Джейн Фэйзер - Королевские игры

- Пять испорченных монет. Воры, разбойники! - В этот момент в комнату вошел Кристофер со спутниками. - Ну, мастер Марло, сегодня есть претензии к стихам?

В вопросе прозвучал открытый вызов.

Кит понимал, что хозяин театра не в духе, а потому лишь добродушно усмехнулся:

- Так, по мелочи. Обсуждать не стоит. Зато я привел гостей. Уила Крейтона вы уже знаете, а вот молодого Пипа, наверное, видите впервые.

Он легонько подтолкнул Розамунду в спину.

- Очередной мальчик, Марло? - Нед Аллен снял парик и бережно повесил на подставку. - А я-то думал, что тебе и дома забав хватает; на охоту можно не выходить.

- На сей раз заявляю о полной невиновности. - Кит по привычке оседлал стул. - Приятель Крейтон успел опередить.

Все с интересом посмотрели на пажа, а Уил собрался протестовать, но Розамунда твердо решила играть роль: одернула камзол, залихватски надвинула на лоб шляпу и приняла картинную позу.

Острый взгляд актеров тотчас распознал в задиристом юнце обычно скромную и тихую сестренку Томаса Уолсингема. По комнате прокатился жизнерадостный смех.

Уил успокоился и оставил возражения при себе. Если Розамунде угодно участвовать в этой игре, то почему бы не включиться? Сняв шляпу, он галантно поклонился.

- Если джентльмены примут в компанию пару молодых любовников, то мы готовы ответить кувшином бургундского.

- Отлично сказано, приятель. - Кристофер хлопнул Уила по плечу. - Вперед, джентльмены! Продолжим вечер в «Белой лошади», а Пип устроится в уголке и нарисует нам сцены из спектакля. Хочу предложить кое-какие новые решения, а по наброскам это сделать легче.

Тот вечер Розамунда запомнила плохо. В какой-то момент Уил и Бербидж погрузились в серьезный разговор. Хотелось верить, что речь шла о пьесе мастера Крейтона и что хозяин театра принял произведение благосклонно. Во всяком случае, расстроенным Уил не выглядел. Поговорить наедине, конечно, не удалось: компания веселилась, а потом дружно высыпала на улицу. Нетрезвые, но добродушно настроенные актеры смеялись, толкались, перекидывались поэтическими строчками, а Кит гарцевал по улице, словно молодой жеребец, и, размахивая шляпой, распевал одну фривольную песню задругой.

На первом же перекрестке Уил потянул влево, а все остальные, словно зачарованные крысы за Крысоловом, пошли направо вслед за Кристофером.

- Нам сюда. Надо забрать лошадь из платной конюшни.

Слова прозвучали невнятно, и Розамунда засмеялась.

- Кажется, ты хватил лишку.

- Возможно. Но и ты, дорогой Пип, не совсем трезв. - Он схватил покачнувшуюся спутницу за руку. - Пойдем, пора вернуть тебя во дворец.

Мысль показалась разумной, и Розамунда крепко ухватилась за надежную руку. Нетвердой походкой пара зашагала по переулку, причем Уил никак не мог вспомнить, где именно оставил коня.

- Кажется, сюда… нет, сюда… о, ради Бога! - Он в отчаянии прислонился к стене и закрыл глаза. - Не помню, ничего не помню!

Розамунда прищурилась в надежде, что так голова будет работать лучше. Стояла полная темнота, даже луна и звезды спрятались за тучами. Несмотря на похмелье, она прекрасно понимала, что улицы ночного Лондона - не лучшее место для подвыпившей состоятельной парочки.

- Сюда. - Она решительно показала направо. И действительно, вскоре в конце улицы удалось рассмотреть башенки театра «Занавес». - Конюшня недалеко от театра.

Уил крепко схватил ее за руку и повел. Неожиданно за спиной раздались шаги. Свободной рукой Уил сжал эфес шпаги и ускорил шаг. Розамунда уже почти бежала, когда услышала, что преследователей стало больше. Уил резко свернул в сторону, в кромешную тьму. Открыл тяжелую калитку, затащил Розамунду во двор, захлопнул калитку и прислонился к ней спиной. Шаги замерли. Калитка подалась, словно кто-то с силой ее толкал.

Уил выругался и с немалым трудом задвинул массивный железный засов. Калитка выдержала и второй толчок. Розамунда встала рядом с Уилом и тоже что было сил навалилась на нее спиной, хотя и понимала, что ее вес вряд ли поможет. Хмель мгновенно испарился, а взамен пришли страх и надежда: дверь выдержит. Они с Уилом выдержат.

Наконец преследователи сдались. Звук удаляющихся шагов показался лучшей на свете музыкой. Розамунда глубоко вздохнула и прошептала:

- Где мы?

- Надеюсь, в конюшне.

Спутник отошел от двери и вгляделся во мрак. Глаза постепенно привыкли к темноте, и удалось различить небольшой мощеный двор и приземистое строение.

- Да, кажется, так оно и есть.

Уил направился в глубину двора, а Розамунда ни на шаг не отставала. Пахло здесь так, как пахнет только в конюшне: навозом, кожей, сеном, лошадьми. Рядом с театром подобных заведений было несколько. Куда же они попали? Уил свистнул, и из-за двери тотчас послышалось тихое ржание.

- Это Сэм.

Он отодвинул засов и распахнул дверь. Внутри было тепло, спокойно, надежно. Вслед за Уилом Розамунда пошла по разделенному на стойла длинному строению и примерно посредине ряда увидела гнедого мерина. Сэм снова радостно заржал и, склонив голову через перегородку, уткнулся носом в ладонь хозяина.

- Наверное, лучше дождаться утра здесь. - В темноте Уил заглянул в лицо спутницы. - Можно поискать пустое стойло и сделать из сена постель.

Розамунда коротко кивнула и немедленно приступила к выполнению задания. Медленно пошла дальше и в конце ряда обнаружила пустое стойло. Внутри было чисто, и даже стояла лестница, ведущая на сеновал. Она вскарабкалась, мгновенно оценив преимущества мужского костюма: в длинном широком платье с кринолином о подобном маневре не приходилось и мечтать. На сеновале сладко пахло клевером, а главное, маленькое круглое окошко позволяло увидеть кусочек неба.

- Сюда, - шепотом позвала она и залезла в просторное отверстие.

Когда Уил поднялся, Розамунда уже ловко орудовала вилами, устраивая под окном матрас. - Если подстелить плащи, колоться не будет.

Она сняла накидку, расправила на сене и со вздохом облегчения рухнула на самодельную постель:

- Пальцем пошевелить не могу. И голова кружится.

Уил скинул плащ и прикрыл отчаянную подругу. Взглянул на нее с сомнением и предложил:

- Пожалуй, устроюсь там, в стороне… или тебе холодно?

Розамунда открыла глаза и посмотрела ясным, твердым взглядом.

- Да, мне холодно, но ведь можно прижаться друг к другу. - Она отодвинула плащ. - Смотри, сколько здесь места.

Уил отмел сомнения и нырнул под плащ. Мир вокруг казался волшебным: сказочный запах сена, тонкий серебристый серп молодого месяца в окошке, сопение и фырканье лошадей внизу. Он привлек очаровательную спутницу, обнял, посмотрел в румяное личико и прошептал в самые губы: