Тимоти Мэдден - Запредельник

Маккензи допускал такую вероятность, но все равно чувствовал себя обязанным предложить рашадианцам мирные переговоры. В попытке выиграть время он проговорил:

— Надеюсь, вы мне простите мою глупость.

— А это мы еще увидим. Таким образом, проблема заключается в следующем: вы добровольно сдадите свои корабли или будете настаивать на том, чтобы погибнуть, как подобает истинному запредельнику?

— Возьмите меня, но дайте другим кораблям уйти, — предложил Маккензи.

— Это неприемлемо, — ответила Ван Сандер. — Моим доблестным рашадианцам нужны все корабли, которые они только могут захватить. Мы рассматриваем вероятность нападения на Красный Утес. Тогда вашей патрульной эскадрилье придется отойти, и мы развяжем руки армаде для маневра.

Маккензи был абсолютно уверен, что Ван Сандер никогда не сказала бы этих слов, если бы ей по каким-то причинам не было нужно, чтобы это сообщение достигло Конкордата. Его план все еще действовал.

— Хорошо. Похоже, что у вас, Ван Сандер, действительно на руках все козыри в этой игре. Каковы условия нашей сдачи?

Ван Сандер изучала его лицо со смешанным выражением облегчения и настороженности. Она уже собиралась ему ответить, как вдруг встревоженно посмотрела влево. Когда она снова повернулась к видеомонитору, ее лицо было перекошено от ярости.

— Так ты, Маккензи, в который раз врал мне! Мы обнаружили приближающиеся к кольцу астероидов корабли поддержки. Очень мудро с твоей стороны, но слишком поздно. Тебя это уже не спасет. Всем кораблям продолжать атаку. Цель: Маккензи. Огонь! Огонь! Огонь!

На экране главного монитора Маккензи увидел, как все корабли рашадианцев развернулись в сторону его запредельника. У него было мало времени. Он перекрыл установленный с рашадианцами канал связи на широком диапазоне волн и прокричал:

— Браво передает всем кораблям Группы Эхо! Немедленно осуществляйте бомбовый удар!

Он начал натягивать на голову шлем, ожидая, что Шейла начнет выводить корабль из-под удара, но истребитель не двигался. Когда он застегивал шлем, завыли сирены тревоги.

Сквозь наушники раздался голос Шейлы:

— Прости, Мак. Я была занята работой с бортовым компьютером Светлы…

Он почувствовал, как его тело вдавливала в кресло сила ускорения. Это Шейла начала маневр уклонения. Потом корабль сильно толкнуло влево, и стена рубки взорвалась ослепительной вспышкой света.

Разрушительная сила вдавила Маккензи в кресло, и соединительные узлы скафандра затрещали под ее давлением. Перед глазами поплыли темные круги. Он терял сознание. Истребитель снова яростно тряхнуло. Затем рубку окутал плотный кокон катапульты экстренной эвакуации, и Шейла проговорила:

— Мак, существует реальная угроза для жизни. Я катапультирую тебя, как только поблизости разорвется следующий снаряд. Его вспышка прикроет выброс.

Маккензи открыл глаза, пытаясь приподнять голову, но всю правую половину обожгла острая боль, и он бессильно упал на кресло. Он дрейфовал в спасательной капсуле, окутавшей рубку корабля, но она непрерывно вращалась, приблизительно со скоростью одного витка каждые шесть секунд, поэтому открывавшаяся ему картина была ужасной.

Рашадианские корабли преследования атаковали истребитель Хара Мона, некоторые из них были уже подбиты и горели. Во время одного из витков Маккензи показалось, что он увидел, как прямым выстрелом был поражен сторожевой корабль.

Потом он увидел Шейлу, или точнее запредельник «Браво». Она ввела корабль в штопор и неслась теперь к рашадианским кораблям, атаковавшим Хара Мона, стреляя из грейзера и всех орудий по любой попадавшейся на пути цели. Ему показалось, что он насчитал по крайней мере три прямых попадания в корабли противника, но он не мог знать этого наверняка, потому что его вращение продолжалось и продолжалось.

Он прикрыл глаза и застонал. Бесконечное быстрое вращение заставило его почувствовать тошноту, и ему вдруг стало очень плохо. Он повторял про себя снова и снова: «Сдерживай тошноту! Сдерживай тошноту!» Он сделал несколько глубоких вдохов и попытался сосредоточиться на счете от десяти до нуля, чтобы вернуть себе контроль над своими чувствами. Потом он заставил себя снова открыть глаза.

То, что он увидел, совершенно потрясло его. Запредельник «Браво» лениво покачивался в космосе, словно падающий кленовый лист, совершенно один, окруженный со всех сторон четырьмя рашадианскими кораблями. Он видел, как одновременно вспыхнули их фотонные пушки. В бессильной ярости он смотрел сквозь пластиковую оболочку катапульты, как его запредельник «Браво» вспыхнул в темноте космоса оранжевым шаром пламени.

— Шейла! — закричал он, и боль в правом боку снова пронзила его тело. Он жадно ловил ртом воздух, обмякнув в кресле. — Нет! Нет! Нет! — повторял он снова и снова сквозь стиснутые зубы. Спустя несколько минут, когда утих приступ боли, он снова заставил себя открыть глаза. Но то, что он увидел на этот раз, смутило его.

— Что происходит? — одними губами прошептал он.

Корабли рашадианцев поспешно отходили. Он следил, как исчезали в темноте огни двигателей частиц.

— Да! Они бегут, — слабым голосом проговорил он.

— Браво, это Кайло, — раздался голос в наушниках. — Включите свой маяк, если вы можете это сделать, чтобы мы могли определить ваше местоположение. Вы меня слышите?

— Светла! — прошептал он.

— Да, Браво, это я.

Он вдруг не смог ничего ответить. Его переполняло безразличие.

— Послушай меня, Браво. Включи маяк. Ты можешь это сделать?

Не думая, машинально, он потянулся к боковой спинке сиденья и поискал датчик маяка. Подняв плексигласовую крышку, надавил на клавишу. И в тот же миг шлемофон ожил повторяющимся сигналом маяка: «Бип! Бип! Бип!»

— Хорошо. Мы засекли тебя. Держись, мы будем через минуту, — проговорила Светла.

Это, наверное, было отличным сообщением, но оно не имело никакого значения для Маккензи. Он чувствовал, как по его щекам заструились слезы.

— Они… они уничтожили Шейлу, правда?

Светла ответила не сразу.

— Да, Мак, они подбили ее. Но ты знаешь, она спасла нас всех. Она вычислила корабль, где находилась Ван Сандер. Когда на корабль Хара Мона напало три звена рашадианцев, она предприняла одиночный бросок против них. Один корабль держался в стороне от нападавших, тот, который вычислила Шейла. Я приблизилась и уничтожила его. Ван Сандер была очень предсказуема… и глупа, в конце концов. Она не имела ни малейшего представления о тактике ведения боя в космосе.

— Ван Сандер мертва?