Дмитрий Воронин - Скайгард
Интересно, ей почудилось или в самом деле перед ответом Беса проскочила короткая пауза.
«Расскажи мне о них».
Вот теперь пауза стала большой и явственной… и, скажем так, откровенно неодобрительной, словно невинный вопрос затронул какое-то табу. Словно в душе Беса шла какая-то борьба между желанием поделиться информацией и неким страхом, непонятно откуда истекающим.
«Не могу».
«Почему»?
«Неэтично».
— Оп-па… — не выдержав, заявила она вслух. — А почему это? С каких пор распространение информации стало не этичным? Вот лично я бы не возражала, если ты в отдаленном будущем кому-то расскажешь о людях.
«Говорить вслух необязательно, — хмыкнул Бес. — Я и так тебя прекрасно понимаю. А что касается неэтичности… Понимаешь, Катя, мы, те, кого вы называете «одинокими друзьями», имеем ряд принципов. Один из них — все, что доверяют нам наши спутники, всегда остается тайной».
И снова Катя уловила паузу.
— Прямо-таки всегда? — В этот вопрос она вложила достаточно иронии, а потому и была вынуждена произнести его вслух. Наполнять чувствами мысленную речь, как это делал Бес, надо было еще учиться и учиться. Вернее, самой Кате казалось, что она и мысли может придать любую эмоциональную окраску, но это было лишь субъективным ощущением. Ее новоприобретенный приятель ни насмешки, ни раздражение, ни иные нюансы при чисто мысленном общении не воспринимал.
«Я поделюсь накопленными знаниями, если тебе будет угрожать смертельная опасность, — сухо ответил Бес. — И только в том объеме, чтобы помочь тебе опасности избежать».
— Хотела бы я знать, чем это сведения о разумных существах из непонятно где расположенных звездных систем смогут помочь.
«Будем надеяться, что такой ситуации не возникнет. Давай поговорим о чем-нибудь другом».
«Хорошо», Катя мстительно усмехнулась, намереваясь затронуть тему, которая уже давно интересовала всех специалистов, имевших отношение к изучению загадочной расы. — Можешь мне рассказать, в чем смысл вашего существования?»
— «Это — запросто, — в интонациях Беса промелькнуло явное облегчение, что неоспоримо свидетельствовало о бессмысленности беседы на эту тему. Все равно не скажет ничего ценного. — «Мы живем, чтобы жить. Чтобы узнавать новое».
«То есть конечной цели нет?»
«Можно подумать, она есть у вас, людей»! — насмешливо фыркнул Бес. — «А для чего живете вы? Не ты конкретно, а человечество вообще? Заселить еще десяток планет, создать более быстрые корабли, обеспечить, как вы говорите, мир и процветание…»
«Этого мало?»
«Это — пустые цели, — пренебрежительно отметил собеседник. — Это цели, так сказать, количественные. Пастбище попросторнее, кормушка посытнее. Неужели ваша раса не выработала для себя более серьезной задачи?»
— Ну, знаешь, — девушке снова пришлось говорить вслух. — Я тут тебе мало чем помочь смогу. Может, кто-то из философов сумел бы ответить… но, насколько я знаю, смысл жизни все еще ищут, и неясно, найдут ли.
«Философия, религия… они могут помочь в этих поисках отдельным людям, но не обществу в целом. Вот есть такая мысль — прожить так, чтобы о тебе помнили. Что скажешь?»
— Ну… — Шелест всерьез подозревала, что этот философский диспут ей наверняка придется проиграть, — если память добрая, то почему бы и нет? Вполне приличный смысл жизни. Я бы не возражала, чтобы после моей смерти обо мне вспоминали.
«Ну, считай, что ты достигла желаемого», — Бес откровенно насмехался, хотя в его интонациях слышалось и нечто серьезное.
— Что ты имеешь в виду?
«Я буду помнить о тебе. Всегда. А я буду жить очень-очень долго… Возможно, дольше, чем человечество в целом. И я ничего и никого не забываю».
— Но!.. — опешила девушка. — Я… я не это имела в виду!
«Ага… ты бы предпочла, чтобы добрая память о тебе осталась именно у твоих соплеменников».
— Разумеется, — отрезала она.
«А вот, скажем, ваши военные были бы не против, чтобы об их успехах долгими веками помнили, допустим, амстад. Верно?»
Пискнул зуммер связи, и Катя с явной радостью прервала безнадежную пикировку, дабы заняться делом. На мониторе появилось юное лицо, не отягощенное избытком интеллекта. После недавних событий несчастного энсина настолько заклевали шутками, подначками и насмешками, Что он временами подумывал о переводе куда-нибудь подальше от «Скайгард-7». Только вот не поможет, слухи все равно распространяются быстрее скорости света, это всем известно. Человек, зафиксировавший появление «одинокого друга» и не сообразивший, с чем имеет дело, обречен вечно нести на себе клеймо неудачника. А все его громогласные заявления, дескать, кому они нужны, эти инопланетные тварюшки, воспринимались не иначе как жалкие попытки прикрыть допущенный промах.
— «Скайгард-7» вызывает борт-812 «Маргаритка».
— На связи. — Капитан Шелест. Голос диспетчера был таким же кислым, как и его физиономия. — Напоминаю, что вы обязаны придерживаться установленных правил поведения в эфире.
— О господи, Баттл, ну какой же ты зануда! — вздохнула девушка. — Ну хорошо, борт-812 «Маргаритка» на связи, «Скайгард-7». В рубке капитан Екатерина Шелест. Слушаю вас.
— Десять минут назад зафиксирован выход из пульсации КМТ «Таррагона», класс Т4. Следует курсом Голубая Даль — Талера, на борту, согласно декларации, груз медикаментов и строительных конструкций. Подан запрос на досмотр. Принимайте координаты.
— А что, никого ближе нет? — осторожно поинтересовалась Катя.
Вообще говоря, ничего против досмотра она не имела… если речь не шла об огромном Т4. Локационная система вещь хорошая и надежная, но размеры корабля заставят экипаж «Маргаритки» провозиться часа четыре, не меньше. Это если делать работу как следует. И, что самое досадное, ничего они не найдут. Даже самые безбашенные контрабандисты не рисковали переть запрещенные грузы напрямую из независимых миров, этих рассадников пиратства и беззакония. Понимали, что в этом случае их будут досматривать с особым тщанием.
А груз… ну, вполне обычный. Фармацевтические концерны Голубой Дали обеспечивали планете надежный источник средств к существованию… правда, изготавливались там отнюдь не только полезные для здоровья препараты, поэтому адмиралы Флота и высшие чины планетарных полиций мечтали о том, чтобы выжечь большую часть промышленности сволочной планеты до скального основания. Увы, пока что это было лишь мечтой.