Оксана Щербатая - Изгнание. Книга 1

   Магдален и Грациоза оперативно готовили компрометирующий Хостиса материал, в который включили эпизод с записью недостойного поведения преподавателя, поведения, недостойного согрешившего креациониста; указали все цифры его воровских операций по 'перекачиванию' денег со счетов доверявшей ему Зоэфиль. Но не только!

   Магдален, имевшая связи на Марсе, смогла раздобыть и сведения о фактах недобросовестного отношения Хостиса к служебным обязанностям в годы ссылки, - проще говоря, о куче принятых им взяток от родителей детей, чьи способности евгеник скрыл от своего руководства.

   В последний момент доставили кадры видеосъемки из секретной лаборатории, замаскированной под интернат для стариков: чтобы общество знало, как Глава Совета обходится с ветеранами и инвалидами, какой смертельной 'заботой' окружены окружены старики в их последние месяцы и дни жизни! Это была настоящая бомба по степени воздействия! Никакой гипноз не пройдет после такой эмоциональной встряски!

   Настал день слёта. Делегаты слёта с самого утра начали подтягиваться в лунный Белый Дом: сияющее здание, пронизанное переливами вкраплений кристаллов с Харона. Грациоза и Магдален уехали рано, чтобы успеть все подготовить. ФраЭспри отправился в последние минуты перед началом первого заседания, чтобы успеть прервать заслушивание повестки дня.

  Думаю, многие делегаты из числа представителей более молодого поколения, особенно те, кто неважно учились в дисципии, успели забыть и имя, и лицо старого элитария, некогда добровольно ушедшего в 'неполную отставку'.

   В тот миг, когда ФраЭспри, не вступая в споры с возмущенной охраной, лично вставил свой золотой диск в сканирующую прорезь, раздался звон аппарата, и створки ворот резко раздвинулись перед ним, а на табло возникла светящаяся надпись: 'Глава Совета прибыл!'. Молодые охранники, думаю, перенесли легкий шок: они-то и подавно учебники не читали.

   Ни с кем не вступая в беседы, ФраЭспри прошел к трибуне председателя и уже там познакомил свой диск со сканером. В итоге, попытка любого другого делегата, с менее значимым допуском, начать слет оказалась бы заблокированной. В зале не сразу возникло оживление: недоумевавшие делегаты пару минут пытались понять, что произошло, пока, шутки ради, отец не вырубил свет по всему залу, чтобы привлечь должное внимание к своей персоне, - и вновь включил его. К тому времени 'проснулись' все.

   По залу пополз шепоток: что происходит? Кто это? Лишь наиболее старые и самые достойные из делегатов еще помнили о личности ФраЭспри, - и о том, что он вправе в любой день и час вернуться к исполнению своих обязанностей, как постоянный глава Совета, избранный бессрочно. И он жив!

   Активизировав громкую связь, отец взял слово, не спросив на то разрешения у собравшихся, - он в этом не нуждался:

  - Прежде чем мы перейдем к повестке дня, я хотел бы напомнить вам всем, что я имею право находиться в кресле председателя вашего слета, и в кресле Главы Совета. Если кто-то из вас желает оспорить мое заявление, - милости прошу! Через суд! Но не забудьте: любое судебное разбирательство, ставящее под сомнение легитимность моего правления, в том случае, если претензии истца будут признаны несостоятельными, автоматически приведет истца к признанию его государственным изменником и бессрочной высылке на окраины системы. Кто-то хочет оспорить мое право на это кресло?

   В зале все на ушах стояли от неожиданности. Что теперь будет? Как исполняющий обязанности главы отнесется к возвращению 'короля'?

  - Вначале я предлагаю вам посмотреть несколько кадров, господа делегаты! - и отец вставил крошечный прибор в считывающее устройства, а перед делегатами развернулись в проекции кадры, дискредитирующие Хостиса.

   Через десять минут среди делегатов начались бурные дебаты. Некоторые, находившиеся на 'прикорме' у Хостиса, требовали организовать срочное расследование 'приватного характера'. Другие, не связанные материально с исполняющим обязанности, ратовали за немедленное лишение Хостиса депутатской неприкосновенности и официальное расследование. Третьи, представители церкви, пытались экстренно связаться с церковниками из Синода Особого отдела, но связь была заблокирована. Несомненно, решение церкви будет не в пользу их проштрафившегося ставленника! Все сошлись в одном: Хостису более не место в Совете, он должен быть низложен! Тем более, что в Совете не может быть два руководителя одновременно!

   Компромат, основанный на правдивых фактах, подействовал молниеносно: от Хостиса отвернулись даже 'друзья'. Но заседание было закрытым, поэтому информация о нем пока не прошла в эфир. Зато на всех каналах визора транслировался тот же самый ролик: Магдален и Грациоза успели принудить руководителей каналов к показу неизвестного материала без предварительного просмотра, так как Космобанк их всех финансировал.

   Судя по всему, Хостис не подозревал о готовящемся против него заговоре: его личный планетолет, ранее принадлежавший маме, успел вылететь с Зема и находился в пути на спутник. Хостис задерживался, как всегда, для произведения пущего эффекта.

   Когда он прибыл к зданию Белого Дома, его уже почти перестали ждать. Неординарный Хостис любил проникать в здания правительства, минуя охрану и турникеты, задними ходами прислуги. Так поступил он и на сей раз, и, мигом сориентировавшись в происходящем в зале, почти никем не будучи замечен, он спешно оставил помещение и вернулся в планетолет, громада которого немедля взмыла в небо, взяв курс на Зем.

   К сожалению, большинство делегатов не заметили позднего появления и молниеносного бегства Хостиса: они увлеклись жарким обсуждением подлых дел великого грешника, моральный облик которого они как-то не рассмотрели вовремя, поддавшись его всеохватной харизме. И несколько часов ФраЭспри, которому так и не сообщили о том, что Хостис появлялся, но ушел, - отвечал на вопросы. Время было потеряно.

   Лишь после краткого перерыва отцу донесли об отбытии Хостиса на Зем, но ФраЭспри, как человек доброжелательный, лишь пожал плечами: он не хотел видеть позора другого человека. Отец был слишком добр и наивен.

   Мы со Стипом просто с ума сходили от нетерпения, не зная, каким образом разворачиваются события в Белом Доме. Наконец, во время перерыва, отец выкроил время для оформления именных приглашений и мы стремглав устремились ко входу в местное здание правительства.

   Но, не достигнув еще охраны, мы были остановлены неожиданным треньканьем моего внешнего коннекта: на циферблате был вызов от Ашшура, обведенный красным, что означало высшую степень значимости. Сердито я нажала соединение. Лицо капитана было возбуждено: