее, не позволить испанцам обосноваться у наших берегов. Организовать нападение из Нидерландов значительно легче, чем из самой Испании, - уточнила молодая леди.

Работа в качестве личного секретаря королевы не прошла даром. Члены государственного совета часто обсуждали назревавшую в Нидерландах испанскую угрозу, а острая память сохранила все документы и разговоры.

- Это, несомненно, первоочередная задача. Но, на мой взгляд, миссия освобождения жителей от агрессии значительно важнее.

- Вы уже успели увидеть при дворе какие-нибудь пьесы, мистрис Уолсингем?

Сидевший напротив Томас Уотсон склонился и нацелил острие ножа в жареного лебедя.

Розамунда обрадовалась новому повороту беседы.

- Пока еще нет, мастер Уотсон. На прошлой неделе в Гринвиче выступала труппа графа Лестера, однако побывать на представлении мне не удалось.

- Любите театр, мистрис Уолсингем?

Лорд Эскью тут же включился в разговор.

Розамунда посмотрела на соседа сияющими глазами.

- Больше всего на свете, сэр Роджер. Если бы могла, не пропустила бы ни одного спектакля.

- Да, в деревне странствующие актеры вносят в жизнь приятное разнообразие. Расскажите же, чем вас привлекает лицедейство.

Повторять приглашение не потребовалось. Розамунда принялась увлеченно говорить о тех пьесах, которые удалось увидеть, о магии слов, о фехтовании и смешных трюках, о непредсказуемом богатстве сюжетов. Лишь замолчав, обратила внимание на изумленные взгляды присутствующих и поняла, что выдала себя с головой. Подобную осведомленность мог проявить только тот, кто не единожды побывал в самом настоящем городском театре.

Она смущенно уставилась на стол. О предосудительных экскурсиях знали сэр Фрэнсис, мастер Уотсон и брат, а вот открывать секреты дамам и новому знакомому не стоило.

- Вы обладаете на редкость богатым воображением, мистрис Уолсингем, - пришла на помощь леди Сидни. - Мне тоже захотелось посетить спектакль. Как только актеры снова будут приглашены во дворец, ни за что не упущу возможности.

- Да, очень интересно, - согласилась леди Урсула, все еще озадаченно глядя на подопечную.

- Вы описали театральное представление в мельчайших подробностях, - с улыбкой заметил лорд Эскью, хотя в серых глазах застыло недоумение.

- Мистрис Уолсингем весьма искусно управляется с пером и бумагой, - сухо заметил сэр Фрэнсис. - Особенно удивляет ее умение по памяти рисовать портреты и сцены. Старший брат, в свою очередь, всей душой предан театру, так что скорее всего наша художница просто обогатила детские впечатления рассказами Томаса о любимых пьесах. Не так ли, Розамунда?

- Вы правы, сэр.

Розамунда подняла бокал, чтобы скрыть смущение, и заметила недовольный взгляд брата.

Кое- как удалось дотянуть до конца обеда; к счастью, обошлось без новых непростительных промахов. В целях безопасности Розамунда старалась говорить как можно меньше, а на вопросы отвечала односложно, и сосед постепенно переключил внимание на других.

Наконец леди Уолсингем встала из-за стола:

- Джентльмены, конечно, хотят поговорить о делах, так что не будем мешать. Фрэнсис, Розамунда, пойдемте в маленькую гостиную.

Дамы покинули столовую, и хозяйка направилась в свои уютные апартаменты. Розы в широких вазах источали тончайший аромат, а в открытые окна из сада дул свежий вечерний ветерок. Урсула опустилась в любимое кресло и взяла пяльцы. Дочь устроилась рядом и тоже занялась рукоделием.

- Розамунда, дорогая, если хочешь рисовать, то все необходимое, как обычно, найдешь на столе. Знаю, что вышивание тебя не очень увлекает.