Тверлик - Джек Шарки
Он тут же опробовал свои умения и убедился, что их вполне достаточно, чтобы осуществить задуманное и отплатить людям за их величайшую доброту по отношению к нему.
А люди, в то время, как он всё это проделывал, пребывали внутри корабля в каком-то странном состоянии, называемом «сон». Тверлик с радостью понял, что он может преподнести людям-вещам то, что называется «сюрприз», если будет работать довольно быстро.
Истощая свою энергию с безжалостной расточительностью, он свивался, выворачивался и сжимался и, наконец, распростёр свои конечности и волокна по всему кораблю, исключая, конечно, самих людей-вещей. Тверлик почувствовал, что сильно ослабел от этой неожиданной работы, но он был сосредоточен на ней и доделает её до конца. Работая, он формировал и переустраивал. От напряжения у него закружилась голова, но тут одна из ресничек случайно натолкнулась на заполненный энергией металлический бак возле сопел космического корабля. Ресничка впилась в стенку бака и, сформировав электронный сифон, стала передавать из бака частицы чистой энергии телу Тверлика, чтобы он смог закончить свой труд любви.
Выполнение этой работы заняло тысячи моментов, и он был доволен, хотя и жутко устал. Тверлик отцепил своё гигантское тело, весившее едва ли больше чем фунт, от корабля. Он снова распростёрся во все стороны на песке под светом своей удалённой звезды и стал ждать пробуждения людей-вещей.
Он с равнодушием отметил для себя, что форма корабля начала изменяться. Тот медленно расширялся в нижней части, стал сильно выпирать в средней и заметно уменьшился по высоте. Тверлика эти изменения никак не обеспокоили. Он выразил людям свою благодарность, и это было для него единственным важным сейчас.
Внезапно люди-вещи стали выпрыгивать из выходного проёма их корабля, издавая бессвязные звуки, какие Тверлик смог интерпретировать как возгласы «страха», хотя никаких слов они не произносили. Они все – он подобрал термин – «голосили».
Он ничего не понимал. Они, что, сошли с ума? Он же дал им то, что они желали больше всего? Он даже поработал над «водой» и «едой» и улучшил всё, чем они обладали.
Тверлик никак не мог понять, почему люди ведут себя так странно. Он спокойно ждал, когда они включать свои обогреватели и лампы – с их помощью он ожидал восстановить свои существенно истраченные силы. Но люди не включали эти устройства. Среди бессвязного голошения они стали выкрикивать и отдельные слова, типа «ловушка», «невозможно», «обречены».
По ощущениям Тверлика они были глубоко несчастны, но он не мог разобраться почему.
Вероятнее всего, произошедшее было связано с его благодарностью им. Осознание этого вызвало его замешательство. Он понял, что надо мгновенно отменить свой дар и превратить все вещи, изменённые им, в своё первоначальное состояние, однако осознал, что не обладает сейчас необходимой для этого энергией.
Поэтому он просто лежал и размышлял о странных людях, которые ничего так страстно не желали, как заполучить элемент, что они называли «золото», но вели себя крайне непонятно, когда он дал им корабль, полностью сделанный из золота.
Тверлик с печалью связал с понятием «люди» понятие «сумасшедшие» в своём мышлении, и когда они в конце концов свалились на серый песок и перестали двигаться, он превратил их тела в то вещество, какое они любили больше всего на свете, истратив на это последние запасы своей энергии.
После этого он опять лежал на холодном сером песке и всасывал крохи жизни от тусклой удалённой звезды, вокруг какой вращалась его планета. Он без перерыва думал о людях-вещах, размышляя о том, сможет ли он в дальнейшем оставаться просто Тверликом и не делать добро в отношении других существ?
Но в любом случае он чётко уяснил, что ни в коем случае больше не должен давать людям золото.
* * *
Следующий корабль опустился на планету спустя два периода обращения её вокруг своей звезды, и также был полон людьми-вещами. Но у этих людей была какая-то проблема с «мелиоративными цистернами». Они все были слабыми и с опухшими языками. Быстрый анализ их разговоров показал Тверлику, что эти люди отличались от предыдущих. Они ничего так не хотели, как сравнительно простой для него молекулы, известной им, как вода.
Тверлик был только рад помочь.
И когда преобразование второго корабля закончилось прямо над иссушенными серыми песками, Тверлик с гордостью добавил в свой словарь понятие «проницаемость».